Конфликт

Фото: Abed Rahim Khatib, Flash-90

Что похоронит идею "двух государств"?

Если евреи, греки и немцы, чьи отцы на протяжении поколений не ступали по земле Эрец-Исраэль, Греции или Германии, сохранили глубоко в своих сердцах стремление возвратиться на национальную родину, следовательно, и палестинцы, потерявшие свою родину относительно недавно, будут точно так же пестовать мечту о возвращении в Палестину.

Общественная полемика в Израиле вокруг прекращения американцами финансирования UNRWA (Ближневосточное агентство ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ) в большинстве случаев страдает откровенной концептуальной слепотой. Создаётся впечатление, что те, кто сегодня приветствуют упорное намерение Дональда Трампа подорвать основы существования организации, оказывающей помощь палестинцам, искренне верят, что достаточно заменить UNRWA структурой, которая «не будет обусловливать предоставление помощи статусом беженца», как написали Эйнат Вильф и Ади Шварц («Гаарец», 3.9), чтобы навсегда искоренить из национального сознания палестинцев надежды на возвращение.

Подобная иллюзия отражает полное непонимание такого явления, как современный национализм. Существование в палестинском сознании права на возвращение ни в коей мере не зависит от статуса беженца, предоставляемого теми или иными международными организациями, а базируется на понятии Накба, неотрывной от народной памяти палестинцев. Можно, конечно, вести юридические дискуссии о том, например, передаётся ли статус беженца по наследству всем поколениям, но смешно сомневаться в том, что национальные символы и воспоминания, вне всякого сомнения, передаются этносами из поколения в поколение, и это не зависит от разрешений истеричных и лишённых самосознания представителей власти иностранных государств.  Кто, как не евреи, должны бы об этом помнить.

Современная палестинская нация взошла на историческую сцену в качестве территориального этноса в 1917-1922 годах, в результате распада Оттоманской империи на части, оказавшихся под колониальным управлением. После 1948 года, когда сотни тысяч палестинцев были изгнаны или бежали и не смогли вернуться в свои дома, как этого требовала 194 резолюция ООН, к национально-территориальному палестинскому национализму прибавилась диаспора, другими словами, национализм этнической группы, которая в значительной своей части не проживает на национальной родине, но обращает к ней свои взоры.

Этот фундаментальный факт вряд ли существенно изменится, даже, если UNRWA вообще исчезнет, лагеря беженцев расформируют и жившие в них палестинцы начнут с успехом интегрироваться среди тех, кто палестинцами не является. Если евреи, греки и немцы, чьи отцы на протяжении поколений не ступали по земле Эрец-Исраэль, Греции или Германии, сохранили глубоко в своих сердцах стремление возвратиться на национальную родину, следовательно, и палестинцы, потерявшие свою родину относительно недавно, будут точно так же пестовать мечту о возвращении в Палестину.

Более того, те, кто связывают палестинское национальное самосознание исключительно с лагерями беженцев, поддерживаемыми агентством UNRWA, забывают о важнейшей роли, которую играет интеллектуальная элита в распространении национальных идей и концепций.

Интеллектуал  Эдуард Саид, изучавший литературу в Колумбийском университете в США, насколько нам известно, не жил в лагере палестинских беженцев. Но он воспринимал себя изгнанником, о чём и написал в своей автобиографической книге. Так же и другие видные палестинские интеллектуалы – проживающие на родине или за её пределами – продолжают считать Накбу национальной трагедией палестинского народа, а право на возвращение – важнейшим из его основных прав.

И, вместе с тем, несмотря на принципиальную приверженность идее возвращения, центральные фигуры в национальном палестинском движении проявляют признаки готовности к компромиссу в проблеме беженцев. Поэтому, Вильф и Шварц ошибаются, приписывая палестинскому руководству фанатичное стремление к заведомо неосуществимой цели возвращения беженцев в пределы Израиля.

Адвокат Гилад Шер, игравший одну из ключевых ролей на израильско-палестинских переговорах в период правления Эхуда Барака (1999-2001), критиковавший Ясера Арафата в своей книге о переговорах в Кемп-Дэвиде, объяснил, что «в обмен на гибкость с нашей стороны в формулировках, которые могли бы удовлетворить палестинцев на декларативном уровне, те не требовали практического осуществления права на возвращение беженцев в пределы Израиля».

Согласно Хаиму Рамону, отвечавшему за выработку совместного меморандума с палестинским руководством на переговорах в Аннаполисе, переговоры по проблеме беженцев с Махмудом Аббасом находились на продвинутом этапе. Рамон собственноручно передал палестинцам документ, который, по его словам, был согласован с тогдашним главой правительства Эхудом Ольмертом, и, в соответствии с которым, Израиль соглашался принять на своей территории не более 100 тысяч палестинских беженцев. Разногласия касались только сроков: Израиль настаивал на периоде в 15 лет, тогда, как палестинцы были согласны лишь на 5 лет. Эта позиция не была включена в предложение Ольмерта Аббасу.

Ясно, что на переговорах в Аннаполисе проблема беженцев была далека от решения, и требовались ещё долгие и трудные переговоры между израильской и палестинской делегациями по этому вопросу. Но ясно, что, если цель состоит в том, чтобы заставить палестинцев требовать возвращения всех беженцев в пределы Израиля – без каких бы то ни было компромиссов – то лучший для этого путь предлагают Вильф, Шварц и им подобные, стремящиеся принизить значение катастрофы палестинского народа и растоптать его национальную память.

Вильф и Шварц требуют от палестинского руководства признать базисную нелегитимность права на возвращение, оправдывая таким образом конфискацию палестинских земель для строительства на них еврейских незаконных форпостов. Фактически они требуют, чтобы палестинцы признали, что злонамеренный запрет на возвращение палестинцев в свои дома в 1948 году, позволивший использовать их имущество в целях абсорбции новых репатриантов и обеспечения еврейского большинства – был нравственным и легитимным процессом. Это должно стать чем-то вроде примерного наказания палестинцев за их отказ смириться с разделом Страны, осуществлённым теми, кто прибыл издалека с открытой целью: превратить её жителей в меньшинство.

Не существует в мире уважающего себя народа, который согласился бы на такого рода самоунижение и публичное попрание памяти о его национальной трагедии. Не приходится сомневаться в том, что на фоне этого несправедливого требования, игнорирующего то, что Гилад Шер называл «потребностями палестинской самоидентификации» , касающейся Накбы, даже у умеренных палестинцев не останется иного выбора, кроме как потребовать полноценного, а не только декларативного права на возвращение. И это окончательно похоронит идею «два государства для двух народов».

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции

Оригинал на сайте «Гаарец»

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x