Арабский мир

Иллюстрация: www.flickr.com

Как живется молодому гею в Газе?

Несмотря на опасность и общественное порицание, ЛГБТ-община в Газе "огромна”, говорит Джамиль. По его словам, количество людей, состоящих в запретных гомосексуальных отношениях, постоянно растет. “На данный момент я знаком примерно со 150 геями в Газе". Во время телефонной беседы он добавляет, что в Газе очень трудно хранить секреты. Слухи распространяются быстро, и все обо всех знают.

 

На профильной фотографии приложения, через которое мы переписываемся, изображен молодой и красивый мужчина — в очках, с модной стрижкой. Однако Джамиль (вымышленное имя) живет, по его словам, в постоянном страхе. Его самая заветная мечта – покинуть родину и освободиться от сковывающих его семейных пут. Джамиль — 21-летний студент из сектора Газа, гей, живущий двойной жизнью. В своей повседневности он прилежный студент, самый молодой сын в семье, помогающий стареющим родителям в их рутинных хлопотах – покупки, починка генератора, обеспечивающего дом электричеством, доставка воды. Значительную часть своей тайной жизни он проводит в социальных сетях и приложениях для знакомств.

Джамиль говорит, что впервые осознал свою сексуальную ориентацию в 14 лет. Он был за границей и познакомился с человеком, который, по его словам, был открытым геем. Когда вернулся домой, стал искать информацию в интернете, заниматься поиском в социальных сетях с целью найти таких же, как он. По словам Джамиля, лишь два года назад он пришел к выводу, что гомосексуальность – не “какое-то душевное заболевание”. Беседы с другими гомосексуалами в сети убедили его в необходимости принять себя.

“Вначале ты общаешься через фальшивый профиль (в социальной сети) или через приложение для знакомств, — рассказывает Джамиль в ходе телефонного интервью. — И тогда один из двух собеседников должен набраться смелости, чтобы первым послать свою фотографию. После длительного общения в сети вы можете договориться о встрече. Однако не исключено, что человек, с которым ты общался, офицер ХАМАСа, и тогда нужно быть предельно осторожным. Лучше для начала поговорить с этим человеком, например, через скайп, и он должен убедить тебя, что он не связан с ХАМАСом.

Джамиль объясняет, что жителю Газы нетрудно распознать людей ХАМАСа – по внешнему облику и речи. По его словам, ХАМАС преследует гомосексуалов, занимается мониторингом социальных сетей. Но и в этой системе существуют “слепые пятна”. Так, например, предполагает мой собеседник, ХАМАС не знаком с некоторыми приложениями для знакомств, посредством которых геи из Газы могут знакомиться друг с другом, а также переписываться с людьми, живущими на Западном Берегу и даже в Израиле.

На вопрос, о чем он беседует с израильскими знакомыми в веб-приложениях, Джамиль отвечает, что многим из них любопытно узнать, как живется в Газе, и как он выживает там, будучи гомосексуалом. Политические темы, разумеется, тоже поднимаются во время разговора. Один из его собеседников спросил, что он думает о ракетных обстрелах израильской территории из Газы. Джамиль выразил сожаление, что в результате обстрелов могут пострадать невинные люди. “Однажды я говорил с израильским парнем, который рассказал, что родился в районе Хан-Юнеса до того, как оттуда ушли израильтяне в 2005 году, — рассказывает Джамиль. — Он поведал мне, как он любит это место и до сих пор помнит каждую минуту своей жизни там. Он сказал, что хранит подарок, полученный от друга его отца, палестинца из Газы”.

Молодой израильтянин, познакомившийся с Джамилем через приложение для знакомств (также  не пожелавший называть свое имя) рассказал, что они беседовали о политике, о жизни Джамиля, о его отношениях с родственниками. Но не только. “Мы говорили об мощной эротической привлекательности солдат, — рассказывает израильтянин. — Я был уверен, что столкнусь с абсолютной враждебностью и отвращением. Однако Джамиль сказал, если я правильно помню, что он хотел бы переспать с солдатом ЦАХАЛа. Ну и, конечно, всякие обычные вещи, которые парни делают в подобных приложениях: мы говорили о предпочтениях каждого из нас в сексе и даже посылали друг другу пикантные фотографии”.

Чтобы не вызывать подозрений, гомосексуальные мужчины в Газе не создают специальные группы, включая виртуальные.  Если они все-таки встречаются, то только вдвоем – в кафе, в ресторане, на набережной. Они стараются, чтобы их не видели друг с другом в одном и том же месте более одного раза. Существует также возможность встретиться дома, если поблизости нет родственников.

Джамиль говорит, что не знаком с лесбийскими женщинами в секторе. Он полагает, что женщине в Газе намного труднее вступить в отношения с другой женщиной. “Существует слишком много ограничений для девушек, их постоянно контролируют — говорит он. — Женщины не смеют говорить о чем-либо подобном — даже между собой”.

Смертная казнь

Ислам запрещает гомосексуальные отношения, как и все авраамические религии, говорит доктор Неся Шемер, научный сотрудник ближневосточного отделения Бар-Иланского университета. Шариат, мусульманский религиозный закон, основанный на Коране и на хадисах, преданиях о словах и деяниях пророка Мухаммада, затрагивающих различные религиозно-правовые стороны жизни мусульман, относится к сексу между людьми одного пола самым негативным образом. Мусульманские религиозные авторитеты имели разные мнения, касающиеся наказания, полагающегося за гомосексуальность. Часть их них считала, что за это полагается смертная казнь. Другие были не согласны с этим, полагая, что следует судить по обстоятельствам. Однако сегодня наиболее влиятельный суннитский богослов Юсуф аль-Каррдави говорит, что наказание за гомосексуальные отношения должны быть такими же, как и за проституцию, то есть, смерть, подчеркивает Шемер. Во многих мусульманских странах, включая Иран и Саудовскую Аравию, гомосексуалов преследуют и  казнят.

