Общество

Кадр из фильма. Фото: HOT

Пощёчина "чистеньким левакам"?

Без каких-либо скидок и малейших послаблений сериал "Смертельная ненависть" Рона Кахлили показывает с мельчайшими подробностями, как ненависть и расизм по отношению к арабам охватили все слои израильского общества.

Это именно то, что не под силу самой лучше драме, но оказывается возможным показать средствами документального кино. Возмущение со стороны политических и мессианских правых в адрес сериала «Ха-наарим» («Our boys») сводятся к одному простому демагогическому утверждению: почему по телевидению показывают одну жертву среди арабов, что случается довольно редко, но не говорят о трёх убитых еврейских подростках? И, почему в фильме вообще не говорят об арабском терроре и исламской культуре, не ценящей человеческую жизнь (по мнению журналиста Ярона Лондона)? Ответом на эти вопросы стал трёхсерийный сериал «Смертельная ненависть», показ которого начался вечером в понедельник по 8 телеканалу. Этот сериал подробно объясняет, как среди правых, а также среди левых, среди сефардов и ашкеназов, в государственных учреждениях и во всех структурах израильского общества распространились ненависть и расизм.

Это на самом деле отличный сериал. В нём нет никаких предубеждений и никаких снисхождений.  Ненависть находит выход, как в «постах» в социальных сетях, так и в высказываниях «Пусть все арабы поумирают!», звучащих от самых разных людей. Кто-то скажет, что всё это – тухлые плоды демократии. Но дело здесь в другом.

Расизм берёт своё начало, если угодно, в том месте, где создатель сериала Рон Кахлили его повстречал: полицейские жестоко избивают араба, которого не подозревают ни в чём конкретно. Знакомая картина? Может быть, всё это начинается в школе, где нет ни одного ученика, знающего по имени какого-либо израильского или палестинского араба? Или, возможно, ненависть исходит из политической системы? Вспомните школьницу, которая «пришла в ужас», узнав, что среди учителей, преподающих в её школе, есть израильские арабы? Как так – арабы?? И – учителя?? В её голове не может уместиться предположение, что араб может быть учителем, или учитель может оказаться арабом. Ведь известно, что все арабы – это террористы! Она почти не видит арабов по телевидению. Арабы практически исчезли с телевизионных экранов в качестве живых людей и остались лишь в роли статистов, от которых требуется выражать преданность государству, осуждать теракты, или же рассказывать зрителям о том, насколько широко в арабском обществе распространено насилие. На телевидении арабы представлены скудно и в сугубо отрицательном свете. О них говорят, как о врагах, напоминая, что у нас идёт война. И арабы останутся врагами, а война продолжится до тех пор, пока она служит интересам властей, которые не предлагают других вариантов и угрожают тем, кто на это осмеливается.

Когда СМИ оказываются под огнём критики, они усиливают накал ненависти к арабам, чтобы этим выставить себя с положительной стороны, и чтобы патриоты не обвинили бы прессу в предательстве. «Генерированный израильтянин» (как его называет создатель фильма Рон Кахлили) желает видеть на экране своего телевизора симпатичных арабов, желательно поющих песни на стихи Бялика, таких, например, как Мирьям Тукан, или таких, как участники конкурса «Мастер шеф» (которые, кстати, уже получили строгий выговор и очень стараются не выпячивать своё арабское происхождение).

Один из ведущих интеллектуалов, фигурирующих в сериале, – профессор Сами Самоха, лауреат Премии Израиля по социологии, самый известный в Израиле исследователь взаимоотношений евреев и арабов. Он предупреждает о том, что антиарабская пропаганда активизировалась в последнее время. Ему противопоставлены Биньямин Нетаниягу, Мири Регев, Гилад Эрдан, Бецалель Смотрич, Авигдор Либерман, Итамар Бен-Гвир и прочие столпы современной ненависти к арабам. Но эта ненависть покоится на прочном фундаменте, заложенном еще в годы правления левых, когда стирались люди, память о них и о пустырях, которые когда-то были арабскими деревнями – стиралась история людей. Это стирание порождает демонизацию. Ненависть спускается по бюрократическим структурам системы просвещения и законодательства, а также внедряется в частную жизнь посредством армейского и политического дискурса.  Свою роль играет и капитализм, вышвыривающий, например, арабов из Яффо. Арабское население города стало жертвой еврейско-недвижимой джентрификации в интересах только богатых.

И всё это – ещё до того, как мы подошли к корню проблемы. Если человек верит в то, что он принадлежит к избранному народу, исключительное право которого на эту землю имеет Божественное происхождение – как он может не ненавидеть арабов? В военной йешиве в поселении Эли демобилизованных солдат ЦАХАЛа обучают разговаривать по-арабски. Спрашивается, зачем? Для того, чтобы во время резервистских сборов им было легче понимать арабов на блокпостах. В секулярных государственных школах делают акцент на «еврейской самоидентификации», причём в её самом ортодоксальном понимании. В арабских городах появляются еврейские религиозные «ячейки», поселяющиеся в самом центре. Это происходит в таких городах, как Лод и Рамле. Члены ячеек открыто говорят: «Мы – хозяева этой земли, а арабы должны знать своё место».

По мере просмотра сериала, череды эпизодов, в которых участвуют люди без рогов и без нацистской символики, впечатление у зрителя становится всё более тяжелым, и удручающим. Особенно хочется отметить тот момент, что сериал «Смертельная ненависть» оказался звонкой пощёчиной тем израильтянам, которые считают, что один лишь факт их голосования за левые партии делает их белыми и пушистыми. Всё это глупости! Наша пресса обрушилась на восточных евреев из Афулы, протестовавших против того, что арабы выиграли тендеры на покупки квартир в городе. Но та же пресса обошла упорным молчанием махровый расизм жителей мошава Кфар-Врадим, которые отменили такие же точно тендеры и по таким же точно причинам. Не существует никакой разницы между вежливым расизмом «хороших ребят» из Кфар-Врадим и изрыгающим пламя обыкновенным каханистом.

Евреи, выходцы из восточных стран, могли бы стать связующим звеном между культурами, но превратились в носителей ненависти к арабам. Сефардский расизм появился на свет одновременно с культурным переломом, который пережили в Израиле репатрианты из стран Востока. Они вынуждены были отказаться от культуры, впитанной ими с детства, в том числе, не использовать в семьях еврейские диалекты арабского языка. Таким было жёсткое требование правившей в те годы партии МАПАЙ, имевшее огромные последствия для репатриантов. И то, что поселили этих бедных людей на периферии, в районе Лахиш или в Галилее, только обострило отторжение ими всего арабского – как подтверждение «избавления от галута». На ашкеназских евреях режиссёр Рон Кахлили подробно не останавливается, и это жаль. Ашкеназский расизм имеет ещё один идеологический слой: вульгарный ориентализм, приписывающий арабам отрицательные качества, потому, что они не европейского происхождения.

Но и те, кто захотят оградить себя и свою жизнь от этого сериала, должны помнить: в стране есть десятки тысяч потенциальных «элиоров азарий». Кто-то из них ходит с кипой на голове, кто-то – без. Они живут и в центре страны, и на окраинах. И объединяет их ненависть. Убийство Мухаммеда Абу Хадира – это только один случай, где она нашла выход.

 

Оригинал статьи на сайте «Гаарец»

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x