Общество

Светские не видят разницы: они устали от диктата и все религиозные для них не партнеры. А жаль. Photo by Hadas Parush/Flash90

Война за народную душу

Светские не видят возможности бороться вместе с реформистами и либеральными ортодоксами против монополии и ортодоксального диктата. Для них мы – такие же «религиозные», как и харедим. Но это ошибка! Сегодня мы видим ситуацию, когда в Кнессете нет ни единого представителя умеренной ортодоксии. А харедим и религиозные сионисты из наиболее радикальных, забыв идеологические противоречия, объединились в союз, призванный выдавить из Нетаньягу в коалиционных переговорах максимум. И практически никто им не противостоит.

На последней международной викторине на знание Танаха завершающий свою каденцию министр просвещения Нафтали Беннет заявил следующее: «До сих пор не сумел народ Израиля, за все 3800 лет своего существования, пережить более восьмидесяти лет единым и суверенным государством».

Я не знаю, кто пишет министру Беннету его речи, но это была гениальная идея. Вообще, Нафтали Беннет за шесть лет своего пребывания в политике был неплохим генератором запоминающихся идей. И идея о восьми десятках лет еврейской независимости была бы гениальна в моих глазах, если бы он не сдобрил её очередной попыткой оценить возраст еврейского народа.

Дело в том, что в силу моей профессиональной деятельности, я выслушиваю огромное количество оценок течения иудаизма, к которому я принадлежу. Часто оценки отрицательные. Из отрицательных оценок, одна из самых частых долгое время была следующая – «Вы пытаетесь изменить иудаизм, а ведь он был неизменным в течение двух тысяч лет». Этот тренд «двухтысячелетний иудаизм» успешно базировался на слабом интересе светских евреев к истории и литературе периода после Второго Храма, а также на использовании этого числа в словах государственного гимна.

Но трюк не выдержал испытания временем. Чем больше популяризовалась история евреев в эпоху Храма, история кумранских свитков и сект, которые их создавали, история мудрецов и народа в эпоху Мишны и Талмуда, тем слабее были успехи ортодоксов в попытках присвоить себе монополию на иудаизм. Борьбу против названия себя ортодоксами они уже проиграли. Как и борьбу за очернение слова «Реформа». Описание ортодоксии как единственного аутентичного / настоящего / правильного / традиционного иудаизма — уже не может устоять перед веяниями времени.

Ортодоксию характеризует максимальный эксклюзивизм. В собственных глазах, только она – истинный иудаизм во всех смыслах. Любая попытка выйти за рамки толерантности к плюрализму становится поводом быть названным реформистом и не учитываться при подсчёте «правильных» евреев. Так, национально-религиозный лагерь разделился на умеренно-либеральных «лайтов» и национальных ультра-ортодоксов «хардалим». Количественно эти две группы равны между собой. Но хардалим признают «правильными» только себя.

Cейчас мы становимся свидетелями появления нового тренда – кошерный иудаизм. То есть «современно, но кошерно». И эта попытка строится на том, что принципы кошерности вряд ли известны тому, к кому этот тренд обращается. Но зато он знает, что некошерно – это плохо. А что кошерно – это уже другой вопрос. Мы вам расскажем. Слушайте внимательно. И соглашайтесь. На этом и основан новый «трехтысячелетний» иудаизм, ведь борьба за тренд «двухтысячелетнего» успешно проиграна в пользу мудрецов-реформаторов Мишны и Талмуда. Поэтому на помощь призывается царь Давид, перенесший столицу своего государства из Хеврона в Иерусалим около 3 тысяч лет назад. Современный иудаизм более не представляется не заинтересованным в подробностях людям идентичным тому, что был три тысячи лет назад. Просто накручиваются века, чтобы придать легитимации сегодняшней ортодоксии.

(А министр Беннет решил пойти еще дальше. До праотца Авраама. Ведь именно он, согласно традиционной хронологии, переселился в Ханаан 3756 лет назад. А Исход из Египта, согласно той же хронологии, произошёл 3331 год назад. Но проигравший выборы политик может себе позволить любое высказывание…)

Все называемые цифры приблизительны и относительны. Поэтому я и называю это «трендами». Это не hалаха, и не Тора с Синая. Это вполне легитимная попытка конкурировать. И конкурировать пытаются те, кто понимает, что законодательная монополия – не вечна.

Но пока что она работает. И не в последнюю очередь благодаря тому, что измученные вмешательством в свою жизнь светские израильтяне не хотят слышать слова «иудаизм» принципиально.

Борьба за души светских в Израиле длится уже много десятков лет. С точки зрения ортодоксального подхода, светский человек – пустой, не имеет своих ценностей, борется против религии исключительно ради своего удобства и свободы от Божьего «ярма». Именно поэтому его необходимо обратить, что должно быть нетрудно (ценностей же нет). С другой стороны, по отношению к светским часто употребляется довод «Вам все равно, а нам – нет. Давайте тогда поступим по-нашему».

Именно поэтому светские евреи в Израиле вынуждены жениться по ортодоксальным правилам, вести ресторанный бизнес часто по самым строгим правилам кашрута, покупать машину, чтобы ездить в субботу, высчитывать, хватит ли хлеба и молока до исхода шаббата, потому что не везде открыты магазины. Неудивительно, что к религии у них отношение стойко отрицательное.

К сожалению, от этого страдают возможные союзы между светскими и либеральными религиозными (реформистами, консерваторами и ортодоксами). Светские не видят возможности бороться вместе против монополии и ортодоксального диктата. Для них мы – такие же «религиозные», как и харедим. И это тоже мне приходится слышать довольно часто.

Но это ошибка! Сегодня мы видим ситуацию, когда в Кнессете нет ни единого представителя умеренной ортодоксии. А харедим и хардалим (религиозные сионисты из наиболее радикальных), забыв идеологические противоречия, объединились в союз, призванный выдавить из Нетаньягу в коалиционных переговорах максимум. И этот максимум включает в себя сегрегацию женщин в общественном пространстве, еще большую монополизацию вопросов гиюра, включение раввинов в комиссию, дающую разрешения на особые работы по субботам. А в это время мы не просто не можем найти компромиссов по важным для всех нас вопросам. Мы даже не ищем таких компромиссов…

Тем не менее, сотрудничество возможно. У светских евреев, как у либеральных религиозных, немало совместных целей, главная из которых – прекратить ползучую монополизацию ортодоксии в сферах влияния на общество и защитить свободу каждого израильтянина выбирать тот образ жизни, который он или она считают правильным.

Для этого нужно совсем немного. Каждая сторона должна сделать шаг навстречу и быть готовой к диалогу. Вот и все.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x