Гражданин мира

Президент Ирана Хасан Рухани в ООН. Фото: Amir Levi, Flash-90

Иранское многоборье

Говоря о взаимоотношениях Парижа и Тегерана, нельзя забывать о том, что Франция имеет в Иране довольно серьезные инвестиционные интересы. Как мы помним, она была одной из первых стран, которую президент Рухани посетил с официальным визитом после снятия санкций. Соответственно, крупный французский капитал в числе первых вышел на перспективный иранский рынок.

Есть такой вид спортивных соревнований – многоборье, который включает в себя соревнования в нескольких дисциплинах одного или разных видов спорта. Когда один и тот же спортсмен бежит, стреляет, положим, по мишеням, потом плывет, едет на велосипеде и совершает прочие разнообразные спортивные подвиги. Я не любитель подобных зрелищ, но есть на международной политической арене один такой «спортсмен», за которым я пристально наблюдаю. Его коронные «виды спорта» — война, ядерный шантаж и запугивание, и ведет он свое соревнование с окружающим миром сразу на многих площадках одновременно. Это его многоборье.

Щупальца Ирана, который провозгласил себя вселенским защитником дела шиитов, протянулись по всему Ближнему Востоку. Он воюет в Сирии, он подогревает войну в Йемене, он дирижирует «Хизбаллой» в Ливане, а ХАМАСом» — в Палестине и Газе, он заполнил собой пустоту после ухода американских войск в Ираке. Он покровительствует шиитским партиям везде, где они есть, и спонсирует шиитских боевиков там, где идет или намечается война. Его интересы заметны даже за пределами Ближнего Востока, в таких странах, как Афганистан, Пакистан, Индия и Азербайджан. Как это ни смешно, Иран действует ровно теми же методами, какими когда-то действовал его «друг и союзник» — Советский Союз, поддерживавший «дружественные», по его мнению, режимы и партии по всему миру. Благо, после отмены международных санкций деньги на это у Ирана есть.

Не замечать телодвижений Ирана, не обращать внимания на его победы и поражения, в какой бы стране это ни произошло, мы не имеем права, потому что Израиль – главная его цель. Его поражения – это наши победы, его победы – это очень серьезный повод задуматься.

В конце прошлой недели временной неудачей закончились очередные соревнования по «иранскому многоборью» в Бахрейне – государстве, где суннитская монархия управляет шиитским большинством. Власти Бахрейна в ходе контртеррористической операции задержали 116 боевиков, планировавших диверсии и террористические акты в стране. По сообщению местных властей, помощь заговорщикам оказывал Корпус стражей исламской революции Ирана, проиранская шиитская группировка «Асаиб Ахль аль-Хакк» в Ираке, а также «Хезболла» (48 задержанных проходили обучение в ее лагерях). Разумеется, Иран немедленно отверг все обвинения в свой адрес, как «необоснованные и смешные», хотя властям Бахрейна, определенно, было не до смеха.

Тегеран никогда особенно и не скрывал своих интересов в Бахрейне, поддерживая требования местных шиитов о политических реформах. Хотя официально он давно признал независимость Бахрейна и отказался от любых претензий на его территорию, фактически он никогда не переставал оказывать поддержку радикальным шиитским группам на территории королевства и продолжал периодически подливать масла на тлеющие угли шиитского недовольства. Так было во время «арабской весны», так было и в 2016, когда, после казни шиитского проповедника Нимр-ан-Нимра и спровоцированных Ираном шиитских выступлений, Бахрейн, вслед за Саудовской Аравией, разорвал дипломатические отношения с Тегераном. А уж сколько раз в 20 веке Иран хватали в Бахрейне за руку – и не пересчитать. И в этом контексте иранские заявления о том, что «я – не я, и лошадь не моя», выглядят особенно трогательно.

Как раз на фоне событий в Бахрейне в Иране состоялся очередной этап «многоборья» — его внешнеполитическая часть. С визитом в Тегеран прибыл министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан. Официально темой переговоров главы французского МИДа с его иранским коллегой Мохаммадом Джавадом Зарифом, а затем и с президентом Роухани должен был стать сирийский кризис, а также соблюдение венских договоренностей по иранской ядерной программе. Хотя иранская сторона, в свою очередь, назвала целью визита – «укрепление двусторонних отношений между странами». И, как говорил мудрец, оба правы.

