Гражданин мира

Здание Конгресса США. Фото: Yossi Zamir, USA

США в ноябре

Многое из того, что говорит и делает Дональд Трамп, совершенно “невиданно-неслыханно” ни для рядового американца, ни для политических историков США. Одним из проявлений радикального отхода от традиционной американской системы ценностей стали неоднократные критические замечания Трампа о конституции США.

Последние высказывания Дональда Трампа по ближневосточной политике стали одной из крупнейших политических сенсаций последних месяцев и ушатом холодной воды на горячие головы некоторых демократов. В первый раз в своей политической карьере Трамп, вдруг сказал нечто достаточно определенное и, более того, имеющее смысл. Произошло это в тот момент, когда его политические противники объявили начинающего политика неспособным учиться и заверили избирателя в бесполезности ожидания от нынешнего президента каких-либо реалистичных инициатив по внешней политике.

Вспоминая первые пресс-конференции Дональда Трампа, когда он беспомощно оглядывался советников при упоминании журналистами слова «Хизбалла», демократов несложно понять. Однако, с неспособностью учиться, демократы, кажется, погорячились. Дональд Трамп в очередной раз подтвердил свою репутацию супер-непредсказуемого политика и посрамил уважаемых аналитиков.

Почему это произошло именно сейчас? Можно с уверенностью сказать, что причина тому предстоящие парламентские выборы, которые во многом определяет политическое будущее нынешнего президента.

Ни для кого не секрет, что Трамп пришел в политику со сложившейся психологией бизнесмена. Некоторые из его сторонников были в шоке от того, насколько силен в нем коммерческий взгляд на мир, определяющий все основные жизненные решения. Он, например, относился к странам, как к корпорациям, строя отношения с ними исходя из личности лидера и во многом полагался на личные связи.  Так, например, одной из мишеней для нападок во время избирательной кампании была Япония, вызвавшая гнев кандидата Трампа в частности за якобы нечестное вытеснение с рынка американский автомобилестроителей.  Однако, после визита японского президента Шиндзо Абе, предложившего Дональду Трампу сыграть в гольф и подарившего американскому президенту последние модели гольф-мобиля и дрона для поиска мячиков, Дональд Трамп объявил Японию самой дружественной США страной.

Как оказалось, бизнес-подход к политике не очень-то применим, что стало причиной самого низкого президентского рейтинга Трампа за всю американскую историю. Популярность политики Трампа действительно низка. Многие из тех, кто его поддерживает либо видят в нем главнокомандующего очередного этапа гражданской войны, что обуславливает невысокие требования ко всему, что не является первостепенно важным в борьбе, либо  готовы поддержать лидера республиканцев , кого бы там ни назначили на эту роль.

Первоначальный подход к ближневосточной проблеме был характерен полным отсутствием какой-либо конкретики при представлении карт-бланш Биньямину Нетаниягу, как единственному лидеру региона, с которым был более-менее знаком сам Трамп, и с которым был лично знаком его советник Джаред Кушнер.

Последние формулировки американской позиции по Ближнему Востоку практически лежат в русле традиционной республиканской политики. Схожие тенденции наблюдаются и в других областях, что свидетельствует о том, что за два года Дональд Трамп все-таки, выучил, что политика — это не бизнес и решил идти на выборы не под лозунгами трампизма, а в качестве традиционного республиканского лидера, что  повышает шансы партии на предстоящих выборах.

Чуть больше чем через месяц американским избирателям предстоит определить новый состав двухпалатного парламента — Конгресса.  Переизбирается весь состав Палаты Представителей (435 депутатов) и 33 из ста делегатов верхней палаты — Сената. Избираемые на два года депутаты нижней палаты представляют в высшем органе власти население США и призваны защищать интересы своего электората, в то время как сенаторы говорят от имени штатов — политических единиц, обладающих достаточно большой самостоятельностью, в подчинении которых находятся, в числе прочих структур полиция, суды и другие органы охраны порядка.  Каждый штат имеет по два сенатора — независимо от размеров и численности населения.  Сенаторы избираются на шесть лет таким образом, что каждые два года треть представителей палаты — 33-34 законодателя из ста происходит процедуру переизбрания.

