Женская территория

Владимир. Фoто: Flickr.com

Ключ судьбы в замке зажигания

Бывают новогодние ночи, запоминающиеся на всю жизнь... Я ехала по украшенной новогодними огнями московской улице в нескольких километрах от собственного дома на красивой новой прокатной машине и думала только о том, как бы мне успеть добраться до Владимира до наступления Нового года. Включив поворотник, я собралась метров через десять повернуть направо, и в этот момент меня подрезала черная «Волга», шедшая слева от меня во втором ряду. Уйти от удара было некуда – справа был фонарный столб...

Дело было давно, дочке моей тогда было лет 10-11, и мы отправились с ней на Новый год во Владимир, куда обычно каждый раз приезжали в зимние каникулы.

Мы выехали на машине из Москвы уже после полудня. Погода была отвратительная, температура – чуть выше нуля, мокрый снег с дождем, слякоть и грязь. Всю дорогу я мучилась, потому что видимость была ужасная, мокрый снег налипал на дворники, и они возили по лобовому стеклу кашу из грязи, снега и песка, которым незадолго до этого посыпали трассу. Приходилось периодически выходить, очищать дворники от снега и протирать стекло. Двести километров дороги превратились в сплошную пытку, и, когда мы наконец добрались до места и въехали на стоянку гостиницы, я, не соображая ничего от радости, выключила зажигание и бросилась зачем-то в очередной раз счищать снег с дворников. В это время дверь машины захлопнулась, и ключ остался в замке зажигания.

Не знаю, как чувствовал себя голый инженер Щукин, оставшись на лестнице перед закрытой дверью собственной квартиры, но думаю, что лучше меня. Потому что он был в собственном доме, в собственном городе, и, что немаловажно, без детей. Максимум, что ему грозило – несколько минут позора. Я же была в чужом городе, далеко от дома, с маленьким ребенком и накануне Нового года. Единственная удача была в том, что по водительской привычке, выйдя из машины, я автоматически взяла с собой сумку, в которой были, естественно, водительские права, документы и деньги.

Мы стояли на парковке около закрытой машиной, и голова моя работала со скоростью шахматного компьютера. За секунду я просчитала все возможные ходы и поняла, что выиграть эту партию мне будет крайне непросто. Начала я с того, что позвонила своему однокурснику, живущему во Владимире, и спросила, умеет ли он вскрывать автомобили. На что он резонно заметил, что, если бы он обладал столь полезным профессиональным навыком, он бы имел квартиру в каком-нибудь более престижном месте. В качестве решения он предложил мне приехать с монтировкой и высадить стекло в двери. Такой вариант меня не устроил, поскольку я смутно себе представляла, как проехать в январе расстояние от Владимира до Москвы в машине с ребенком и без стекла. Хотя, как показали дальнейшие события, это было бы самым мудрым решением.

Для начала я отвела дочь в гостиничный номер и обошла все автомастерские и магазины автозапчастей в округе. Разумеется, все уже было закрыто – народ начал активно праздновать еще с утра. Затем я опросила администрацию гостиницы и охранников на парковке и узнала телефоны двух автослесарей. Правда это ничуть мне не помогло, поскольку один уже настолько хорошо наотмечался, что был не в состоянии поддерживать связный телефонный разговор и совершенно не понимал, чего от него хотят, а второй уехал к тетке в Нижний Новгород и клятвенно пообещал мне, что 5 января, когда он вернется, он обязательно мне поможет.

Фото: flickr.com

Оставался последний возможный вариант. Я взяла напрокат машину, оставила дочь в гостинице и поехала в Москву за вторым ключом. Охраннику на стоянке гостиницы было строго-настрого наказано не спускать глаз с моей машины, в замке зажигания которой по-прежнему торчал ключ. Конечно, если бы я тогда соображала хоть чуть-чуть больше, наверное, ребенка я бы взяла с собой, но проблема с ключом в тот момент казалась мне настолько большой, что она заслонила собой все. Правда матерь во мне все же отключилась не до конца: я поставила в известность администрацию гостиницы, что ребенок остается в номере один и попросила их периодически ее проверять.

До дома я долетела мухой – я настолько спешила поскорее вернуться назад, что эти 200 км я даже не ощутила. Поднявшись в квартиру и взяв запасной ключ, я вновь села за руль и поехала назад. Я ехала по украшенной новогодними огнями московской улице в нескольких километрах от собственного дома на красивой новой прокатной машине и думала только о том, как бы мне успеть добраться до Владимира до наступления Нового года. Включив поворотник, я собралась метров через десять повернуть направо, и в этот момент меня подрезала черная «Волга», шедшая слева от меня во втором ряду, которая вдруг вспомнила, что ей тоже надо направо. Уйти от удара было некуда – справа был фонарный столб. В результате вся левая передняя часть моей машины, включая фару, была разбита всмятку, а водительскую дверь повело так, что открыть ее было невозможно.

