Арабский мир

Фотографии предоставлены автором

"Раньше около 50% бедуинов служили в армии"

Сейчас многие семьи подписали договор о переезде. Они поедут в 12-й квартал поселка Хура. Правда, этот квартал еще не построен. Строительство даже не началось, так что непонятно, сколько им осталось прожить в Умм Эль Хиране. Когда-то бедуины связали свою судьбу с судьбой Израиля. Они были нашими друзьями и сейчас могли бы остаться ими. Но мы отталкиваем их от себя каждый день и они начинают чувствовать себя палестинцами.

Продолжается насильственный снос домов в «бедуинском треугольнике» в Негеве. Раз за разом выезжают экскаваторы и равняют с землей маленькие домики. Бедуины сопротивляются. Нужно ли это, и если да, то кому?

До 1948 года в Негеве жили несколько десятков тысяч бедуинов. Часть из них вела полукочевой образ жизни, другие занимались земледелием. После провозглашения независимости Израиля часть бедуинов перебралась в сектор Газы и арабские страны, А оставшихся переселили на участок «эйзор а-сайг», треугольник между Беэр-Шевой, Арадом и Димоной.
В 1953 году был принят закон о приобретении земель, постановивший, что тот, чья земля не находилась в его владении в апреле 1952 года, теряет на нее право. Так бедуины потеряли права на территории, с которых их выселили.

В конце 70-х годов в Негеве началось строительство семи поселков городского типа для бедуинов. Часть бедуинов переселились в эти поселки, однако многие отказались, утверждая, что государство не взяло в расчет их образ жизни.

Сегодня бедуинское население Негева составляет около 220 тысяч человек, из них примерно 70 тысяч живут в так называемых «непризнанных деревнях». Таких деревень на сегодняшний день 35. Государственная комиссии Элиягу Гольдберга по урегулированию бедуинского заселения в Негеве рекомендовала легализовать 25 непризнанных поселений, но эти рекомендации не были выполнены.

Мы ехали по шоссе. По обе стороны расстилались каменистые холмы Негева, местами покрытые зелеными пятнами травы. Потом мы свернули на грунтовую дорогу и нас начало немилосердно встряхивать и подбрасывать на ухабах.

Вскоре показались дома и дорога превратилась в улицу. Некоторые из домов были лачугами с жестяными стенками, другие построены из камня, но маленькие, совсем не по израильскому стандарту. Мы въехали в деревню Умм Эль Хиран.

Нас встретил высокий стройный мужчина Ра’ад Абу Алькиан, председатель местного поселкового совета, член Совета непризнанных поселений Негева, гражданский активист. Он рассказал нам историю своей общины.

5-6% от общей площади Негева

На этом месте племя живет начиная с 1955 года. Сначала в землянках, затем стали строить дома из жести. И только в 70-х годах появились первые каменные дома. Все дома нелегальны. Жители много раз просили местные власти разрешить им строительство. Им отказывали потому, что отсутствовал план развития поселка. А этот план должны разрабатывать и утверждать муниципальные власти. А власти этого не делали. Вот такой замкнутый круг!

Много лет поселковый совет просил местные власти провести воду в поселок. После многих лет ожидания такое разрешение было получено и была проведена труба от водохранилища за счет местных жителей. Но вода подавалась только два года, а потом была отключена.

В 2003 году возникли планы постройки еврейского поселения Хиран рядом с Умм Эль Хираном. Местные жители поначалу обрадовались. Они думали, что если рядом будет построен еврейский поселок, то и им что-нибудь перепадет.

Но уже в 2004 году начали поступать указания о том, что все дома должны быть снесены, а жители переселены в один из семи легальных поселков.

Жители единодушно отказались переезжать. В Умм Эль Хиране они ведут более или менее привычный образ жизни. У них нет воды для сельскохозяйственных работ, но одни держат небольшие огороды, другие – несколько овец и коз. Они все работают, безработица в деревне нулевая.

В поселке городского типа они не смогут заниматься сельским хозяйством, вести деревенский образ жизни. Там не построены промзоны, безработица достигает 50%. В поселках высокий уровень преступности и наркомании. В рейтинге израильских поселений они занимают последние места.

Начались безрезультатные переговоры с государством, которые закончились в 2016 году решением БАГАЦа: государство вправе выселить местных жителей, но обязано предоставить им приемлемый вариант. «Приемлемым» вариантом государства оказалось переселение в еще не построенный 12-ый квартал поселка Хура, одного из 7 легальных бедуинских поселков. Это было в точности то, от чего жители уже отказались.

