Арт-политика

Фото: Шай Фейерберг

Дина и демоны

Где-то за спиной героини спектакля маячат тени, призраки других женщин, убитых, растоптанных, униженных, обезличенных.  Дина, Михаль, Майсун, Оксана – у них разные имена. И – схожие судьбы. Общество ничего, по сути, не делает, чтобы их защитить. Может, просто не способно? О спектакле "Дина", поставленном в городском театре Димоны.

Режиссер Рони Ниньо, поделивший время жизни и творчества между театром и кино, на этот раз поставил спектакль-гибрид. Он называется «Дина». Актеры действуют  на сцене, их снимает камера – и результат съемки нам показывают на экране, заключенном в помпезную багетовую раму.

Бедное, более чем скромное убранство сцены контрастирует с шиком рамы. Дина, заглавная героиня пьесы, одета вычурно, а ля Кармен с сувенирной коробки – алое платье, блестящее, дешевое, мнущееся, цветок в волосах…Экран подает ее лицо крупным планом –и мука, боль,  отраженные  на нем, клещами впиваются в мозг.

Фото: Шай Фейерберг

Тема пьесы, которую написала актриса Хана Азулай-Асфари (она же сыграла Дину) – большая и трудная. Насилие, которому подвергается женщина, рядовое¸ знакомое всем. Насилие, о котором много говорят,  уносит жизни женщин, и этот поток, эта  мутная трагичная река разливается по карте страны, как по скатерти…Спектакль «Дина» возник в театре города Димона. Хана Азулай  родом отсюда, с Юга страны. Ее детство прошло в беэр-шевской шхуне «Далет», самой неблагополучной до сих пор в городе, который называют столицей Негева. Беспокойное сердце, красота,  умение мечтать и воля  сделали свое дело, Хана стала известной израильской актрисой. Жизнь женщины, беды женщины, ее статус, ее ключи к равенству и счастью  – темы, которые  всегда волновали Хану Азулай –Асфари ( ее муж – известный режиссер и драматург Шмуэль Асфари-автор).

В центре пьесы Дина – обычная женщина, одинокая, по-восточному шумная, всем чужая. И братьям, и миру. Она тяжело больна. Знает, что прогноз неутешительный. Хочет снять фильм, небольшой, семейный, который надеется показать сыну, ребенку, которого она родила много лет назад, пятнадцатилетней девочкой, и которого ее старший брат отдал на усыновление. О таких девочках, какой она была, говорят  «подростки в опасности», потому что были непредсказуемые поступки, алкоголь, наркотики, беспорядочные половые связи. И беременность. И – горький, болезненный след в душе все эти годы. Дина совершает долгое путешествие в прошлое, пытается найти ребенка, расспрашивает братьев, стучится всюду, плачет. Выясняется, что Дина когда-то очень хорошо рисовала, но педагог по живописи выгнала ее из студии из-за того, что сюжеты и настроение ее рисунков были слишком взрослыми, жестокими. Дина не нашла ни любовь, ни дружбу. Изломанная с самого раннего детства, она все больше погружается в темноту. Ее метаниям искренне сочувствуешь, хотя с точки зрения   искусства они мало убедительны. Диалоги и буйные хоровые скандалы напыщенно-хаотичны. Текст выстроен темпераментно, живо, хотя  наивно,   бессистемно. И тут гуманизм,  благородное желание привлечь к проблеме внимание широкой общественности, градус сострадания диссонируют с формой выражения. С качеством драматургического материала. Внимание зрителя распыляется (человек на сцене и человек на экране – это разные эмоциональные аспекты, различная энергетика).

Мотивировка поступков очень расплывчата. Три брата Дины живут и действуют в каком-то узком,  клишированном  пространстве: один – воплощение авторитарности, другой- весь в своих религиозных постулатах, третьему Дина обиженно бросает «твоя избалованная русская», имея в виду его подругу Светлану, все желания которой брат выполняет…  Ребенка Дина на найдет, его нет, она, как выяснилось, его не родила. Под видом родов под наркозом девочке сделали аборт, а потом старший брат, который единственный в  семье об этом знал, лгал, что ее дитя в приемной семье…Раздавленная, помертвевшая Дина смотрит в зал. На нас. И где-то за ее спиной маячат тени, призраки других женщин, убитых, растоптанных, униженных, обезличенных.  Дина, Михаль, Майсун, Оксана – у них разные имена. И – схожие судьбы. Общество ничего, по сути, не делает, чтобы их защитить. Может, просто не способно? После спектакля было осуждение. Депутат кнессета Райда Тома-Салиман, доктор Анат Гур, криминалист и виктимолог Ронит Лев-Ори, журналистка, лауреат премии Соколова Гай Габай говорили об угрозах и цифрах статистики. О женских трагедиях. О том, что деньги, решением правительства выделенные женщинам, выходящим из так называемых «убежищ», заморожены. А когда можно будет их распределять, неизвестно. Когда я писала эти заметки, пришло известие, что еще одну женщину убил муж. Страшный список растет…

В Димоне городской театр, художественным руководителем  которого сегодня является талантливый музыкант, человек искусства, умница  Ори Видиславски, пользуется успехом. Если есть сцена, зрители, прогрессивные чиновники¸серьезные и думающие люди  –все сложится. Будут новые работы. Это обнадеживает. Только чтобы демоны не воровали души,  чтобы не было больше  жертв…

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x