Социальные вопросы

"Всю жизнь работал. Почему я – нищий?!"

«Русскоязычным избирателям нельзя голосовать за партии, в программах которых нет двух пунктов – пункта о социальном жилье для русскоязычных стариков из Большой алии и пункта о решении проблем людей, которые стали жертвами так называемой «пенсионной катастрофы» Это касается не только русскоязычных пенсионеров. Это касается всех русскоязычных. Даже если эта проблема сегодня не коснулась вас, ваших родителей, ваших близких родственников, то она, скорее всего, ожидает вас за углом».

Как известно, русскоязычные активисты не принимали значительного участия в социальном протесте 2011 года. Была, конечно, русскоязычная молодёжь рядом с Дафни Лиф, Став Шафир и Ициком Шмули. Но очень немного. И самые болезненные социальные вопросы «русской улицы» во время протеста 2011 года так и не были подняты.

А у русскоязычных пенсионеров, например, есть куда более острые проблемы, чем цена коттеджа с домиком фирмы «Штраус». Первая робкая русскоязычная демонстрация по социально-экономическим темам состоялась уже после окончания большого протеста в 2012 году. Но заметного влияния ни на общеизраильскую политику, ни даже на русскоязычных депутатов Кнессета она не оказала.

Следующей вехой была демонстрация осени 2015 года, состоявшаяся на площади возле «Габимы». На этой демонстрации были чётко поставлены два главных социальных вопроса для русской улицы: пенсионная катастрофа и отсутствие социального жилья.

Что такое «пенсионная катастрофа»? Люди, которые приехали в Израиль, допустим, в 1989 году (в начале «большой алии»), отработали здесь 30 лет и сейчас выходят на пенсию, вдруг выясняют, что пенсии у них нет, и они на старости лет будут получать меньше, чем те, кто ни одного дня не проработал в Израиле и сразу же стал получать пособие по старости. При этом, в отличие от первой группы, вторая, которая работала в Израиле и получала зарплаты, привыкла к совсем другому уровню жизни. И вдруг, выйдя на пенсию, люди оказываются в ситуации, описанной на одном из плакатов: «Всю жизнь работал. Почему я – нищий?!» Не только детям не могут помочь, но вынуждены просить их помощи.

Второй вопрос – это вопрос о социальном жилье. Об отсутствии крыши над головой. Об очереди в Министерстве алии и интеграции, которая в 10 раз больше, чем в Министерстве строительства. Об очереди, из которой человек скорее попадёт на кладбище, чем добьётся социального жилья.

К сожалению, однако, поставив эти два сущностных вопроса, акция протеста на русской улице не коснулась двух других сакраментальных вопросов. Пресловутых «кто виноват?» и «что делать?». Кто виноват в том, что сложилось такое положение дел, и что делать, чтобы улучшить ситуацию. Однако следует отметить, что с осени 2015 года хотя бы русскоязычные политики стали обращать внимание на главные социально-экономические вопросы, а лучшие из них – даже искать варианты решения. Один из инициаторов множества акций протеста Роман Лейдерман жалуется: «Организуем мы демонстрацию. У нас община – в 10 раз больше эфиопской, а людей на каждую отдельную акцию приходит в 100 раз меньше, чем на эфиопскую демонстрацию. Едем мы на обсуждение в Кнессет. Я с трудом привожу с собой 4-8 человек. А эфиопы приводят человек 80. Любая другая община в Израиле гораздо лучше защищает свои интересы, чем мы».

12 февраля, в Тель-Авиве возле правительственного городка состоялась демонстрация протеста русскоязычных пенсионеров. Демонстрация была созвана по инициативе Романа Лейдермана и членов интернет-сообщества «За акцию протеста на русской улице». Демонстранты были одеты в желтые жилеты.

Около них останавливались люди. Задавали вопросы. Обсуждали.

Демонстранты ругали всех: израильский истеблишмент, министерскую бюрократию, политический беспредел, русскоязычных депутатов. СМИ, которые не обращают на них внимания. Русскоязычную общественность, которая не хочет ходить на демонстрации.

Демонстранты обратились к представителям всех партий и общественных организаций. Но пришли к ним только двое: бывший директор министерства алии и интеграции Алекс Кушнир и один из руководителей «Форума за социальное жильё» Марина Замская. Кушнир приехал для этого из Ашкелона, Замская из Хайфы.

Алекс Кушнир и Марина Замская

Марина Замская утверждает: «На самом деле проблема социального жилья — всенародная, и господа министры от разных партий должны понимать свою ответственность перед своим электоратом и поднять проблему социального жилья для пожилых репатриантов на уровень государственного приоритета. Яир Лапид – политик, который категорически не приемлет даже разговоров о социальном жилье. Он сказал представителям нашего Форума: «Понятия «социальное жильё» нет в моем лексиконе»». Он не стыдится этого. Он этим гордится».

Роман Лейдерман и Марина Замская

Роман Лейдерман заявил: «Русскоязычным избирателям нельзя голосовать за партии, в программах которых нет двух пунктов – пункта о социальном жилье для русскоязычных стариков из Большой алии и пункта о решении проблем людей, которые стали жертвами так называемой «пенсионной катастрофы» Это касается не только русскоязычных пенсионеров. Это касается всех русскоязычных. Даже если эта проблема сегодня не коснулась вас, ваших родителей, ваших близких родственников, то она, скорее всего, ожидает вас за углом».

 

Демонстрация состоялась. Она была не многочисленной. Остался вопрос: может ли русскоязычная община отстаивать собственные интересы?

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x