Политика

Эхуд Барак. Фото: Flash-90

Иногда они возвращаются

В 1999-м Барак интересовался, что можно предложить репатриантам «Большой алии», и мы старательно внушали ему программу гражданских реформ: светские браки, транспорт по субботам, кладбища для неевреев - в общем все то, что остается на повестке дня и по сей день.

Честно говоря, когда стали появляться публикации, что Эхуд Барак собирается вернуться в политику, я в это не поверил. Живя в мире фейк-ньюз, стараешься не верить ни во что, пока не «пощупаешь». Тут же вспоминается классическая формула, что нельзя дважды войти в одну и ту же воду, хотя на политику это не слишком распространяется. «Возвращаются все, просто некуда деться», — пел Высоцкий. Политика знает много ярких возвращений. Самый близкий и надоевший пример, — Биньямин Нетаниягу. Уинстон Черчилль уходил и возвращался. Не говоря уж о знаменитых ста днях Наполеона. Да и сам Барак совершил уже однажды возвращение — если не триумфальное, но достаточно успешное. Если, конечно, считать пост министра обороны успехом. Но в третий раз…

Оказалось, что фейк-ньюз – не всегда фейк. Иногда это просто ньюз – новость. Барак публично объявил о своем возвращении.

У меня к Бараку отношение очень личное, и поэтому, признаюсь, не совсем объективное. Хотя я и постараюсь загнать свою необъективность в дальний угол моего сознания.

Дело в том, что одна из самых ярких (если не самая яркая) страница моей израильской биографии – это два с половиной месяца работы в предвыборном штабе Эхуда Барака в победном для него 1999 году. Это было время сумасшедшего драйва, бессонных ночей дежурства в штабе, чтобы к утру подготовить радиоролик с ответом на выпад штаба Нетаниягу, озвученный в вечерних программах новостей. Тут я сполна познакомился с предвыборной кухней. Правда, это было в период, когда еще не было такой кухонной утвари, как социальные сети, и варево готовилось в кастрюлях прессы, радио и телевидения.

В то время мне несколько раз во время ночного дежурства приходилось на неформальном уровне общаться с Эхудом Бараком, приезжавшим записать очередной радиоролик. Общение наше напоминало знаменитый диалог Ленина с солдатом Шадрином: «А как вы думаете, пойдут крестьяне за большевиками?» Только вместо крестьян были «русские», а вместо большевиков – «Единый Израиль», тогдашняя предвыборная конструкция из «Аводы», партии «Гешер» и умеренно-религиозного движения «Меймад».

Барак интересовался, что можно предложить репатриантам «Большой алии», и мы старательно внушали ему программу гражданских реформ: светские браки, транспорт по субботам, кладбища для неевреев — в общем все то, что остается на повестке дня и по сей день. Всё это вошло тогда в предвыборную программу Барака. Думаю, не только с нашей подачи.

Тактика работы на «русской улице» зиждилась на двух слонах (китах или черепахах – это кто как считает). Первый —  создании имиджа Барака: интеллектуал, выпускник Стэнфорда, специалист по системной аналитике (знать бы, что это такое!), любитель классической музыки, сам в свободную минутку играет «Лунную сотату» на фортепьяно.  А в детстве в доме у его дедушки постоянно был русский журнал «Крокодил»… Да  еще он и «солдат номер один», бесстрашный герой спецназа, принимавший участие в самых захватывающих операциях, достойных Джеймса Бонда. Второй «слон» —  антиклерикальная тема. Та самая, которая сейчас в центре кампании НДИ. По сей день горжусь придуманным мной объявлением для русской прессы: «С Биби – к ШАСтью!». Реплика в сторону: косвенно это привело к максимальному успеху партии ШАС, получившей на тех выборах 17 мандатов. К успеху на «русской улице» приложила руку и партия «Исраэль ба-алия», присоединившаяся к лагерю Барака, поскольку в лагере Нетаниягу ей жестко противостояла вновь образованная партия НДИ. И среди русскоязычных избирателей, если верить непонятно как подсчитанным данным, за «Единый Израиль» проголосовало 57%.

Короче, триумф Барака был полным. Он создал коалицию, в которую вошло 75 депутатов. Правда, в том числе вышеупомянутый ШАС и ультраортодксы. Так что, уже назавтра после формирования коалиции Барак начисто забыл обо всех гражданских реформах, отдав внутреннюю политику на откуп религиозным партиям в обмен на их поддержку или нейтральную  позицию по вопросам политике внешней. Барак поистине с трамповским размахом был намерен разрубить гордиев узел израильско-палестинских отношений. И потерпел на этом направлении полный крах. Уже к осени следующего года Барак растерял почти всю коалицию, его кабинет министров стал правительством меньшинства, а Барак сосредоточил в своих руках 9 (прописью – девять!) министерских портфелей, о чем наверное, с завистью вспоминает Нетаниягу. В этот период Барак, как за соломинку, наконец,  схватился за гражданские реформы, и громко объявили о начале их продвижения. Но это длилось ровно две недели, потому что начался очередной этап переговоров в Кэмп-Дэвиде, и Бараку понадобилась поддержка ортодоксов.

