Ваши права

Иллюстрация: кадр из фильма " Сбежавшая невеста"

Квест с женитьбой

Мой интерес зарегистрировать свой брак и легализовать статус своей супруги столкнулся с конфликтующим интересом государства Израиль, а точнее религиозного крыла, которое контролирует сейчас институт брака в Израиле и руководит МВД - по максимуму усложнить жизнь тем, кто пытается зарегистрировать брак не в раввинском суде.

Есть в Израиле темы, о которых спорят постоянно. Не будем говорить об экзистенциальной проблеме Израиля — арабо-израильском конфликте. Есть темы, с которыми регулярно и непосредственно сталкиваются многие, решить их в разы проще, но воз и ныне там. Одна из таких тем — это светские браки в Израиле.

Моя история банальна и в то же время немного необычна. Хоть я и еврей, но в рабанут идти мне смысла не имело, так как невеста не еврейка. Оставался вариант лететь куда-то за границу и оформлять брак за пределами Израиля. Тут мне пришла в голову хорошая идея: так как мы оба граждане также и России, то можем зарегистрировать свои отношения в консульстве в Тель-Авиве. Заказали очередь, пришли к назначенному времени, подали заявления и через месяц пришли на регистрацию брака. Спасибо сотрудникам консульства, они еще попробовали сделать что-то для придания некоторой торжественности этому процессу. Мы уже в статусе радостных молодоженов отпраздновали это дело и стали собирать документы для МВД (Мисрад а-Пним), для официального подтверждения  брака в Израиле. Через пару месяцев, собрав и переведя весь пакет документов, мы явились на прием в отделение города Рамла.

Сотрудница визового отдела МВД  очень удивилась, почему нет апостиля на свидетельстве о браке. Наши комментарии о том, что консульские документы не подлежат апостилю ее не устроили, и она, сделав копию, отправила запрос в Иерусалим, а нас домой ждать. Мы время зря не теряли, попробовали эту ситуацию решить и нашли обходной вариант — сделать апостиль в России, на нотариальной копии свидетельства о браке. Нотариальная копия сделана в России, следовательно, на этот документ не распространяемся соглашение об отмене требования апостилировать консульские документы. Придя через три месяца на собеседование, воодушевленные тем, что удалось найти приемлемое решение, которое устраивает все стороны , мы наткнулись на простое зачитывание ответа из Иерусалима. Практически дословно нам перевели его так, что если документ на русском языке, то он должен быть апостилирован и переведен и точка. Да, иностранные документы должны быть переведены и апостилированны, но есть исключение из правил, — пытался я донести до служащей. В итоге никакие доводы не были приняты, наше дело не открыли, а воспользовавшись тем, что за это время открылся визовый отдел в Рош а-Айн, к которому мы теперь формально относимся, нас выдворили из кабинета. Мол, не буду вас больше слушать, идите к ним, они теперь за вас отвечают и с ними разговаривайте.

Если честно, то была некоторая надежда, что в новом подразделении новая сотрудница рассмотрит наше дело по-другому. Такие случае в Израиле сплошь и рядом: одна сотрудница говорит «нет», потому что нельзя, а через день на приеме вам все сделают без единого дополнительного вопроса. В Израиле  чиновникам на местах дается в разы больше полномочий, чем в любых других западных странах. В Европе, России такой диапазон решений, оставленный для решения рядовым чиновником, просто не возможен. В Америке служащая  может  из вредности положить ваш файл вниз стопки, чтобы затянуть дело, не более того.

Но не тут-то было. У нас опять потребовали сделать апостиль на консульском документе. Вариант с апостолем на копии их тоже не устроил. Итогом нашей встречи стал опять запрос в Иерусалим, а нам порекомендовали поехать в консульство и попробовать сделать апостиль.

В Российском консульстве навстречу никто не пошел, никаких писем писать не стали, апостиль делать отказались, и мы вернулись ни с чем в МВД г. Рош-а-Айн. В этот раз ничего не оставалось, как распечатать сам текст международной конвенции и попытаться поговорить на юридическом языке. Израиль вошел в это международное соглашение и должен его исполнять, следовательно, никакая рядовая сотрудница не может своим решением отказаться принимать консульский документ, так как это, по сути говорит об одностороннем выходе Израиля из этого соглашения. Как оказалось, такие сложные юридические лекции — это намного выше того уровня, на котором привыкли разговаривать в отделении. У нас взяли текст конвенции, пообещали отправить в Иерусалим и рекомендовали придти через три месяца.

На этом мое терпение кончилось, и я написал жалобу в офис государственного контролера. Достаточно быстро мне перезвонили, попросили предоставить копии ответов от МВД, на что я сказал, что у меня нет на руках никаких документов. Каждая встреча заканчивалась выдворением нас из кабинета под каким-то предлогом без единой бумажки.  В службе госконтролера этому не удивились и обещали разобраться.

