Гражданин мира

Фото: страница ФБ Тани Фельгенгауэр

Татьяна Фельгенгауэр: «Я не боюсь!»

"Возможно, через какое-то время я подумаю о том, стоит ли оставаться в России. Но, если честно, когда я лежала в больнице, я думала не о том, что мне нужно поскорее уезжать из страны, а о том, что мне хочется скорее в эфир, чтобы сказать спасибо всем, кто меня спас, всем, кто за меня переживал и поддерживал". Интервью с замредактором радиостанции «Эхо Москвы», Татьяной Фельгенгауэр.

Журналистика – профессия небезопасная. Представители «второй древнейшей»  нередко подвергаются угрозам, давлению, а зачастую и физическому насилию. Однако нападение на замредактора радиостанции «Эхо Москвы» Татьяну Фельгенгауэр  стало для меня не просто частью общей статистики. С Таней мы знакомы достаточно давно, все эти годы периодически переписывались. Как только здоровье журналистки пошло на поправку, она любезно согласилась ответить на мои вопросы.

— Не могу не начать эту беседу с вопросом о твоем здоровье. Как ты себя сейчас чувствуешь, что говорят врачи, что тебе еще предстоит в процессе реабилитации?

— Я сейчас чувствую себя нормально, насколько это возможно с учетом случившегося. Полное восстановление будет не ранее, чем через пару месяцев. У меня были серьезные ранения, я потеряла много крови и перенесла тяжелую операцию. Невероятно повезло с хирургами. Да и вообще, повезло. Теперь просто нужно набраться терпения и восстанавливать силы. Самое сложное, конечно, стараться не очень много говорить. Но я обещала врачам, что буду соблюдать все рекомендации. Хотя, кажется, у меня это не очень хорошо получается.

— В России многие журналисты были убиты в результате своей профессиональной деятельности, на других было совершено нападение. Ты и твои коллеги обсуждали когда-либо сценарий нападения на вас?

— Нет, если честно, мы никогда не обсуждали конкретные сценарии. Это, как мне кажется, довольно странно. Просто мы все понимаем, что работать журналистом в России — опасно.

— Получала ли ты раньше угрозы в свой адрес? В том числе и антисемитского характера?

— Лично угрозы я не получала. Только те сообщения, что приходят в эфир, и которые мы обычно просто добавляем в чёрный список. Конечно, среди сообщений оскорбительных или просто гадких есть и те, что носят антисемитский характер. В твиттере часто на эту тему пишут оскорбления. Но я просто блокирую эти аккаунты, и всё.

— Еще один вопрос о нападении. Человек, ударивший тебя ножом, писал в своем блоге о том, что ты его «телепатически преследуешь». Как часто тебе, известному журналисту, приходилось иметь дело с людьми мягко говоря неадекватными? Есть ли у вас какие-то готовые сценарии поведения на этом случай?

— Я не знаю, что писал этот человек. И, скажу честно, знать не хочу. Я не читаю новости о своем деле, не интересуюсь подробностями. Мне сейчас важно выздоравливать и беречь своё душевное спокойствие. Но вообще в эфир пишут много разных людей. Иногда среди них попадаются очень странные. Я просто не отвечаю и всё. Если кто-то пишет мне что-то оскорбительное или неадекватное в твиттере, я блокирую этого человека. Без лишних разговоров.

— Tебе и твоим коллегам было посвящено несколько сюжетов на государственных телеканалах, вас обвинили в сотрудничестве с США и т.п. Является ли это поводом для беспокойства в плане твоей личной безопасности?

— Когда эти ролики появились, мы просто над ними посмеялись. Любому нормальному человеку очевидно, насколько они абсурдные и откровенно выдуманные. Поэтому ни малейшего беспокойства после их появления у меня не возникло.

— После нападения на тебя в соцсетях начались разговоры о том, что журналистам нужно приобретать средства самообороны и самим заботиться о своей безопасности. Что ты об этом думаешь? Прости, но я с трудом вижу тебя, хрупкую молодую девушку, носящей в сумочке травматический пистолет. 

— Мне кажется это неправильным. Да, нужно думать о своей безопасности. Но я точно не буду приобретать оружие. Мне вообще кажется, что это история больше про самоуспокоение. Мало иметь оружие, нужно быть готовым его применить. Я — не готова. Хотя я готова защищаться. И судя по порезам на моих руках, это я и делала.

Татьяна Фельгенгауэр первый раз в студии » Эха» после ранения. Фото: кадр видео.

— Что изменилось в редакции «Эха Москвы» в плане обеспечения безопасности? И что изменится в твоих повседневной рутине?

— Про это я пока ничего не могу сказать. Вопросами безопасности в редакции занимается главный редактор и генеральный директор, насколько я понимаю. Про изменения в своей собственной жизни я рассказывать не готова именно из соображений безопасности.

— Полагается ли тебе выплата какой-либо страховки? Возьмет ли твой работодатель на себя расходы по лечению?

— Не интересовалась этим вопросом, если честно. Совершенно не до того. Странно, спустя две недели после того, как тебя чуть не убили, спрашивать про компенсации. В НИИ Склифосовского меня привезла Скорая. У меня есть полис ОМС. Это лечение оплачивается государством. Никакого другого у меня пока нет.

— Есть ли в России профессиональные объединения журналистов, отстаивающие ваши права?

— В России есть Союз журналистов России, Союз журналистов Москвы. Обычно они выражают обеспокоенность. Еще есть независимый профсоюз, созданный сравнительно недавно. Но там тоже, кажется, ничего путного не получилось. В любом случае, ни в одном из этих профсоюзов я не состою. Поэтому мои права сейчас отстаивает мой адвокат Сергей Бадамшин.

— Ты 15 лет работаешь на радио «Эхо Москвы». Судя по всему, для тебя это гораздо больше, чем просто рабочее место?

— На Эхе я с 16 лет. Да, безусловно, это не просто редакция. Это дом. Это семья. Это университет. Не знаю, правильно ли так относиться к работе. Но я очень люблю «Эхо».

— Во всех наших разговорах в последние годы я всегда говорил тебе одно и тоже: «Таня, уезжай оттуда!» А ты отмахивалась. Изменилось ли что-то в твоей позиции после нападения?

— Мне сложно сейчас ответить на этот вопрос. Возможно, через какое-то время я подумаю о том, стоит ли оставаться в России. Но, если честно, когда я лежала в больнице, я думала не о том, что мне нужно поскорее уезжать из страны, а о том, что мне хочется скорее в эфир, чтобы сказать спасибо всем, кто меня спас, всем, кто за меня переживал и поддерживал. Сказать, что я не боюсь.

 

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x