Конфликт

Разделительная стена. Фото: Sebi Berens, Flash-90

Хранители "стены" в арабо-израильском конфликте

Израильские СМИ, как один из главных источников информации, сыграли важную роли в возведении “информационной стены” в палестино-израильском конфликте. Чем меньше мы знаем врага - его язык, его культуру - тем легче нам его ненавидеть, тем выше наша мотивация продолжать конфликт.

Задолго до того, как была возведена стена, отделившая Израиль от территории Палестинской автономии, была выстроена другая стена — информационная. Она разделила два общества, перекрыла движение информации об арабских странах и о палестинском обществе, и тем самым стала одним из инструментов управления конфликтом. Парадоксальным образом чем больше сокращалось физическое расстояние между сторонами-участниками конфликта, тем выше становилась стена неведения. Неполное и тенденциозное освещение становится причиной стереотипизации, непонимания и, таким образом, продолжения конфликта.

Израильские СМИ, как один из главных источников информации, сыграли важную роли в возведении “информационной стены”. Чем меньше мы знаем врага — его язык, его культуру — тем легче нам его ненавидеть, тем выше наша мотивация продолжать конфликт. Страстная риторика некоторых арабских ораторов дополнительно мотивирует строителей стены с израильской стороны, которые стремятся отгородить израильтян от подобной информации. Чтобы стена была прочнее, строители кладут ее в два слоя —  это физический и когнитивный слой.

Физическое отгораживание

Физическое отгораживание было и остается инстинктивной реакцией, простой и непосредственной, но непросто заблокировать источники информации, преодолевающие физические границы. Прменяются несколько тактик построения физического слоя информационной стены: блокировка источников и каналов, трансляция контрпропаганды, бескомпромиссная информационная война, стигматизированное и функциональное обучение арабскому языку.

Блокировка источников и каналов: в ситуации конфликта иностранные источники могут вступать в конфликт с официальной версией. Поэтому естественно возникает стремление сохранить гомогенность и воспрепятствовать конкуренции с альтернативными источниками информации. Действия, на это направленные — ограничение, вплоть до запрета, на межличностные контакты, контроль иностранных газет на арабском языке, затруднение трансляций из арабских стран и блокировка каналов вещания на арабском языке.

Сокращение, вплоть до запрета, межличностных контактов. Известно, что межличностное общение восполняет недостаток информации от средств массовой информации и доказывают свою эффективность в создании диалога между людьми. После Шестидневной войны ситуация в отношениях с арабским меньшинством, которые носили чисто функциональный характер, сводясь в основном к вопросам занятости и поддержания порядка, распространилась и на палестинцев с оккупированных территорий. Своего пика эта тенденция достигла после прихода к власти «Ликуда», главным образом в 80-х. Например, государственной прессе было запрещено интервьюировать людей, связанных с ФАТХ, на том основании, что нельзя предоставлять площадку врагу.

Когнитивный уровень

Становилось ясно, что, несмотря на все усилия по созданию физического уровня, современные средства связи преодолевают расстояния и физические препятствия и дают израильскому обществу доступ к иностранным и враждебным источникам информации. В этой ситуации большее значение приобретает когнитивная составляющая, которая существовала всегда, но стала особенно актуальна в эпоху “открытого неба” иностранного спутникового телевидения.

Один из эффективных способов воздвигнуть защитный экран — тагировать сначала радиопрограммы, а потом и спутниковые телеканалы арабских стран как опасную вражескую пропаганду. В значительной степени это было оправдано угрожающим ментальным климатом арабских стран. Но спутниковые каналы, принявшие западные стандарты вещания, такие как Аль Джазира, преодолели этот стереотип и приобрели доверие зрителей, став тем самым угрозой для целостности стены. Свидетельство их профессиональных стандартов, такое как, например, освещение операции “Горячая Зима” в конце февраля 2008-го года было воспринято как усиление пропаганды и использовано для дальнейшей делегитимации арабских спутниковых телеканалов .Полная или почти полная закрытость от трансляций арабских телеканалов по сути отгородила израильское общество от версий арабских стран и закрепила гегемонию израильского нарратива. Маркировка арабских трансляций как вражеских и ненадежных оказалась полезной, поскольку оградила от них владеющих арабским языком выходцев из стран ислама.

Казалось бы, академические исследования арабского общества и ментальности могли бы обогатить теоретические и практические знания, в том числе знания глав служб безопасности. Тем не менее, часто происходит наоборот — исследователи полагаются на военные источники, поскольку им не хватает информации из-за отсутствия прямого доступа. В отличие от своих заграничных коллег, израильские арабисты не имеют возможности посещать арабские страны и непосредственно общаться с источниками. Очень мало израильских журналистов используют возможность посетить даже те страны, которые открыты для израильтян — Египет, Иорданию, страны Залива или североафриканские страны. Большинство также предпочитает опираться в качестве источника на силовиков. В отсутствие свободной информации исследователи и журналисты считают обращение за помощью к силовикам меньшим из зол.

В сущности, ни одно СМИ не обладает ресурсами и инструментами, необходимыми для исследования конфликта во всех его аспектах. Таким образом, все, кто нуждается в информации, обращаются к источникам из военной разведки. Как было сказано, даже при наличии возможности израильские СМИ избегают посылать своих репортеров в арабские страны, и не только по практическим соображениям. Главная причина состоит в том, что про арабистов известно, что они часто тесно связаны с силами безопасности, так что в арабских странах они могут подвергнуться опасности как возможный источник информации.

Журналисты традиционно делятся на репортеров и аналитиков — первые освещают события, вторые комментируют их под разными углами зрения. Проблема с журналистами, освещающими арабские темы, состоит в том, что репортеры не имеют возможности дать объективную картину непосредственно от источника, а аналитики пользуются вторичными данными и не могут делать кросс-чекинг, как этого требуют журналистские стандарты.

Информационная стена становится выше и прочнее по мере того, как уменьшается физическое расстояние между народами. Информация о другой стороне по-прежнему в основном опирается на стереотипы и вымыслы больше, чем на факты и знания. А ведь личные встречи и отношения между представителями двух общин могли бы разрушить эту стену и ослабить взаимное напряжение, препятствующее прекращению конфликта.

На укрепление стены и сохранение общественного консенсуса по поводу конфликта и противника, в первую очередь палестинцев, работают как гражданские, так и армейские системы. Контроль над информационными потоками происходит многие годы, сохранение стены считается важным. Если она покроется трещинами или рухнет, под угрозой может оказаться гомогенный нарратив. Так что “хранители стен” служат управлению конфликтом, а не его прекращению.

Дан Каспи (ум. 2017) — профессор Университета Бен Гурион, президент-основатель Израильской Ассоциации Связи (ISCA). Член судейской коллегии премии Соколова, член исполнительного комитета Израильского управления телерадиовещания (Решут ха-шидур).

Дани Рубинштейн — писатель и журналист. Преподаватель Университета Бен-Гуриона и Еврейского Университета. До 2008-го года — член редколлегии «Гаарец». Специалист по арабскому миру и палестинскому обществу. Автор книг “The People of Nowhere”, 1991, “The Mystery of Arafat”, 1995, “Camp David 2000”, 2002

Из брошюры группы “Женевская инициатива” “Цена Конфликта”

Перевод Анны Кац

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x