Политика

Фото: Naham Fenton, Flash-90

Как будут дирижировать БАГАЦем

Ярив Левин: "Самая серьезная борьба, которую я вел в те годы, когда мы продвигали закон о национальном характере, касалась того, чтобы в законе не упоминались равенство и принципы Декларации Независимости. Если бы их внесли в закон, БАГАЦ бы использовал их таким образом, что вред от закона стал бы больше, чем польза от него".

Одним из ключевых моментов в предстоящем распределении министерских постов будет судьба министерства юстиции. Это всегда был очень престижный порфель, но его важность за последние 15 лет только возросла — он стал сильнейшим рычагом влияния в руках сторонников или противников судебной реформы, призванной снизить уровень судейского активизма, который является наследием деятельности в прошлом очень доминатного председателя Верховного суда Аарона Барака.

БАГАЦ VS Кнессет

Были министры юстиции, которые принимались бороться и с влиянием БАГАЦа, и с методом отбора в него судей. Основным камнем преткновения в борьбе политиков с судьями всегда являлась возможность БАГАЦа отменять принятые Кнессетом законы, если они входят в противоречие с корпусом Основных Законов. Хаим Рамон, Даниэль Фридман и Яаков Нееман боролись с БАГАЦем, Ципи Ливни его защищала. И вот в предыдущей каденции правительства Аелет Шакед повела самую эффективную борьбу с судейской системой.

Плоды этой борьбы ощущаются уже сегодня. К примеру, 16 апреля иерусалимский окружной суд отклонил иск Омера Шакера, работника правозащитной организации Human Rights Watch, который был лишен израильской визы министром внутренних дел Арье Дери по причине обвинений в поддержке деятельности BDS. В своем иске в окружной суд Шакер утверждал, что в собранных против него материалах нет никаких доказательств связи с BDS,  и единственным его действием, хоть как-то связанным с бойкотом Израиля, был призыв к ФИФА не проводить футбольные матчи в поселениях, причем этот призыв был сделан еще до того, как Шакер начал работать в HRW и получил израильскую визу.

В прежние времена его иск рассматривал бы БАГАЦ, и можно предположить, что он был бы принят, однако хлопотами Шакед, полномочия, связанные с происходящим в Иудее и Самарии, переданы в иерусалимский окружной суд, в котором не заседает ни одного судьи-араба, 40% судей являются религиозными евреями, и можно понять, что палестинцам и правозащитникам просто нечего искать в этом суде. Это уже сейчас показал эпизод с Шакером, который будет выставлен из Израиля фактически за правозащитную деятельность в пользу палестинцев. И это только начало процесса полного лишения палестинцев и помогающих им  правозащитников хоть какой-то юридической защиты от силовых действий израильских властей.

Шакед собиралась продолжать свою деятельность на посту министра юстиции и после выборов, однако довольно неожиданным образом партия «Новые Правые», которой она руководила совместно с Нафтали Беннетом, не прошла избирательный барьер, и сейчас на пост министра юстиции серьезно претендуют двое — депутат от Ликуда и министр туризма в последнем правительстве Ярив Левин и депутат от партии «Объединенный правый список» Бецалель Смотрич. Оба, в отличие от Шакед, являются по образованию юристами, что придает особый вес будущему назначению. При некотором различии в идеологическом плане, Левина и Смотрича объединяет одно — стремление продолжить войну с БАГАЦ и проводить общую реформу судебной системы, снижя ее влияние на решения политиков и властей.

Ярив Левин. Фото Yonatan Sindel/Flash90

В данный момент Левин рассматривается как самый реальный кандидат на пост. По сравнению с прошлыми каденциями, когда Ликуд отказывался от министерства в пользу коалиционных партнеров, на этот раз положение на юридическом поле качественно иное. Премьер-министр Биньямин Нетаниягу находится под угрозой подачи обвинительных заключений в соответствии с результатами слушаний у юридического советника правительства, и судя по множеству признаков, в начинающейся каденции Кнессета будет сделана попытка предотвратить законодательным путем начало судебного процесса.

Для этого самым реальным сценарием выглядит возвращение  закона о парламентской неприкосновенности в той формулировке, которая действовала до 2005 года. Тогда члены Кнессета, министры и премьер-министр имели автоматическую неприкосновенность, и для того, чтобы ее снять, требовалось голосование в комиссии по делам Кнессета, а после голосования — на пленарном заседании Кнессета, где неприкосновенность снимали большинством голосов. Сейчас же депутаты, с которых хотят снять неприкосновенность, должны обратиться с просьбой об этом в комиссию по делам Кнессета, и голосованием на комиссии и на пленарном заседании Кнессета большинством голосов ему предоставляется неприкосновенность.