К этому времени дело Умм Эль Хирана стало резонансным и по стране прокатились демонстрации протеста. Государство забеспокоилось и, чтобы успокоить общественность, пообещало не сносить дома в течение 5 лет. Жители немного успокоились, но тут в начале января 2017 года, как снег на голову, начали приходить повестки о выселении в течение одного месяца. Причем жителям предписывалось снести свои дома самим.

Месяц, указанный в повестках, жителям не дали. Уже 18 января прибыли экскаваторы и начали разрушать дома. Начались столкновения с полицией, в которых погибли два человека: один местный житель и один полицейский.

Эта трагическая история широко освещалась в прессе. Не будем к ней возвращаться, не будем бередить старые раны. Но похожая ситуация наблюдается во всех 35 непризнанных бедуинских деревнях. Их всех государство хочет выселить и поселить в 7 «резервациях». Для этого периодически сносятся дома. Подъезжают экскаваторы и сносят жестяные лачуги. Жители перебираются жить к родственникам и начинают отстраивать разрушенный дом.

Общая площадь, на которой живут и на которую претендуют бедуины составляет 5-6% от общей площади Негева. В Негеве очень большое количество неосвоенных земель. Туда можно скопипастить весь Гуш Дан и для него найдется свободное место. Нет никакой необходимости разрушать существующую деревню, чтобы построить еврейский поселок. Единственная понятная цель, это желание переселить бедуинов в 7 легальных поселков и зачистить от них остальную территорию.

Марьям, жена Ра’ада – учительница, имеет вторую степень Беершевского университета по специальности «политический менеджмент», мать четырех дочерей. Она рассказала, что жизнь здесь очень тяжелая, особенно для женщин, которые занимаются бытом: нет воды, электричества. Воду носят из колодца. Соответственно нет стиральной машины, стирают вручную. Готовят на открытом огне. Нет ни аптеки, ни поликлиники, ни маколета. Есть подвозки в школу, но до автобуса идти далеко, для детей опасно. По дороге могут встретиться змеи и скорпионы. Марьям говорит, что единственное время, когда она отдыхает, это когда она спит.

Местные женщины организовались, создали женский совет. Марьям – его председатель. Они выдвинули несколько инициатив. Одна из них, это библиотека, чтобы детям было чем заняться после школы. Вторая — ясли-сад для детей до трех лет. Третий проект, это вывоз мусора. Сейчас мусор сжигают. Это плохо для экологии. Эти проекты пришлось отложить, потому что после столкновений с полицией возрасла неопределенность их положения. Никто не знает, сколько им осталось здесь прожить.

Ра’ад: «Мы все живем с чувством ущербности нашей жизни. Мы граждане Израиля, но чувствуем себя неполноценными гражданами. А мы ведь ничего не просим у государства. Мы хотим только жить той жизнью, которая нам нужна и к которой привыкли. Мы готовы жить рядом с евреями, но нас загоняют в семь бедуинских поселков. Раньше около 50% нашей молодежи служили в Цахале, а теперь хорошо, если 20. Все больше и больше людей перестают чувствовать себя израильтянами, а чувствуют себя палестинцами».

Они были нашими друзьями

Сейчас многие семьи подписали договор о переезде. Они поедут в 12-й квартал поселка Хура. Правда, этот квартал еще не построен. Строительство даже не началось, так что непонятно, сколько им осталось прожить в Умм Эль Хиране.

Строительство им придется оплатить из собственных средств. Правда, они получат компенсацию: 800 шекелей за квадратный метр. Это позволит им оплатить небольшую часть стоимости.

В деревне Умм Эль Хиран живут простые бедные люди. Они очень хорошо помнят добро. В 1997 году была очень большая буря. Много домов было повреждено, несколько человек погибло, три девочки пропали без вести. Тогда вся страна поддерживала Умм Эль Хиран. Бедуины это помнят.

С особой теплотой они вспоминают Ариэля Шарона, который в то время был министром государственной инфраструктуры. Он сказал: «Спасатели не уедут, пока все жители не будут обеспечены водой, пищей, теплыми вещами и пока мы не найдем девочек». Через несколько дней тела девочек были найдены в окрестностях. И только тогда спасатели уехали.

Когда-то бедуины связали свою судьбу с судьбой Израиля. Они были нашими друзьями и сейчас могли бы остаться ими. Но мы отталкиваем их от себя каждый день и они начинают чувствовать себя палестинцами.

Можно ли остановить это? Думается, что да, если остановить насильственное выселение бедуинов. Переселяя их в «резервации», мы ломаем их традиционный уклад. Получаем обломки: преступность, наркоманию, проституцию. Мы грубо вмешались в процесс развития бедуинского общества и получили ужасные плоды. Это надо остановить. Возможно, еще не поздно.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x