Интервью

Биньямин Нетаниягу, Авигдор Либерман и Гади Айзенкот обсуждают эскалацию на израильско-сирийской границе. Фото: Ariel Hermony. Flash-90

"Война с Хезболлой нанесет огромный ущерб"

Один из негативных сценариев – полномасштабная война между Израилем и Хезболлой, разворачивающаяся на территории Сирии. Израильские официальные лица признают, что следующая война с Хезболлой, заметно усилившейся с 2006 года, нанесет огромный ущерб стране. Нападению могут подвергнуться многоэтажные «башни» Тель-Авива, что повлечет значительные жертвы, а также стратегические объекты, такие как аэропорт имени Бен-Гуриона и морские сооружения по добыче нефти и газа.

Международная Кризисная группа уже в течение некоторого времени работала над аналитическим докладом, посвященным конфликту между Израилем, Хезболлой и Ираном в контексте войны в Сирии. Доклад основан на результатах, полученных в ходе целевой «работы на местности» — в Израиле, в Москве, Бейруте и Аммане. Он включает в себя некоторые не публиковавшиеся ранее фрагменты информации и содержит всесторонний анализ и предложения.

Мы делали это интервью с одним из авторов  доклада «Израиль, Хезболла и Иран: предотвратить новую войну в Сирии» Офером Зальцбергом (ведущим аналитиком программы по Ближнему Востоку и Северной Африке Международной  Кризисной группы) накануне событий, которые произошли вчера  на сирийско-израильской границе.

Уже тогда авторам было ясно, что новая фаза сирийской войны привела Израиль и вооруженные формирования, сотрудничающие с Ираном, к порогу столкновения.

Авторы исследования полагали, что масштабное столкновение может стать результатом всего лишь одного ошибочного расчета: «правила игры» в новой фазе сирийской войны вырабатываются, похоже, в режиме: «атака – реакция». Тут, считают они, возникает риск запуска большой войны.

Кризисная группа намечает контуры возможного «модус вивенди»: наилучшим возможным исходом, считают авторы, была бы сделка, в рамках которой Иран и союзные ему силы откажутся от существенного увеличения своей военной инфраструктуры на юго-западе Сирии – а возможно, и не только там.

Место падения израильского самолета F-16. Фото: Anat Hermony, Flash-90

—  Думаете ли вы, что столкновение на нашей границе и вообще война на Ближнем Востоке с нашим участием неизбежна, а если да, то когда это может случиться?

— Я не считаю, что война между Израилем  и Хезболлой/Ираном неизбежна, но вероятность этого все возрастает. По мере того, как Ассад и его союзники усиливают свои позиции, эта новая фаза в сирийской войне побуждает Израиль и поддерживаемые Ираном милиции идти курсом конфронтации.

Юго-запад Сирии в основном оставался спокойным благодаря учреждению южной зоны деэскалации в мае 2017 года в рамках соглашения в Астане, что было подтверждено последующей договоренностью между США, Россией и Иорданией в ноябре 2017 г. Эта деэскалация позволила Ассаду и его союзникам сфокусировать усилия на других частях страны. Вернув  в значительной степени контроль над восточной частью страны, они перенесли свои действия в другие места, и создается впечатление, что аналогичные соглашения о деэскалации, например, в Идлибе и Восточной Гуте, начинают рушиться. Юго-запад может оказаться следующей такой зоной. Действительно, за последний месяц режим Ассада занял некоторые территории в северной части этой зоны. Поскольку сирийская армия, вероятно, не способна захватить всю эту территорию без помощи Хезболлы или других шиитских милиций, дальнейшее продвижение правительственных сил может спровоцировать Израиль на удар по подразделениям сирийской армии и вооруженным формированиям с целью предотвратить создание союзными Ирану силами наступательной инфраструктуры в этом районе. Если такие вооруженные формирования окажутся вокруг и внутри Кунейтры, непонятно, кто сможет удалить их оттуда, если они захотят остаться. При таком сценарии риск не сводится к одним лишь ограниченным перестрелкам через границу.

Параллельно этому усиливающиеся попытки Ирана установить долгосрочное военное присутствие в Сирии вступают в противоречие с интересами безопасности Израиля. Израильское руководство видит большие риски в том, чтобы Иран построил морской порт, аэропорт, постоянные военные базы или предприятия по производству высокоточных ракет, которые позволили бы нацеленные атаки против израильских целей. Бомбардировки Израилем в последние месяцы подобных объектов и более агрессивная реакция Сирии на это показывают, что сирийская война вступает в новую фазу. По мере того, как Ассад и его союзники чувствуют, что они возвращают контроль над страной и сталкиваются с менее серьезными вызовами на внутренней арене, их ответы на израильские атаки могут стать намного более жесткими, чем те, что мы видим сегодня, и это может спровоцировать опасную эскалацию.

Почему вы думаете, что Россия (ослабленная собственными внутренними проблемами) может стать посредником? В чем ее интересы, и как это влияет ситуацию на Ближнем Востоке?

 —Россия, один из главных союзников режима Ассада, является единственной силой в Сирии, способной продвинуть новые договоренности, которые могут снизить риск большой конфронтации. Это единственная мощная держава, имеющая партнерские отношения с Израилем, Ираном и Хезболлой. Только Россия может «посредничать» между Израилем и Ираном вместе с его партнерами. Военные столкновения между Израилем с одной стороны и Ираном с Хезболлой с другой угрожают достижениям России в Сирии, включая стабильность режима. Россия должна помочь укреплению ранее достигнутого «соглашения о де-эскалации», поддержанного Иорданией и США.