Говоря о взаимоотношениях Парижа и Тегерана, нельзя забывать о том, что Франция имеет в Иране довольно серьезные инвестиционные интересы. Как мы помним, она была одной из первых стран, которую президент Роухани посетил с официальным визитом после снятия санкций. Соответственно, крупный французский капитал в числе первых вышел на перспективный иранский рынок. Например, сумма контракта на разработку иранского газового месторождения Южный Парс, подписанного французской Total с Ираном летом прошлого года, составила 5 млрд долларов, а авиастроительная компания Airbus, в свою очередь, заключила с Iran Air договор о поставке 100 самолетов на общую сумму более 18 млрд долларов. Поэтому Парижу очень важно, чтобы Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) по иранской ядерной программе сохранился в силе.

И именно поэтому сразу после заявления Дональда Трампа о намерении пересмотреть иранскую ядерную сделку французский президент Эммануэль Макрон обвинил своего американского коллегу в безответственности. «Отказ от сделки был бы серьезнейшей ошибкой, а неуважение к ней – пример безответственности, – заявил тогда Макрон, – поскольку это хорошая сделка, являющаяся ключевой для поддержания мира в то время, когда нельзя исключить риск адского пожара». И, если добавить непроизнесенное Макроном, это, безусловно, очень хорошая сделка, поскольку она позволяет делать отличный бизнес.

И эта позиция Франции Тегеран устраивала. Но, с другой стороны, раз уж претензии к Ирану столь серьезны, и отказываться от них США не намерены, Париж решил сыграть роль посредника в урегулировании вопросов по ядерной сделке, чтобы попытаться предпринять все возможное для ее сохранения. Поэтому накануне визита глава французского МИДа заявил о своей обеспокоенности иранским поведением. «В Иране есть программы по созданию ракет, радиус действия которых измеряется несколькими тысячами километров, что несовместимо с резолюциями Совбеза ООН и превышает просто потребность в обороне границ страны, – отметил он. – Если этот вопрос не решить, Тегерану грозят новые санкции». Но Иран не оценил попытку Парижа усидеть сразу на двух стульях, и его ответ не заставил себя ждать. «Ни одна из стран не может принимать решения за нас. Исламская республика будет сама решать, каким типом оружия ей обладать», – отрезал Советник по международным делам Высшего руководителя Ирана Али Акбар Велаяти.

Руководствуясь своим традиционным принципом «сам дурак», Иран немедленно заявил о том, что США и Европа нарушили СВПД. По словам главы иранского МИДа Мохаммада Джавада Зарифа, «европейцы в ряде вопросов не смогли выполнить свои обязательства по СВПД, в особенности в сфере банковских отношений, из-за американской политики», и поэтому, по его мнению, ни США, ни европейцы не вправе выдвигать условия по ядерной сделке стране, которая полноценно реализует соглашение. А одновременно с этим официальный представитель Организации по атомной энергии Ирана (ОАЭИ) Бехруз Камальванди в интервью телеканалу Al Alam заявил, что, если США выйдут из ядерной сделки, Иран может запустить производство высокообогащенного урана в течение двух суток.

И все это – в канун визита главы французского внешнеполитического ведомства, который еще несколько дней назад был уверен, что держит ситуацию под контролем, говорил о позитивном вкладе Ирана в разрешении ближневосточных кризисов и даже, по мнению французской прессы, собирался обсудить со своим иранским коллегой возможность проведения в 2018 году визита в Иран президента Макрона (первого с 1979 года посещения Тегерана руководителем западной страны). То есть Ле Дриан еще не успел ступить на иранскую землю, а уже было понятно, что роль посредника Франции как-то не очень удалась.

Нет, конечно, Париж сделает вид, что визит прошел вполне успешно (и, возможно, с точки зрения бизнес-интересов, он действительно был удачен). Но вот в политическом многоборье Франция пока явно проигрывает – слишком уж разные у игроков весовые категории. Проблема, правда, в том, что в этой игре без правил рискует проиграть не только Франция.

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x