Арабский мир

Бедуины, эвакуированнеы из деревни, где они прожили 50 лет. Фото: Yaniv Nadav, Flash-90

Что ждёт бедуинов из Хан Аль-Ахмара

Территория, выделенная для бедуинов клана Джахалин, выселенных из их деревень, превратилась в квартал трущоб. Община пастухов вынуждена была отказаться от своих стад. Над посёлком витает безработица.

Хамда Салайла (28) восторженно рассказывает о женском комитете, который она создала около 2 лет назад. Располагается комитет в большом контейнере, где хранится старая мебель. Там же устроена скромная кухонька и работает вентилятор, немного разгоняя тяжёлый зной.

Салайла по образованию социальный работник. Знания, полученные в университете, она реализует в квартале Джахалин, расположенном недалеко от мусорной свалки Абу-Диса. Именно сюда Израиль выселил в конце 90-х годов от 90 до 150 семей из десятка бедуинских общин, среди которых и её семья. Она до сих пор не может забыть, как бульдозеры крушили шатры, как дети, не понимавшие значения слова «переселение», смотрели, как солдаты и полицейские заталкивают в автобусы взрослых, отказавшихся подчиниться приказу.

Депортация, целью которой было оседлое расселение бедуинов, осуществлялась в три этапа, а за счёт освобождённой территории расширилось поселение Маале-Адумим. В последнее время судьи БАГАЦа разрешили государству выселить в то же место бедуинские семьи, проживающие к северу, в Хан Аль-Ахмар. Мы приехали, чтобы своими глазами увидеть эту гордость страны – квартал, расположенный между самой большой на Западном берегу мусорной свалкой и «шротом» ворованных автомобилей Изарие. Может быть, создание женского комитета – это признак перемен к лучшему, вызванных насильственным переселением? Возможно, началом перемен стало согласие женщин побеседовать с мужчиной, фотографом газеты «Гаарец»? На этот вопрос есть несколько ответов.

Всю текущую деятельность (курсы для женщин, участие в управлении проектами, игры и дополнительные уроки для детей после школы) осуществляет Салайла и ещё несколько местных женщин, три из которых присоединились к нашей беседе на прошлой неделе. Это 22-летние близнецы Амани и Айман Абу-Галия и их двоюродная сестра Хинд Абу-Галия (27). «Мужчины в этом предприятии не участвуют», — говорит Салайла, не скрывая гордости.

И, тем не менее, четыре молодые женщины, выпускницы университета, стремящиеся продолжить своё образование, отказались открывать свои лица . Это противоречие может сбить с толку. С одной стороны, общественная активность и понимание необходимости бороться за права женщин в общине, с другой – верность тому, что Салайла называет «культурой скромности».

Прогуливаясь по улицам в дневные часы, мы не встретили среди прохожих ни одной женщины. Может быть, это из-за жары? Нет. Четыре женщины, с которыми мы побеседовали, тоже отказались от предложения выйти и пройтись по улице. После встречи в контейнере все они быстро разошлись по домам, находившимся поблизости. «Мы просто так не ходим по улицам, но лишь тогда, когда есть необходимость, — говорят они. — Раньше мы выходили иногда за пределы квартала, были единственными, кто осмеливался».

Но территория, на которой они раньше гуляли, через дорогу от шоссе «Вади нар» – единственной артерии, связывающей север и юг Западного берега – предназначена теперь для четвёртой волны вынужденных переселенцев из клана Джахалин, прибывающих с разрешения БАГАЦа. Бульдозеры гражданской администрации очистили там несколько участков, на которых бедуинам придётся своими руками строить для себя дома. На новых участках, как и на старом, дома будут располагаться слишком близко друг от друга, что противоречит традиции и образу жизни бедуинов.

В бедуинской деревне. Фото: Фото: Yaniv Nadav, Flash-90

Семьи бедуинских пастухов привыкли жить в отдалении от других семей, в домах, окружённых хозяйственными постройками, сараями, овчарнями и т. д. Широкие просторы породили традиции и поведенческие стандарты, согласно которым женщины должны соблюдать дистанцию с мужчинами, в зависимости от клановой принадлежности и степени родства между ними. Женщины играли важную роль в пастушеском хозяйстве, основанном на выращивании скота и производстве молочных продуктов. Они встречали стадо в конце дня, доили коз и овец, варили сыры, которые потом продавались на рынке. Пожилые женщины сами отправлялись торговать на рынок или доставляли продукты оптовым покупателям.

Мусор между домами

Станут ли высшие учебные заведения более доступными для бедуинских женщин после переезда в городские кварталы? «Нет, — отвечают наши собеседницы. – Мы – меньшинство в меньшинстве. Всё зависит от наших семей и поддержки, которую они могут нам оказать». Но, кроме моральной поддержки, обучение в университете требует немалых денег. Через 20 лет после насильственного переселения квартал, где они живут, превратился в район трущоб.

На земельных участках, которые были куплены или арендованы на 49 лет для бедуинов в Аль-Джабеле возможна лишь тесная городская застройка. Многие семьи продали свои стада, чтобы оплатить постройку дома, потому что компенсаций, полученных от государства, оказалось недостаточно. Кстати, само получение компенсаций стало возможным, благодаря переговорам, которые вёл адвокат Шломо Лекер, только после того, как поданные в БАГАЦ апелляции были отклонены в 1997 году и после того, как Гражданская администрация поселила первую волну выселенных бедуинов в герметичных контейнерах, не имевших ни окон, ни вентиляции.

