Общество

Андрей Жигалин. Фото: семейный архив

Министерство внутренних дел VS человечность

Сегодня в Израиле МВД настаивает на том, чтобы оторвать престарелых родителей от детей-неевреев и выслать стариков из страны, приравняв  к незаконным иммигрантам. И это произойдет, если дети не будут активно сопротивляться в судах. А мы - говорить и писать о том, что происходит.

Вот, предположим, вы приехали в эту страну по ЗОВ 20 лет назад, оставив позади город Петербург, родителей, всю прежнюю жизнь. К счастью, там был получен диплом врача, и вы начинаете свою жизнь в новой стране. Идут годы. За спиной подтверждение  квалификации в лучших больницах страны, служба в ЦАХАЛ, в том числе и в боевых частях, 10 лет милуима (резервистская служба), многолетняя работа врачом. Вы платите налоги, дети уже в армии – в общем обычная история гражданина-израильтянина. И вдруг.

Не могу сказать, никогда такого не было и вдруг опять, потому что историй таких много. И все же то, что происходит с семейством Андрея Жигалина не первый год – достойно, конечно, подробного рассказа.

Об этом бодании Андрея с МВД и гуманитарной комиссией, конечно, многие уже слыщали. Но поскольку только что, в мае, дамоклов меч депортации его престарелых больных родителей, которых он был вынужден перевезти в Израиль,  был от них в миллиметре – возвращаемся к этой истории снова.

Вся беда Андрея Жигалина – в одной коротенькой фразе: он не еврей. Он приехал в Израиль с женой-еврейкой по ЗОВ. А это значит одно – его родителям нет места в Израиле, сколько бы он ни отдал этой стране и сколько бы налогов ни заплатил. Его служба на северной границе с Ливаном, его работа спасателем и в наших горячих точках – все это не имеет никакого значения для МВД. Все решает пятый пункт, как говорили когда-то в СССР. Дежавю.

Случилось так, что 6 лет назад родителям Андрея в Петербурге стало совсем плохо. Оба очень больны, и в гололед, когда выйти на улицу уже никто не смог (только истинный петербужец, ломавший ноги в январе, знает, что это такое), они- 80-летние блокадники остались в прямом смысле слова  без хлеба, потому что вдруг оказалось, что некому его принести. Ну, бывает, конечно, и можно попросить друзей, но сын это слышать уже просто не мог. Он привез родителей сюда, и начались 9 кругов ада, юридической казуистики, общения с МВД и адвокатами. Вы наверняка слышали подробности, а меня поразила прежде всего одна цитата. Это цитата из ответа МВД на запрос сайта «Вестей», где было сказано так: «Господин Андрей Жигалин не имеет права на гражданство Израиля по Закону о возвращении и получил свой статус в Израиле благодаря тому, что его жена соответствует критериям Закона о возвращении. Требование о предоставлении статуса в Израиле его родителям, которые также не имеют права на гражданство по указанному закону, само по себе вызывает недоумение. Тем более странно его обращение к средствам массовой информации по этому вопросу. Господину Жигалину многократно объяснялось, что существует процедура «престарелого родителя», которая применяется в исключительных случаях, и следует соответствовать ее требованиям. Пока его заявление не соответствует требованиям упомянутой процедуры, невозможно утвердить статус его родителей».

Андрей Жигалин. Фото: семейный архив

Итак, что мы знаем. Андрей Жигалин – единственный сын престарелых и больных родителей. Маме 86 лет, папе -81. Мы поговорили с Андреем, чтобы понять , что происходит с семьей сегодня.

— Да, 12 мая в очередной раз истек срок их туристической визы, — рассказывает Андрей. — И я  вновь, уже в третий раз написал заявление в гуманитарную комиссию с просьбой рассмотреть мое дело. Мы просим предоставить моим родителям статус постоянного жителя. Проблема в том, что мы никогда не знаем, передадут ли это заявление в комиссию, или  нет. Отказывали нам уже два раза на том основании, что их двое, а в инструкции идет речь только об одном родителе. Второй раз нам ответили, что не рассматривают просьбу, потому что родителям есть, где жить в Петербурге.

Проблема в том, что они не получают в Израиле страховую медицинскую помощь, а страховые компании людьми в этом возрасте без статуса не занимаются.

-В каком состоянии родители сейчас?

— Папе 81, он с трудом встает с кровати. У него болезни суставов, был сложный перелом ноги.  Маме 88, у нее диабет, она может только дойти от кровати до кресла… У обоих мерцательная аритмия, слепота на один глаз. В Петербурге у папы часто были ухудшения состояния, воспалялись язвы на ноге, и родители оказывались отрезанными от всего. Здесь я поддерживаю их, как могу.

— Вам скажут, что в Петербурге вы могли бы организовать помощь …

— Сейчас это уже невозможно, им требуется постоянный уход, и я вообще не представляю, как могу отправить своих родителей куда-то от себя.

-Может быть это и не имеет отношение к делу, но вы ведь служили и в боевых частях?

