Конфликт

Фото: Рони Эйтан

Не бывает вечных конфликтов

«Мы все проходим три этапа. На первом этапе мы поем песни войны, считаем, что главное «убить врага» и коллективное наказание. Потом наступает второй этап, когда мы просто не хотим знать, не слышим людей с той стороны. А сейчас мы , те, кто здесь собрались – на третьем этапе. Мы верим, что мир достижим, но мы можем достичь его вместе. Что война – не единственный сценарий».

Нас было много. Как выяснилось потом, нас было 9 тысяч – участников  Палестино-израильской мемориальной церемонии, которая вот уже 14 раз проходит под руководством организаций «Палестино-израильский форум осиротевших семей» и  «Combatants for Peace» . Из года в год число участников растет, и подходя к парку а-Яркон, мы вливались в реку людей, среди которых было много молодежи, женщин и детей.  Лозунг «Делимся горем, несем надежду» вполне отвечал духу церемонии.

Фото: Рони Эйтан

Если вы спросите, на что это похоже, то я вам скажу: на кадры хроники «Вудстока» и других подобных собраний эпохи 60-х, на сильное движение против войны во Вьетнаме.

Однако не все было спокойно, впрочем, как обычно. Группа ультраправых активистов выбрала эту траурную церемнию для выражения своих оскорбленных чувств — не по поводу войны, а по поводу участников. Они были неплохо подготовлены. Под руководством потенциального депутата Кнессета, адвоката Итамара  Бен-Гвира они орали в мегафон «Предатели», «Убирайтесь в Газу», «Бат-зона» и « Шарамута» (женщин среди участников церемонии было много).  Я не видела более серьезных инцидентов, но они были. Пятерых задержала полиция.

Фото: Рони Эйтан

Стояли с фотографиями и немногие родственники погибших и солдат, их возмущала церемония, которую проводят в День памяти павших военнослужащих ЦАХАЛа и жертв террора.

Но гораздо больше было тех родных павших, кто принял участие на стороне организаторов.

Как обычно, правительство было против проведения альтернативной церемонии и выдвигало обычное утверждение, которое сформулировал Нетаниягу на своей странице, вызвав бурю негодаваня и поддержки, особенно в русскоязычном секторе фейсбука.

«Решение БАГАЦа ошибочно и вызывает сожаление. Нет места поминальным церемониям, приравнивающим пролитую нами кровь и кровь террористов. Поэтому я принял решение не впускать палестинских участников церемонии, и я считаю, что БАГАЦ не должен был вмешиваться в это решение».

О какой крови террористов в данном случае идет речь? Это остается на совести премьера. Однако в этот раз Верховный суд отклонил претензии и позволил 100 палестинцам приехать на церемонию в Израиль. Сложно представить, что ШАБАК ( а именно он проверял участников) пропустил бы в Израиль террористов и членов их семей, хотя, конечно, понятие терроризма в Израиле сильно размыто.  В прошлом году министерство обороны уже извинялось по этому поводу, заявив, что никаких свидетельств присутствия террористов и их семей на церемонии не обнаружено.

Среди выступавших на сцене их точно не было. Был мальчик  Мухаммад Дарвиш из Бейт-Лехема, его 12-летний друг был застрелен на школьном дворе. Был Басам Арамин, ставший одним из основателей организации «Combatants for Peace» и вступивший в «Палестино-израильский форум осиротевших семей» после того, как его дочь была застрелена случайной пулей.

Юваль Рахмим, потерявший отца в Шестидневной войне, говорил, что некомфортно чувствовал себя на официальных церемониях поминовения. « Каждый год политики были все более циничны, превращая нашу боль в предвыборный митинг и мобилизацию для следующей войны».

Израильская школьница Тамар рассказывала о своем деде, который репатриировался в юности, был сионистом и героем, прошел войны , но после смерти сына  активно боролся за мир для своих внуков. А Леа Шакдиэль – сионистка,  религиозная еврейка, рассказала, почему она пришла к «Combatants for Peace» («Бойцы за мир») и к борьбе за права всех, кто в этом нуждается.

«Мы все проходим три этапа. На первом этапе мы поем песни войны, считаем, что главное «убить врага» и коллективное наказание. Потом наступает второй этап, когда мы просто не хотим знать, не слышим людей с той стороны. А сейчас мы , те, кто здесь собрались – на третьем этапе. Мы верим, что мир достижим, но мы можем достичь его вместе. Что война – не единственный сценарий».

Фото: Алла Борисова

Во время церемонии меня поразили лица. Лица людей, которые потеряли своих близких, но нашли силы говорить о мире с теми, кого привычно и огульно называют в обществе «врагами», были не просто красивы.  В их глазах – и трагедия, и желание рассказать о ней, и надежда на другую судьбу для детей и внуков. Лица людей, кричавших в мегафон «предатели» и « Убирайтесь в Газу» были искажены злобой. Это страшно – видеть такую озлобленность, подогреваемую сверху, такую агрессию к своим же согражданам, которые думают иначе и хотят, чтобы гибель людей не была случайной. А если наше противостояние будут продолжаться – эти смерти станут напрасными. Именно об том говорил Давид Гроссман на предыдущей церемонии.

«Есть сильное чувство, которое связывает нас, и ощущение общей судьбы, и боль, о которой знаем только мы, та, о которой почти невозможно рассказать тому, кто вне этого. Поэтому, если определение «семьи погибших» является реальным и искренним, пожалуйста, уважайте наш путь. Он заслуживает уважения. Это непростой путь, не самоочевидный и не без внутренних противоречий. Но это такой способ придать какую-то осмысленность нашей потере, нашей жизни после их смерти. Это наш способ действовать, чтобы однажды, в будущем, война прекратилась.  ​​Может быть, у нас получится, и война уйдет, и мы начнем жить, жить полноценной жизнью, а не просто выживать от войны к войне, от катастрофы к катастрофе».

Эти слова относятся  ко всему, набирающему силу движению против  войны –  к борьбе за право и возможность быть человеком даже в наших , не всегда человеческих условиях

Не бывает вечных конфликтов – бывают долгие, кровавые войны, отнимающие у нас наших близких.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x