Она стремится повысить свой международный престиж. Она заинтересована в сохранении сотрудничества с Дамаском и подписала с ним контракт об аренде морского порта Тартус сроком на 49 лет. Помощь в достижении договоренностей между Израилем, Хезболлой и Ираном может уменьшить размеры российской вовлеченности в дела Сирии, а Москва стремится сократить военную и финансовую цену такой вовлеченности.

Место падения израильского самолета F-16. Фото: Flash-90

Каковы наилучший и наихудший сценарии выхода из кризиса, каковы будут новые правила игры?

 —Один из негативных сценариев – полномасштабная война между Израилем и Хезболлой, разворачивающаяся на территории Сирии. Израильские официальные лица признают, что следующая война с Хезболлой, заметно усилившейся с 2006 года, нанесет огромный ущерб стране. Нападению могут подвергнуться многоэтажные «башни» Тель-Авива, что повлечет значительные жертвы, а также стратегические объекты, такие как аэропорт имени Бен-Гуриона и морские сооружения по добыче нефти и газа. Тот факт, что Ливан заплатит гораздо более высокую цену, не послужит большим утешением пострадавшим израильтянам.

Для уменьшения вероятности такого сценария Россия должна способствовать установлению понимания относительно контроля над юго-западом Сирии и создания военно-стратегических опорных пунктов Ирана и Хезболлы по всей Сирии. Это связано с выработкой новых правил игры в двух этих ключевых сферах.

Во-первых, Москве следует продвигать определенное понимание ситуации, чтобы укрепить соглашения о деэскалации и удерживать поддерживаемые Ираном силы на дистанции от линий прекращения огня между Израилем и Сирией. Для этого Москва должна, по меньшей мере, не давать воздушного прикрытия военной кампании режима, при участии Хезболлы или других милиций, по возвращению этих территорий. Ей следует использовать свой контроль над воздушным пространством Сирии, чтобы не дать сирийской армии использовать остающиеся у нее авиасоединения на юго-западе. Одного этого может оказаться недостаточно. Ассад видит, что оппозиция слабеет из-за прекращения скрытой поддержки со стороны США, и он объявил, что собирается вернуть всю страну под свой контроль.

Существует формула, которая может уменьшить соблазн режима нарушить соглашение. Согласно этой формуле мятежники должны будут, сохранив свое оружие для целей самообороны, признать легитимность государства (но, может быть, не обязательно нынешнего режима) и позволить возвратить его административные органы (по  возможности укомплектованные местным персоналом).

Израилю придется удовольствоваться меньшими «зонами недопущения», чем он требовал. Такая формула дает реалистичный способ удержания врагов Израиля на расстоянии и тем самым понижает риск регионального «возгорания». Стабильность в этих зонах может также способствовать возвращению в большей степени Сил ООН по наблюдению за разъединением – частью Соглашения от 1974 года о разъединении израильских и сирийских вооруженных сил. И Сирия, и Израиль заявляют о желании восстановить этот элемент Соглашения.

Возможно, самой главной проблемой в связи с такого рода соглашением является следующее: есть ли у России желание и возможности убедить режим и Иран, не вступая с ними в спор и не подрывая существующее сотрудничество. Вполне возможно, что Дамаск и Тегеран не захотят принять это соглашение о юго-западе, пока Израиль продолжает наносить удары по их позициям в других частях страны. Именно поэтому любое местное прекращение огня оказывается неустойчивым в отсутствие более широкого согласия.

Во-вторых, Москва должна, поэтому, продвигать израильско-иранский «модус вивенди» в Сирии, в рамках которого Иран приостанавливает создание предприятий по производству точных ракет и другой военной инфраструктуры в Сирии, а Израиль молчаливо соглашается с присутствием иностранных сил на остальной территории Сирии, пока не будет достигнуто соглашение о будущем страны. Для многих в Израиле такая формула означала бы слишком большую уступку. Россия, однако, является для Израиля не только ограничивающим фактором; она может быть полезной как единственный игрок, способный хоть как-то воздействовать на Иран и его партнеров. Если Россия поможет Израилю избежать полномасштабной войны, которой он не хочет, это будет немалой заслугой.

— Какова роль США в этом конфликте? И какую роль в целом будут играть США в близком будущем?

-Соединенные Штаты в общем не считают, что будущее Сирии находится в сфере важных американских интересов. Поэтому американцы ограничивают свою деятельность там определенными районами, в основном северными, населенными курдами, и южными, граничащими с двумя союзниками США – Иорданией и Израилем. Увеличение американского военного присутствия в Сирии выглядит маловероятным. Соединенные Штаты вряд ли собираются играть ведущую роль в определении будущего Сирии, скорее, они могут стать одним из организаторов переговоров об этом будущем между оппозиционными группами и режимом.

На израильско-сирийской границе. Фото: Flash-90

—  Как обострившаяся ситуация может воздействовать на израильское общество и израильскую политику?

-Как сказано раньше, война может привести к такому уровню ущерба, с которым израильское общество раньше не сталкивалось. Подобная война, независимо от того, насколько широко и жестко Израиль будет действовать в Ливане, вызовет серьезные политические последствия в Израиле. Как бы хорошо ни вело эту войну руководство, оно будет подвергнуто оппозицией резкой критике за то, что не сумело предотвратить войну, приведшую к потерям и ущербу такого масштаба.

Офер Зальцберг – ведущий аналитик программы по Ближнему Востоку и Северной Африке Международной  Кризисной группы

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x