— Да, пока мог.( От редакции:  Андрей неоднократно подменял врачей в боевых частях. Во время Второй ливанской войны служил на северной границе). Потом 10 лет в милуиме. И все время работал, конечно. Потом я перенес инфаркт и служить уже не мог, сейчас работаю гастроэнтерологом больничной кассы Клалит.

— Что вы думает о ситуации в целом, что собираетесь делать?

-Наверное, я не один в этой ситуации. Даже наверняка. В моем случае я считаю ситуацию издевательством. Для чего была создана эта гуманитарная комиссия? Именно для таких случаев, как мой. Ответ – ждать, пока в живых останется один из родителей – это издевательство.

— Все дело в том, что вы – не еврей, пишут сотрудники МВД.

— Да, но эта комиссия и создана для таких как я. Ведь если ты еврей, вопроса бы не было.

Андрей Жигалин на акции протеста — против депортации родителей.

Накануне предполагаемой депортации,  общественное движение АХДУТ– Всеизраильское Движение Протеста и Солидарности – опубликовало петицию в защиту родителей Андрея Жигалин.  Ее уже подписали 17 тысяч человек. В частности в ней говорится:

«Мы — русскоязычные репатрианты, выходцы из огромного постсоветского пространства. Сегодня нас один миллион двести тысяч человек из восьми с половиной миллионов населения Израиля. Кто-то  из нас прибыл в страну тридцать лет назад, кто-то полгода. Но все мы репатриировались по Закону о Возвращении. Этот закон дает равные права как евреям по Галахе, так и их супругам-неевреям, детям и внукам.

Все мы живем по законам нашей страны, работаем, платим налоги, служим в армии. Мы гордимся своим израильским гражданством и ожидаем от Родины защиты и поддержки в необходимый момент.

Но зачастую, при возникновении различных проблем, сразу всплывает вопрос еврейства, разделения на “своих” и “чужих” (евреев-неевреев), и попираются все человеческие принципы гуманизма и равенства прав человека….

…. Мы убеждены, что ситуация сложившаяся в семье Андрея Жигалина – прямое нарушение прав человека. Решение, принятое МВД Израиля, возможно, соответствует мертвой букве закона, но не имеет ничего общего с гуманистическими принципами…»

Фото: семейный архив

О букве закона

«Когда  мы создавали нашу организацию, — рассказывает активист АХДУТ Яков Рабич, – у нас была  идея – нам надо объединятьсяя. Но русская община не понимает зачем нам это нужно. Они не видят в этом смысл»…

— Яков, в петиции вы пишете, что обратитесь по делу Андрея Жигалина в БАГАЦ. Это так?

— Выяснилось, что на сегодняшний день это невозможно, потому что не испробованы все механизмы, и надо вновь ждать решения гуманитраной комиссии.

В петиции упомянута так называемая «буква закона». Она действительно существует. О том, что же с ней не так, мы говорим с адвокатом по миграционным делам Ритой  Хайкиной.

-Понимаете, точка зрения государства и гуманитарной комиссии, в общем, понятна. Положительное решение – открывает ворота другим детям и родителям в сходной ситуации. В комиссии считают, что жить в Петербурге можно, и нужно доказывать, почему им там так трудно.  Сейчас мы разбираемся с другим случаем – выдворением 13-летнего гражданина Израиля, потому что родители в разводе, а можно отправить ребенка-сабру в Молдову жить в деревне,  в глубинке, в развалюхе и только на том основании, что у ребенка якобы нет связи с отцом-евреем.

— Возникает вопрос: а гуманитарная комиссия вообще работает?

— По-моему они рассматривают один случай  в полгода, и у них самый частый ответ – «абайта!» (Домой!) Что же касется Андрея, я уверена, что надо действовать через суд, и доказывать, что родители на самом деле по состоянию здоровья просто не перенесут перелет. Апелляция должна строиться на этом – они просто не могут подняться в самолет. Никто не захочет брать на себя такую ответственность. И для этого нужно экспертное мнение врача-гериатра. Нет смысла говорить о родителях-блокадниках, это их не убедит… Служба в ЦАХАЛе тоже не поможет — время прошло.

…Итак, зафиксируем. Андрей ухаживает за своими престарелыми родителями. Он может это делать только здесь, в своей стране, где он работал, служил, где живет его семья, где будут жить его внуки. (Ну, мы на это надеемся, хотя уверенности в этом уже нет). Он хороший муж, отец и сын, то есть еврейские семейные гуманистические ценности, если говорить о них, для него — не пустой звук. Государство может гордиться таким гражданином.

Однако сегодня в Израиле МВД настаивает на том, чтобы оторвать престарелых родителей от детей и внуков и выслать их из страны, приравняв  к незаконным иммигрантам. И это произойдет, если дети не будет активно сопротивляться в судах. Выслать родителей Андрея чинвники МВД под руководством Арье Дери хотят только на том основании, что Андрею — врачу, спасателю, лояльному гражданину — «не повезло», он родился у нееврейских родителей. На мой взгляд – это этический приговор государству, простите за пафос.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x