Технически вроде разницы между этими законами нет, ведь если есть большинство за неприкосновенность, то оно будет большинством и против ее лишения, и наоборот, однако с общественной точки зрения есть разница между положением, когда депутат просит у Кнессета предоставить ему неприкосновенность, т.е. фактически просит предоставить ему парламентскую защиту от правоохранительных органов, и тем положением, когда Кнессет просто должен проголосовать, чтобы снять неприкосновенность. Попытка изменить закон о неприкосновенности с целью предотвращения судебного процесса против Нетаниягу неизбежно станет основанием для подачи иска в БАГАЦ, который, возможно, примет решение об отмене закона. И тогда пленарное заседание Кнессета, с подачи министра юстиции, наконец, сможет принять пресловутый параграф о преодолении решений БАГАЦа, при этом возможно даже простым большинством голосов, или большинством в 61 голос. Если этот параграф будет принят, это будет означать то, что Кнессет сможет вернуть в оборот любой отмененный БАГАЦем закон, даже без надобности в специальном большинстве, например, в 65 голосов, как предлагала Шакед!

Во всем этом процессе Нетаниягу потребуется полная и безоговорочная поддержка министра юстиции, и понятно, что в этом аспекте лучше полагаться на верного члена собственной партии, чем на представителя другой партии. Правда Бецалель Смотрич вполне понимает этот резон Нетаниягу, и поэтому в первой же речи после выборов он заявил о том ,что «Объединение правых партий» полностью поддерживает изменение закона о неприкосновенности, и даже будет требовать внести его поддержку одним из условий коалиционных соглашений для всех партий, которые войдут в правительство.

Фото: официальная страница Бецалеля Смотрича в Facebook

Существует определенная вероятность, что все же игры с неприкосновенностью не увенчаются успехом, слушания перед юридическим советником правительства не приведут к полному дезавуированию всех пунктов, по которым юридический советник принял решение подать обвинительное заключение, Нетаниягу все-таки придется предстать перед судом, и тогда ему тем более потребуется поддержка министра юстиции в стремлении продолжать функционировать в роли премьер-министра параллельно с судебным процессом. Можно сказать, что желание Биби избежать судебного преследования в том числе и путем подавления БАГАЦа полностью совпадает с мировоззрением Левина и его видением объектов приложения энергии на посту министра юстиции.

Что будет делать Левин

На этом посту Левин собирается продвигать три главные темы:

— Продвижение Основного Закона по законотворчеству, который обяжет судей принимать решения исходя исключительно из буквы закона, без допущения тех или иных трактовок закона в соотвествии, например с духом и буквой Основных Законов. Теперь судьи смогут принимать решения без учета каких либо устных соглашений, и без учета общих принципов равенства, которые диктуют основные законы. Левин аргументирует такой подход желанием сократить судебные процессы и установить юридическую  несомненность, т.е. развеять юридическую дымовую завесу, которая  возникает из-за склонности судей к вынесению решений на основе толкования законов, а не только в соответствии с их буквой. В прошлом Левин объяснил, что даже если строгое следование букве закона тут и там породит определенную несправедливость, это приемлемая цена, которую можно заплатить ради установления юридической несомненности.

Верховный суд. Photo by Hadas Parush/Flash90

— Второй вопрос — это давняя мечта правых политиков — ограничение начавшихся еще в 50-х годах прошлого века прав БАГАЦа отменять законы Кнессета и решения министров. Шакед тоже действовала в этом ключе, она продвигала параграф о преодолении решений Багаца, который, однако, как бы признавал право суда на отмену законов.

Инициатива Левина может ограничить право БАГАЦа на отмену принятых Кнессетом законов и министерских решений только строго определенными случаями, когда законы нарушают принципы власти большинства. Например, БАГАЦ сможет отменить принятый Кнессетом закон, который дезавуирует принцип «один гражданин- один голос на выборах».

В сфере административных судов Левин предлагает отменить существующую еще с британских времен возможность судей отменять те или иные решения, исходя из принципов разумности и соразмерности. Суды смогут вмешиваться в административные вопросы только в случае прямого нарушения процедуры, например, если по закону должен был проведен конкурс на выбор подрядчика, а его не провели и выбрали подрядчика волюнтаристски. Тогда суд сможет отменить такое решение. Также в рамках Основного Закона по законотворчеству, Основные Законы должны будут приниматься голосованием как минимум 61 депутата Кнессета и после этого выноситься на всенародный референдум.

Уже существующие Основные Законы, которые в свое время были приняты простым большинством, и за них голосовали менее 61 депутата, Левин предлагает вынести на референдум. Это означает, что два ключевых Основных Закона, определяющих в Израиле принципы свободы и гражданского равенства  — Закон о Достоинстве и Свободе человека, и Закон о Свободе Занятий, будут вынесены на референдум, и совершенно неочевидно, что они его преодолеют.

