Родительский день

Иллюстрация: Nicholas Jackson

Любви все возрасты покорны?

Даже если только треть из написанного о печально известном преподавателе Боазе Араде, и о происходящем в школе "Тельма Елин" правда – я бы не хотела отправлять своего сына в такую обстановку, пусть  там и шлифуют юные дарования до уровня сияющих профессионалов.

Есть у меня один ученик, новый репатриант. Красавец и умница, отличник, скрипач. Пару дней назад мы встречались с его классной руководительницей, я и его мама, я в качестве переводчика. Он такой талантливый, ему прямая дорога в «Тельма Ялин» — сказала классная руководительница. А я перевела пунцовой от гордости маме и добавила от себя, мол, мой папа, учитель музыки очень высокого мнения об этой школе. Так что давайте, учите иврит и вперед.

Добавила и задумалась. Действительно ли? Даже если треть из написанного о печально известном преподавателе Боазе Араде, и о происходящем в этой школе правда – я бы не хотела отправлять своего сына в такую обстановку, пусть  там и шлифуют юные дарования до уровня сияющих профессионалов. Еще у меня возникает множество вопросов к родителям учеников этой школы. Неприятных вопросов.

Но меня эта история задела не только как маму, еще и как педагога. Одна из бывших учениц Боаза Арада написала  резкую статью в защиту своего учителя, в которой называет все произошедшее ошибками, кто без греха. И что взаимоотношения с ученицей, пусть они не этичные не равны изнасилованию, что в принципе верно. В случае Арада речь не идет о насилии над ученицами,  скорее о злоупотреблении своим положением.

Я с ней во многом согласна,  особенно в том, что действительно сегодня разрушить репутацию работников образования, да и любого человека  легче легкого – достаточно тиснуть статейку в СМИ —  героя статьи приговорят и распнут раньше, чем перезагрузится страница новостного сайта.

Безусловно, у этой истории трагический финал, человек покончил с собой. Я  не думаю, что можно считать самоубийство индульгенцией, но Арад  выбрал страшный способ избежать ответственности за свои поступки. А ответственность за развитие взаимоотношений между учителем и учеником лежит именно на педагоге.

Ученица Арада пишет, что сделала выбор в пользу преподавания, благодаря таким педагогам, как Боаз. И что она хотела бы стать таким педагогом, как он.

Я тоже могу сказать, что выбрала путь педагога под влиянием одного из своих преподавателей.

Егуда, мой учитель биологии в старших классах. Я писала реферат на тему выращивания нарциссов в домашних условиях и не успевала к сроку.  Вредный Егуда выдернул меня из дома обратно в школу, посреди ханукальных каникул. Усадил за компьютер, дописывать, а сам сидел рядом со мной и бдил, чтобы я не сбежала. А когда в Иерусалиме выпал снег, отменили уроки и все мои одноклассники весело играли в снежки – я бесилась в оранжерее, куда меня загнал тот же Егуда – мы в четыре руки срочно пересаживали нарциссы, не дай бог внезапный холод испортит эксперимент.

О том,  что он тратил и свои каникулы, причем совершенно бесплатно я задумалась только много лет спустя. Как и о том, чего стоило весьма пожилому, грузному человеку с больным сердцем, прийти пешком через весь Иерусалим, от своего дома к школе (транспорт не ходил, снег же) ради меня и моих нарциссов.

Мы тогда проводили очень много времени вместе, наедине. И я не осмеливалась его ослушаться, когда я не злилась на его вредность – я его обожала.

Вот таким педагогом я  хотела стать. Как Егуда.

Моя специализация – неформальное образование.  Одна из особенностей этой сферы —  размывание границ в отношениях учитель – ученик.  Путь к завоеванию доверия ученика находится в общении на равных. И в поисках верного подхода к ребенку иногда необходимо стереть дистанцию между учеником и учителем. Но при этом никогда не забывать, кто из вас – взрослый, а кто еще ребенок, поддающийся влиянию и доверчивый.  Когда ты видишь результат своего труда — ощущение сродни эйфории, которая легко может перерасти в опьянение, а оттуда в поступки. И этого допускать нельзя. Существуют законы профессиональной этики и правила этики моральной. Настоящий педагог не имеет права злоупотреблять доверчивостью своих учеников, даже если они вешаются на него в обнаженном виде. А иногда молодые и симпатичные подростки – акселераты пытаются добиться своего любой ценой, даже беззастенчивым флиртом. Есть черта, которую нельзя переступать никогда, просто потому, что нельзя. Даже если очень хочется. Просто нельзя и все.

Что мешало моему учителю, одинокому вдовцу, попытать счастья со мной, молодой красивой и глупой,  смотрящей ему в рот? Но он не позволил себе ни одного неуместного взгляда в мою сторону.

Ученицы, вступившие в отношения с Арадом, сами признают —  все происходило по обоюдному согласию. Но насколько это согласие действительно обоюдное в возрасте 16 лет, по отношению к любимому учителю?

Настоящий педагог должен уметь распознавать, когда у ученика начинают развиваться неподходящие чувства и не использовать их, а деликатно погасить, максимально стараясь  не обидеть.

Любви все возрасты покорны и в жизни всякое бывает. Случаются ситуации между преподавателем и учеником. Но тогда, согласно моральной этике преподаватель увольняется и спокойно ждет, пока предмет его любви подрастет, закончит школу, а там, как говорится, совет да любовь.

Если же он  идет на поводу у своих влечений таким образом, как пишут про происходящее в Тельма Ялин, то он уже не педагог, а педо… Нечто другое.

 

 

 

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x