Я сидела в машине посреди улицы Обручева в Москве 31 декабря в 7 часов вечера и хохотала. Моя машина находилась в это время во Владимире с ключом в замке зажигания, моя дочь – во владимирской гостинице, а прокатный «Хендай», на одометре которого еще утром был пробег всего 54 километра, теперь ждал ремонт тысяч на 150-200 рублей. Прокатная контора, в которой я взяла машину, открылась лишь два дня назад. Я была у них первым клиентом. И, как выяснилось, им со мной феерически повезло.

«Волга» виновника оказалась с военными номерами, за рулем сидел страшно перепуганный мальчишка лет девятнадцати. Пассажир с полковничьими погонами вызвал ВАИ, и я поняла, что с военной автоинспекцией я в одиночку не справлюсь. Я позвонила в ГИБДД и совсем уж было собралась занять круговую оборону, но тут полковник подошел извиняться: мальчик-водитель, оказывается, был за рулем всего неделю.

Пока приехали ВАИ и ГИБДД, пока они, радостно гогоча, поздравили меня с Новым годом и составили протокол, пока я проехала через город и вышла на трассу, перевалило уже за 10 часов вечера. К этому времени на улице подморозило, и вся та каша, которая была на дороге с утра, превратилась в смесь льда с песком, которая, оседая на лобовом стекле, быстро превращала его в коричневую непрозрачную стену, через которую было видно только горящие фары встречных машин. После аварии левая фара была разбита, печка в машине не работала, а километров через 20 кончилась жидкость в бачке омывателя. Дворники можно было выключить – они уже не могли ничем помочь. Это был день фантастического везения, и я бы совершенно не удивилась, если бы в довершение всех моих приключений под колеса мне выскочил из леса медведь или сверху на крышу упала отделившаяся третья ступень ракеты-носителя.

Фото: flickr.com

Бывает, что с утра все идет не так, как надо: дверной замок ломается, лифт застревает, автобус уходит прямо из-под носа, захлопнув перед тобой двери, а в довершении всего проезжающая мимо машина окатывает тебя грязью из лужи с ног до головы. Тогда лучше всего отменить все дела, остаться дома, и усесться в кресло с хорошей книжкой и чашкой горячего чая. И дать возможность судьбе изменить свои планы в отношении тебя на сегодня. Однажды в подобной ситуации мой коллега, который должен был ехать на интервью к очень важному и высокопоставленному человеку, о встрече с которым с трудом удалось договориться, взял телефонную трубку, набрал номер ожидающего его чиновника и, повергнув всех окружающих в коллективное изумление, произнес: «Иван Ивыныч, пожалуй, я к вам сегодня не приеду. Что-то день с утра не задался». Абонент был настолько потрясен этим заявлением, что сам предложил перенести встречу.

Мой день тоже явно не задался, но, к сожалению, у меня не было возможности изменить ход событий – Новый год неминуемо надвигался, а во владимирской гостинице меня ждала дочь. Иначе я бы остановилась на первой же заправке и переночевала в машине.

Дорогу было не видно вообще. Периодически мне приходилось останавливаться, вылезать через пассажирскую дверь и чистить лобовое стекло снегом. В какой-то момент видимость стала настолько плохой, что я просто потеряла ориентацию в пространстве. Я остановилась прямо посередине дороги и, когда вышла из машины, поняла, что это было инстинктивным правильным решением. Дорога в этом месте делала крутой поворот, и, если бы я не остановилась, я улетела бы прямиком в овраг.

Куранты я услышала по радио примерно в 120 километрах от Москвы. Начался новый день и новый год, судьба, видимо, решила, что с меня на сегодня достаточно, сменила гнев на милость, и километрах в шестидесяти от Владимира послала мне ангела-спасителя: я села на хвост фургону «Хлеб», который непонятно откуда взялся на ночной трассе. Из-под колес у него мне на лобовое стекло летела снежная жижа, и я впервые смогла, включив дворники, хоть немного увидеть дорогу.

Так, зацепившись за габариты хлебного фургона, я и доехала до Владимира.

Охранник на гостиничной парковке, увидев меня, страшно удивился: «Мне казалось, вы уезжали сегодня на новой машине!».

Единственным человеком, которому действительно повезло в этот Новый год, была моя дочь. Она прекрасно погуляла с другими детьми на территории гостиницы, поводила хоровод вокруг елки и даже позапускала фейерверки с чужими родителями. Она поужинала в ресторане, получила новогодний сладкий подарок от администрации гостиницы и радостно слопала его в одно лицо, сидя перед телевизором. И она в полной мере насладилась отсутствием мамы, посмотрев по телевизору «Американский пирог». Содержание которого и пересказала мне во всех подробностях, когда я в час ночи в полном изнеможении доползла до кровати.

– Мама, – радостно закончила она, – а давай и следующий Новый год так отметим!

 

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x