Ждать мы больше не могли, нужно было как минимум  в очередной раз продлить жене туристическую визу. Нас приняла начальница, мою жалобу из офиса госконтролера ей передали, но принять отказалась под предлогом, что нужно назначить специальную встречу с ответственным сотрудником. На данную встречу мы явились, но воз и ныне там. Нам открыли дело, и это уже после года обращений, взяли копии всех документов, но под предлогом того, что ответа от Иерусалима так и нет, отправили домой.

В очередной раз, прождав до окончания туристической визы, мы явились в МВД в надежде, что хоть как-то наше дело стронется с мертвой точки. Но нет, нас ждало разочарование — нам выдали официальное письмо в качестве ответа на мою жалобу в офис госконтролера. О том, что… нам требуется сделать апостиль на свидетельстве о браке.

Если честно, то сидя на приеме, я думал, что если бы я с такой настойчивостью бодался бы с ветряными мельницами,  эффекта было бы больше. За год можно было бы бетонную стену головой пробить, но не МВД с их требованием сделать апостиль на документе, который не подлежит апостилированию.

Министр внутренних дел Арье Дери. Фото: Zindel, Flash-90

Но самое интересное в этой истории — не что произошло, а почему это происходит в Израиле сплошь и рядом.

Если разбирать ситуацию с научной точки, то произошел конфликт. Мой интерес зарегистрировать свой брак и легализовать статус своей супруги столкнулся с конфликтующим интересом государства Израиль, а точнее религиозного крыла, которое контролирует сейчас институт брака в Израиле и руководит МВД — по максимуму усложнить жизнь тем, кто пытается зарегистрировать брак не в ортодоксальном раввинском суде.

Современная наука разбирает такие ситуации через теорию игр.  Мой выигрыш, если ситуация разрешится в мою пользу, допустим равен 10 баллам. Жена получит вид на жительство, сможет подтвердить свой диплом врача, начать работать, получит страховку. Мой проигрыш, в случае если ситуация решится не в мою пользу, будет минус 10 баллов, так как биться бесконечно с бетонной стеной невозможно, и придется, наверное, всем вместе покинуть Израиль.

Теперь смотрим, что на кону у государства, точнее у тех партий и течений, которые представляют интересы государства в данном вопросе: решить ситуацию в мою пользу, ну, скажем, пусть будет мину два бала, особо выгоды нет, но зачем  помогать еще одному еврею жениться на гойке? Если ситуация решится не в мою пользу — плюс 5 балов, опять особой выгоды нет, но некоторое количество таких кейсов может иметь репутационные выгоды на случай новых выборов.

Есть еще одна сторона — сотрудница городского отделения МВД. Если она даст визу, это ей минус два бала (вдруг она допустит какую-то ошибку, это может быть для нее проблемой). Ей такие риски не нужны. В случае, если она не даст визу, то выгоды особой нет, но пусть будет плюс два балла, так как если ничего не сделать, то точно нигде не ошибешься. Не дать визу и при этом не дать ни одного своего ответа, не принять ни одного самостоятельного решения, это наверное, выгода на все 10 баллов.

Получается классический конфликт. Опять же, классически такие конфликты решаются путем демонстрации силы и оценки угроз обеими сторонами. Пока баланс выигрыша и убытков для сторон не придет в равновесие, конфликт будет продолжаться.

Каким способом можно усилить свою позицию? Нанять адвоката и подать в суд? Да, это решит мою ситуацию, да, за мои деньги, и потребует много времени и сил. Суд не постановит прекратить такую практику, они просто исполнят решение, когда оно будет в финальном виде, а пока воспользуются всеми своими возможностями затянуть процесс, почему бы и нет, раз это бесплатно, клиент же банкует, почему бы не насладиться этим праздником.

Вариант с государственным контролером мне казался самым эффективным. Это их прямая работа устранять нарушения. Кейс прямой и прозрачный, любой, кто закончил первую степень по юриспруденции поймет, в чем тут дело и кто прав. Но, на мое удивление, на мою жалобу в офис государственного контролера мне отвечает начальник отделения МВД в Рош-а-Айне. Если начальница городского отделения МВД не работает по совместительству и контролером самого себя — то это просто хамство. Исполнитель, чьи действия обжалуют, дает свой отзыв.

Таким образом получается, что если бы офис государственного контролера досконально бы разбирался с подобными ситуациями и доводил бы их не до решения конкретной проблемы, а до исправления внутренних процедур и инструкций, по которым работают государственные органы, то мы бы реже и реже сталкивались с проблемами. Другой вариант — в результате суда потребовать от МВД достойной компенсации за потраченное время, за работу адвоката, за упущенную выгоду ( например, за то, что жена год не могла подтвердить лицензии и работать).

Как вы думаете? Как еще можно изменить ситуацию? Не забываем, что скоро выборы. Теоретически, интересы населения как раз и должны  волновать наших представителей. Будем считать это моим запросом как избирателя. Именно так и должна работать демократия.

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x