Гражданин мира

Нетаниягу и Кац - в центре кризиса отношений с Польшой. Фото: Yonatan Syndel

Дипломатия оскорблений

Дипломатическая машина двигается четко по протоколу, и польская сторона оказалась в непростой ситуации – либо сделать вид, что израильский гость ничего обидного не сказал, а всем просто послышалось, либо вступить на рельсы раскручивания дипломатического конфликта и ехать без остановки до конечной станции. Поляки готовы были выбрать первый вариант. Но тут в конфликт вступил Исраэль Кац.

В связи с последним скандалом между Израилем и Польшей вспоминается бородатый анекдот. «Если военный говорит «да», это означает «да», если военный говорит «нет», это означает «нет», если военный говорит «может быть», значит это не военный. Если дипломат говорит «да», это означает «может быть», если дипломат говорит «может быть», это означает «нет», если дипломат говорит «нет», значит это не дипломат. Если девушка говорит «нет» – это означает «может быть», если девушка говорит «может быть» – это означает «да», если девушка говорит «да» – значит это не девушка». В очередной раз приходится с печалью признать – в Израиле, стране, для которой важнее, чем для кого бы то ни было, налаживать отношения с внешним миром, нет дипломатии. Она просто отсутствует как область государственной деятельности.

После того, как Биньямин Нетаниягу на конференции по ближневосточному урегулированию в Варшаве обидел мимоходом целую нацию, заявив в ходе общения с журналистами, что в годы Холокоста поляки сотрудничали с нацистами, послу Израиля в Варшаве Анне Азари потребовались серьезные усилия, чтобы сгладить ситуацию. Ссориться не хотелось никому, поэтому даже президент Польши Анджей Дуда, сразу после заявления израильского премьера призвавший членов Вышеградской группы перенести свой саммит, запланированный на 19 февраля, из Израиля в Польшу, довольно быстро «отыграл» назад и сделал вид, что поверил в историю с журналистами, перевравшими слова Нетаниягу. Хотя всем, конечно, было понятно, что никто ничего не переврал. Но дипломатическая машина в подобных ситуациях двигается четко по протоколу, и польская сторона оказалась в непростой ситуации – либо сделать вид, что израильский гость ничего обидного не сказал, а всем просто послышалось, либо вступить на рельсы раскручивания дипломатического конфликта и ехать без остановки до конечной станции. Поляки готовы были выбрать первый вариант. И этим, возможно, дело бы и ограничилось, но членам израильского кабинета и оппозиции этого показалось мало. Они решили, что Биби слишком рано сдался, раз уж ввязался в бой, он должен был рубиться до конца и заставить-таки Польшу отменить ненавистный закон о Холокосте.

Биньямин Нетаниягу и президент Польши Анджей Дуда. Фото: Avi Onayon. Flash-90

Лидер партии «Еш Атид» Яир Лапид попенял премьеру, что тот не смог отстоять даже такие очевидные исторические факты, как участие поляков в Холокосте, а министр юстиции Аелет Шакед заявила, что Израиль не несет ответственности за этот кризис: «Отношения Израиля и Польши важны, но мы будем настаивать на исторической правде даже ценой Вышеградского саммита», — подчеркнула она.

Но всех переплюнул свежеиспеченный и.о. главы МИДа, он же министр транспорта и разведки Исраэль Кац. Решив окончательно навести порядок в израильско-польских отношениях, он сформулировал оскорбление польской нации более четко, чтобы уж ни у кого не осталось никаких сомнений, что именно он имеет в виду. «Я — сын родителей, переживших Катастрофу, и даже родился и вырос в поселке переживших Холокост. Память о Холокосте — это то, что не может являться предметом для компромисса, это очевидно, что мы не забудем и не простим. В дипломатии стараются сделать так, чтобы люди не обижались, но никому не позволено исказить историческую правду о тех событиях. Поляки, конечно же, сотрудничали с нацистами. Как сказал Ицхак Шамир, они всосали антисемитизм с молоком матери. Приукрасить эту историю невозможно, и именно мы несем наследие Холокоста и будем продолжать делать это». Этого главе дипломатического ведомства (которое вряд ли теперь можно называть дипломатическим) все-таки показалось мало, и на следующий день на радио «Кан — Решет бет» он дополнил свою мысль заявив, что «Польша превратилась в большое кладбище еврейского народа», а «антисемитизм был присущ полякам до, во время и после Холокоста».

И на сей раз его поняли правильно. «По-настоящему удивительно, что новоназначенный министр иностранных дел Израиля цитирует такое позорное и расистское высказывание. Абсолютно недопустимо», — написал в Твиттере посол Польши в Израиле Марек Магеровский. Послу Израиля в Польше Анне Азари вновь пришлось объясняться в польском МИДе, Польша потребовала от израильской стороны опровержения и извинений, а поскольку их не последовало, премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий отменил визит польской делегации на Вышеградский саммит, отменив таким образом и сам саммит. Правда, Нетаниягу, для которого проведение саммита в Иерусалиме должно было стать своего рода демонстрацией очередной внешнеполитической победы в преддверии выборов, тут же, как ни в чем ни бывало, заявил, что в таком случае он просто проведет серию встреч с премьерами Словакии и Венгрии, которые уже находятся в Израиле.

Обсуждение польского закона о Холокосте оставим в стороне – с ним все ясно. Извиниться и человеку перед человеком непросто, у некоторых на это уходит целая жизнь, а для того, чтобы признать вину перед целым народом, нужно быть как минимум Иоаном Павлом II. Сравнивать Польшу с Германией не будем тоже, Германия – проигравшая сторона, вина которой установлена Нюрнбергским трибуналом. У нее не было иного выхода, кроме признания вины и извинений. А вот Японии, например, потребовалось 50 лет для того, чтобы извиниться за Нанкинскую резню, в результате которой в 1937 году японскими солдатами за шесть недель было убито, по разным оценкам, от 40 до 500 тысяч китайцев. Но это все равно были лишь формальные устные извинения, письменных извинений страна не принесла до сих пор, более того – в Японии по сей день на официальном уровне идут споры о количестве погибших, о причастности к этому японских солдат, да и вообще о том, имел ли место сам факт массового убийства. Что уж говорить о «польской проблеме» — для урегулирования таких проблем нужно время и тонкая, кропотливая работа дипломатов с обеих сторон. Но требовать признаний в Холокосте в ультимативной форме, сопровождая это расистскими оскорблениями – это, прямо скажем, новое слово в дипломатии.

Хотя, если уж откровенно, о какой дипломатии мы говорим? У Израиля, в котором, по-хорошему, внешнеполитическое ведомство должно являться чуть ли не главным в стране, очень своеобразное представление о дипломатии. Если посольства в десятках стран то открываются, то закрываются не исходя из долгосрочной внешнеполитической стратегии страны (еще вопрос, есть ли она), а по прихоти премьера, который по совместительству еще подхалтуривает министром иностранных дел, это вряд ли можно назвать дипломатией. И когда портфель министра иностранных дел отдается человеку, который сначала не смог наладить железнодорожное сообщение между двумя главными городами страны, а теперь не может проконтролировать то, что сам произносит, мы имеем ту «дипломатию», которую мы имеем.

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x