В палестинском обществе гомосексуальность особенно порицаема. Палестинский психолог, просивший не называть его имя, утверждает, что негативное отношение к гомосексуальности связано не только с исламом, но также с культурной традицией и  концепцией мужественности в мусульманском обществе. “Ислам, вне сомнений, играет роль, однако совершенно секулярные люди в палестинском обществе также отвергают гомосексуальность”, — говорит он. Вместе с тем, по его словам, тот факт, что палестинские гомосексуалы и лесбийские женщины не могут жить открыто в самом Израиле, на Западном берегу и в Газе, не означает, что в палестинском обществе нет ЛГБТ-людей. Более того, отмечает психолог, табу на проявление сексуальности, на сексуальные отношения вне брака, в этих обществах приводят к тому, что многие молодые мужчины и юноши познают свою сексуальность именно через отношения со сверстниками своего пола. “Это явление замалчивается, и если обнаруживается нечто подобное, парня срочно стараются женить, — добавляет палестинский психолог. Есть свидетельства, говорит он, что в полигамных семьях, некоторые мужчины уговаривают своих жен устраивать для них “лесбийские шоу”, чтобы удовлетворить сексуальные фантазии мужа. Эта практика, разумеется, также запрещена религией.

В отличие от Западного берега, где гомосексуальность формально не запрещена законом, в Газе действует закон периода британского мандата, запрещающий однополый секс. Но закон в этом вопросе играет гораздо менее существенную роль по сравнению с социальным запретом, который приговаривает гомосексуалов к преследованию – как со стороны властей, так и со стороны родственников. Это то, что произошло, например, с Мухаммадом Аштауи, хамасовским командиром, который, среди прочего, был заподозрен в гомосексуальности, был подвергнут пыткам и казнен в 2016 году.

Джамиль рассказывает о своем приятеле, который был лишен свободы на три года за свою сексуальную ориентацию. Офицальное (и лживое) обвинение, по словам Джамиля, гласило, что осужденный занимался шпионажем в пользу палестинской администрации. Сам Джамиль два года назад провел в заключении месяц после того, как написал в фейсбуке пост в защиту прав ЛГБТ в Газе. Он говорит, что был обвинен в публикации, направленной против власти. Джамиль был осужден и подвергнут штрафу в размере 500 шекелей. Во время пребывания в тюрьме он подвергся сексуальным домогательствам. “Охранник домогался меня вербально и физически. Я пригрозил, что пожалуюсь на него, и лишь тогда он оставил меня в покое”.

Подготовка к бегству

Несмотря на опасность и общественное порицание ЛГБТ-община в Газе “огромна”, говорит Джамиль. По его словам, количество людей, состоящих в запретных гомосексуальных отношениях, постоянно растет. “На данный момент я знаком примерно со 150 геями в Газе. Я  встречался с ними в последние четыре года, — говорит мне Джамиль в ходе нашей с ним переписки. Во время телефонной беседы он добавляет, что в Газе очень трудно хранить секреты. Слухи распространяются быстро, и все обо всех знают. “Люди в Газе любят говорить друг о друге. Это закрытый район, многим нечем заняться, и они большую часть времени посвящают сплетням”.

Джамиль ревностно хранит свою тайну, он убежден, что семья не знает о его сексуальной ориентации, кроме одного из братьев, который начал его подозревать несколько месяцев назад. “У тебя и мыслей таких быть не должно, — цитирует Джамиль свего брата. — Я пытаюсь  тебя защитить. Ситуация в Газе сложная”. В конечном итоге, рассказывает Джамиль, брат стал мне угрожать, отобрал у меня мобильный телефон. Брат вернул ему телефон лишь через восемь месяцев – после того, как Джамиль клятвенно пообещал прервать всякую связь с гомосексуалами. Джамиль говорит, что сейчас у него есть больше личного пространства, больше свободы, пусть даже временно, поскольку брат занят своей жизнью. Однако ситуация может вскоре измениться.

“Я прилагаю огромные усилия, чтобы покинуть Газу, — говорит Джамиль. Когда я спросила, кого он опасается больше – братьев или ХАМАСа, он ответил, что и тех, и других. Он рассказывает о восьми гомосексуальных мужчинах, с которыми он был знаком, и которые бежали из Газы в последние годы. По его словам,  как минимум четверо из них пересекли египетскую границу в районе пограничного пункта в Рафиахе, заплатив тысячи долларов пограничникам. Затем они предприняли попытку бегства в Европу на лодках контрабандистов — по Средиземному морю. “У меня нет достаточно смелости для подобного предприятия,” — говорит он.  План (или мечта) Джамиля – покинуть Газу через израильскую границу, уехать в Иорданию и прожить там какой-то период до тех пор, пока появятся силы для очередного шага.

Я спрашиваю его, не будет ли он чувствовать себя одиноким и потерянным вдали от семьи и близких, от всего, с чем он знаком. Он отвечает, что его личная безопасность ему дороже, чем возможное одиночество. “Это печально, что они не могут принять меня, — говорит Джамиль. — Ты воспитываешься на ценностях своей семьи, общества, которое тебя окружает. Но я не могу принять ценности, в соответствии с которыми я не являюсь нормальным человеком”.

 

Оригинал публикации на сайте Гаарец

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x