В настоящее время в Палате Представителей 236 республиканцев, 193 демократа и 6 мест являются временно освобожденными. Если в течении предстоящего месяца не произойдет политического землетрясения, то даже по опросам про-республиканских институтов большинство в Палате должны взять демократы. На настоящий момент, единственное, что может помешать демократам потеснить республиканцев в Палате Представителей — это радикальные позиции некоторых кандидатов-социалистов, которые пользуясь моментом стали представителями от партии в ряде избирательных округов. Но и в вопросах радикализации, надо сказать, республиканцы в долгу не остались. В их списках, например, фигурирует руководство Нацистской партии США.

Сенат же с большой степенью вероятностью останется в руках республиканцев, хотя у демократов есть слабая, но все-таки реальная надежда взять контроль и над верхней палатой.  Взять власть в Сенате на этих выборах скорее всего помешает лишь случайное стечение обстоятельств —  из 33 переизбираемых в ноябре сенаторов 25 — демократы, а из восьми республиканцев пять представляют штаты с большим консервативным большинством.

Формально нижняя палата больше концентрируется на законодательной деятельности, в то время как верхняя ратифицирует договоры, утверждает президентские назначения и согласовывает политику штатов во всех спорных вопросах. Тем не менее, решение любых важных политических вопросов требует согласия обеих палат.  Получив большинство даже в одной из них, демократы смогут значительно ограничить свободу действий президента. Кроме формального согласования действий по кардинальным политическим вопросам, Белый Дом может встать перед необходимостью считаться с действиями несчетного числа парламентских комиссий и расследований, которые может начать парламентское большинство в любой из палат.

В любой другой ситуации необходимость администрации президента договориться с несколькими представителями из оппозиционной ему партии была бы такой проблемой, которая не стоит и одной газетной строки, ведь в США нет ничего подобного израильской партийной дисциплине побуждающей членов Кнессета от одной фракции голосовать коллективно.  Президент Обама назначал на важнейшие посты государственной безопасности и контрразведки республиканцев, а президент Буш в пику собственной партии солидаризировался с демократами во многих вопросах политики медицинского страхования, и это считалось нормальным. Однако, нынешняя ситуации во многом кардинально отличается от всего, что было в прошлом.

Характерной особенностью настоящего момента является тот факт, что нынешний президент пытается сильно изменить традиционный политический курс страны.  Многое из того, что говорит и делает Дональд Трамп совершенно “невиданно-неслыханно” ни для рядового американца ни для политических историков США. Одним из проявлений радикального отхода от традиционной американской системы ценностей стали неоднократные критические замечания Трампа о конституции США, которая, якобы, не предоставляет ему достаточных полномочий.

Такая ситуация обязывает республиканцев, получивших два года назад контроль над обеими палатами парламента, быть особо чувствительными к настроениям избирателей.  До сих пор республиканский истеблишмент проявлял терпимость к политическим экспериментам президента, даже несмотря на явные  признаки недовольства избирателей, как, например, победа демократов в ревностно преданной республиканцам Алабаме и дистанцирование республиканских лидеров на местах от политики Трампа.  Предстоящие выборы станут первым со времени инаугурации Трампа реальным тестом настроений избирателей, и поражение на них заставило бы республиканских политиков задуматься о судьбах партии и собственной карьере, пострадавших от непопулярности президента.

Что же произойдет в случае победы демократов на промежуточных выборах? Как уже было отмечено, ради уменьшения ущерба партии, поражение на выборах республиканцы скорее всего объявят результатом провала политики Трампа, под которого партия подстраивалась на прошлом съезде. В этом случае следует ожидать активного отхода партии на традиционные позиции по принципу “пробовали новое, но оно не работает. Уж извините”.

США, специально для РеЛевант

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x