После провала кэмп-дэвидских переговоров было решено пойти на новые выборы главы правительства. Но на беду Барака в конце 2000 года вспыхнула вторая интифада. Поэтому еще задолго до выборов стало ясно, что у Барака на выборах нет никаких шансов. В начале 2001 года Барак проиграл Ариэлю Шарону, шедшему на выборы под лозунгом «Дайте ЦАХАЛу победить». А Барак ушел из политики и занялся чтением лекций за астрономические гонорары. Надо ли говорить, что Барак растерял всю популярность не только в политических кругах, но и среди избирателей, а среди русскоязычных —  особенно. У них на четыре года появился новый кумир – «крутой» Шарон. Который, впрочем, тоже после размежевания перешел в разряд «предателей». Впрочем, это уже другая история.

Что касается меня, то я навсегда разочаровался в политиках, и поныне пребываю в рядах циников, за что отдельное спасибо Бараку.

Второе пришествие Барака произошло в 2007 году, когда члены партии «Авода», за истекшие шесть лет сменив несколько незадачливых лидеров, снова «призвали на царство» Барака. Раскручивать в народе лидерские достоинства Барака было уже безнадежно, и под его руководством на выборах 2009 года партия получила всего 13 мандатов. Тогда Барак громогласно объявил, что партия останется в оппозиции, а всего через месяц, вопреки мнению многих членов фракции, принял заманчивое предложение Нетаниягу стать министром обороны. То есть, совершил традиционный для израильских политиков кульбит. Я не специалист в военном деле, но по мнению большинства знатоков, он был хорошим министром обороны. Правда, еще через два года он развалил фракцию «Аводы», создав отдельную  фракцию «Ацмаут», а через полтора года после этого и вовсе заявил об уходе из политики.

Вскоре после этого семидесятилетний Эхуд Барак сказал в одном интервью, что лет через пять он, возможно, вернется в политику, но никто всерьез это не воспринял. Ведь через пять лет ему будет уже 75. Но Барак вернулся. 77-летним, но весьма боевым и агрессивным.

И вот тут мы переходим к вопросу: зачем он это сделал? Неужели ему стало скучно выращивать медицинскую марихуану и захотелось драйва?  Если послушать, что он сказал на пресс-конференции по случаю возвращения, то единственный пункт программы будущей партии Барака, у которой даже пока нет  названия, это: «Только не Биби!». На левом фланге израильских обозревателей, уже несколько разочаровавшихся в серой предвыборной кампании «Кахоль Лаван» приветствовали резкие высказывания Барака в адрес  Нетаниягу: в поскучневший  спектакль под названием «Выборы» впрыснули новую интригу. Опрос, поведенный компанией Камиля Фукса, неожиданно показал, что безымянная партия Барака получает 6 мандатов, причем, при более глубоком анализе результатов опроса, можно сделать вывод, что три мандата из шести перепали ему из правого лагеря.  Может быть, тут сказывается моя неприязнь к Бараку, но мне это кажется странным. Мне кажется, что после всех разочарований общества в Бараке он вряд ли может рассчитывать на преодоление электорального барьера. Тут мне приходит на память попытка Горбачева баллотироваться на пост президента России, когда он получил всего один процент голосов.

Левые сторонники Барака надеются, что под знаменами Барака объединятся «Авода» с новым председателем, которого выберут 2 июля, и МЕРЕЦ с новым лидером Нисаном Горовицем. Такой союз левых сил спасет эти две партии (особенно – «Аводу») от риска не пройти электоральный барьер. Что, кстати, дорого стоило правому лагерю из-за провала «Зеут» и «Новых правых».

Есть даже мнение (конспирологическое, разумеется, но я бы его не исключил), что партия Барака – это «спойлер» штаба Нетаниягу,  вроде как партия «Светские правые». Только «Светские правые»  призваны отнять голоса у ненавистного Либермана, а партия Барака – у «Кахоль Лаван», чтобы лишить Ганца права претендовать на формирование правительства, если «Кахоль Лаван» получит больше мандатов, чем Ликуд. А победив, Нетаниягу, мол, снова предложит Бараку пост министра обороны. Хотя, честно говоря, звучит уж слишком хитро, чтобы быть правдой.

Наверное, у Барака есть свои достоинства. Но вся его политическая (не военная) карьера свидетельствует  о том, что у него нет умения работать в команде. Он, возможно, был бы хорошим лидером при авторитарной форме правления, но в демократическом Израиле, где надо увязывать интересы многих партий и групп населения, его наполеоновские таланты скорее деструктивны, чем конструктивны.
Впрочем, я закончу свои заметки своей обычной ремаркой, которая звучит так: «Возможно, я ошибаюсь».

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x