Не понятно, что из всего этого выйдет, однако несомненно, что уже вскоре БАГАЦ ждет беспрецедентное столкновение с политиками и правительством, когда судьи БАГАЦа начнут рассматривать восемь исков, выдвинутых против Закона о национальном характере Израиля, и это станет прецедентом.

В октябре 2018 года Ярив Левин выступал на конференции организации «Кахелет», и там он сказал, в частности, следующую фразу: «Самая серьезная борьба, которую я вел в те годы, когда мы продвигали закон о национальном характере, касалась того, чтобы в законе не упоминались равенство и принципы Декларации Независимости. Если бы их внесли в закон, БАГАЦ бы использовал их таким образом, что вред от закона стал бы больше, чем польза от него. Если до сегодняшнего дня судьи БАГАЦа взяли в свои руки не принадлежащие им полномочия отменять законы, и руководствовались для этого как базисом,  лишенным всякого основания толкованием Закона о Достоинстве и Свободе человека, сейчас мы наблюдаем новый этап.  Это переворот, который устраивает меньшинство, поставившее себя над общественностью и над всеми механизмами демократического строя. Я призываю судей БАГАЦа прийти в себя, и полностью и незамедлительно отвергнуть иски против Закона о национальном характере гсударства».

— Третья волнующая Левина проблема — это система назначения судей. Левин хочет, чтобы сами судьи практически не влияли на назначение судей, он собирается реформировать комиссию по назначению судей таким образом, чтобы доминантную роль в ней играли политики.

В данный момент комиссия состоит из девяти членов, из них двое являются министрами, один из них это министр юстиции, он же председатель комисии, двое членов Кнессета, трое судей Верховного Суда и двое представителей адвокатской коллегии. Решения о назначении судей принимаются большинством, и только назначение верховных судей требует поддержки как минимум семи членов комиссии. Левин хочет или вообще исключить судей из комиссии, или оставить их в мизерном количестве, при этом большинство комиссии будут составлять политики. В дополнение к этому перед назначением судьи должны будут проходить публичные слушания перед законодательной комиссией Кнессета, члены которой тоже будут голосовать по кандидатурам кандидатов в судьи, однако окончательное решение будет в руках комиссии по назначению судей, которая тоже будет в руках политиков. Кстати, Итамар Бен-Гвир, который пока не попал в Кнессет, но возможно станет депутатом, если «Объединенный правый список» получит два министерских поста и оба министра уволятся из Кнессета, хотел быть председателем именно законодательной комиссии. Зрелище Итамара Бен-Гвира, проводящего парламентские слушания кандидатам в судьи, уже не кажется воспаленной фантазией людей, страдающих излишне чрезмерным конспиративным воображением.

Хранители врат судебной системы

А что с хранителями врат судебной системы, которые должны защищать ее от посягательств политиков-интересантов всех мастей?

Если ранее Нетаниягу хоть как-то блокировал особо радикальные изменения в судебной системе, теперь его личная надобность в защите от судебного преследования вполне сможет перевесить чашу весов, и он даст полный карт-бланш на реформы Левина, или планам Смотрича, который, можно в этом не сомневаться, не менее радикально настроен по отношению к судейской системе. Еще перед выборами Смотрич говорил, что Шакед пыталась действовать в рамках системы, менять ее изнутри, а он обещает вести системную реформу, менять сами основы судебной власти. Планы Нетаниягу полностью соответствуют планам и других подозреваемых политиков, например, Арье Дери и Давида Битана, против которых тоже существуют рекомендации полиции о подаче обвинительных заключений по серьезным пунктам, и изменение закона о неприкосновенности прикроет и их от судебного преследования.

И если в прошлой каденции Моше Кахлон представлял собой более значительную и (это ключевой момент) самостоятельную политическую силу, и он функционировал в правительстве в роли защитника БАГАЦа и судебной власти, то сейчас он стоит во главе фракции, набравшей всего четыре мандата, при этом в околополитической закулисе циркулируют настойчивые сведения о том, что «Кулану» скоро сольется с Ликудом, и поэтому ясно, что с этой стороны ждать какой либо защиты для судебной системы бесполезно.

Так или иначе, судебную систему ждут тяжелые времена, и вполне может быть, что итогом ближайшей каденции станет полное выхолащивание судейского активизма, судейской инициативы, сокращение, а то и полное уничтожение права судей на отмену дискриминационных законов, и на толкование законов, касающихся национальных меньшинств, ЛГБТ, палестинцев, гражданского равенства и гражданских свобод. Суд будет руководствоваться исключительно буквой закона, даже если она не предусматривает воплощения этих ценностей в жизнь или идет с ними вразрез.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x