…Снаружи эти дома выглядят, как виллы. Но мебель в них скромная и некоторые дома до сих пор не заселены из-за того, что деньги на строительство закончились до его завершения. Есть люди, которые живут в самодельных шатрах, возведённых во дворах их домов. Гражданская администрация проложила несколько центральных дорог, но между домами остались неухоженные пустыри. Три школы, действующие в квартале, построены на пожертвования. Как и местная мечеть. Разрешение Гражданской администрации на строительство первой школы поступило через четыре года после того, как просьба была отправлена по инстанциям. Разрешение на строительство мечети было получено уже через три месяца после подачи просьбы. Переполненные мусорные баки на улицах источают ужасный запах. Переселение бедуинов было осуществлено в слишком быстром темпе. Мусор, заполняющий пространство между домами – один из верных признаков того, что местные жители относятся к общественному пространству, как к ничейной земле.

От расположенной поблизости мусорной свалки, используемой также поселением Маале-Адумим, по окрестности разлетаются тучи мух и расползаются мыши. Эта свалка символизирует отношение израильских властей. Канализационные ямы периодически переполняются. На это местные жители жалуются чаще всего: если уж подготовили земельные участки, то почему не позаботились о нормальной канализации? На первых порах квартал получал воду от компании «Мекорот» и жителям воды хватало. Но потом их подключили к городу Изарие.  В жаркие летние месяцы вода в квартал поступает не каждый день.

Пастбища

Есть семьи, у которых во дворах живёт по несколько коз, продаваемых на убой. В общей сложности, в квартале насчитывается несколько сотен парнокопытных. Их не выпускают на пастбища и кормят фуражным сеном, хотя, на переговорах было согласовано выделение полоски в 3000 дунамов земли на пастбище. Козы пасутся в западной части квартала, но, когда всё там оказывается съедено, стада переходят в восточную часть, где ещё остаётся трава. Скоро пастухи будут вынуждены оставаться с козами на ночь.

Фото: Yaniv Nadav, Flash-90

Для этого территорию пастбища нужно было оградить, но строить забор бедуинам категорически запрещено. Таким образом, полоска, выделенная на пастбище, практически не используется. Некоторые семьи разделились ради заработка. Несколько сыновей пасут стадо и остаются ночевать в палатках, рискуя вызвать столкновения с армией или получить указ о разрушении от Гражданской администрации. Другие же устроились работать в соседних еврейских поселениях. «При этом, уровень безработицы среди мужчин очень высокий, — говорит Абу Али Абу Ралия, член квартального комитета по проектам, пытающийся открыть курсы профессиональной подготовки для молодёжи.

«Жизнь бедуина состоит из шатра, просторов и стада, — говорит Абу Ралия. – Когда чего-то из перечисленного не хватает – это большая потеря. Нет ничего плохого, если человек меняет свой образ жизни. Но лишь тогда, когда это происходит естественным путём, а не по команде». По его словам, «есть базисные условия, которые нужно выполнять, когда меняют пастушеский образ жизни на городской». Недостаточно дать человеку дом с водопроводом и электричеством. Нужно создать условия для получения новой профессии, чтобы человек смог нормально жить. Никто не в состоянии за один день превратиться из пастуха в шофёра или учителя. Перемены начали происходить у нас ещё в 80-е годы, когда наши мальчики начали учиться в школе. Позже к ним присоединились и девочки. Теперь же мальчики убегают из школ, потому что образование не помогает найти заработок. Или они не получают разрешение на работу в Израиле. Те же, кто трудится в еврейских поселениях, заняты, в основном, уборкой или другой неквалифицированной работой.

Старый спор

На участке земли, подготовленном для новой волны бедуинов из Хан Аль-Ахмара, растёт трава. На одну семью запланировано выделить около 300 кв. м. – меньше, чем досталось переселенцам прошлых лет. Территория для пастбища вообще не предусмотрена.

В ответ на апелляцию адвоката Шломо Лекера, протестовавшего, в том числе, против разрушения экологической школы (построенной из старых автомобильных покрышек), государство ответило, что в начале июня будет завершено строительство школы на 150 учащихся в другом месте. Другими словами, сроки разрушения Хан Аль-Ахмара зависит от завершения строительства школы. Но новая школа ещё не построена.

В бедуинской школе. Фото: Miriam Alster. Flash-90

В ответе на апелляцию также было сказано, что у бедуинов будет возможность обратиться за разрешениями на строительство, и некоторые разрешения уже выданы. Насколько известно газете «Гаарец», просьбы такого рода ещё не были поданы, так как существует проблема, важности которой израильские органы власти пока не осознают. Дело в том, что, хотя жители Хан Аль-Ахмара и принадлежат к клану Джахалин, но относятся к его другому ответвлению – Абу Дахук, тогда как старожилы Аль Джебаля относятся к ответвлению Саламат.

В Джахалине не говорят об этом в открытую, но между двумя ответвлениями существует старый конфликт, который время от времени приводит к кровопролитию. В беседе с корреспондентом газеты «Гаарец» было сказано следующее: «Абу Дахук просто не могут жить рядом с Саламатом». Другими словами, трудно себе представить, что после того, как Гражданская администрация разрушит жилые дома и привезёт их на пустующие готовые участки, жители Хан Аль-Ахмара согласятся остаться в Аль Джабеле возле мусорной свалки поселения Маале-Адумим.

Невозможно объединить две общины в одну «потому, что это не наш выбор», — повторяет Абу Ралия. Получается, что если люди не сами выбирают для себя направление пути и скорость, то в пути возможны катастрофы, социальные катаклизмы, выход из которых потребует серьёзных усилий.

Как чувствуют себя женщины?

Женщины из Хан Аль-Ахмара ходили на рынки в Иерихоне. Женщины с юга, из района Абу-Дис знают рынок в Азарие. Пока Иерусалим не был закрыт для палестинцев, они приезжали и на иерусалимские рынки. Условия жизни были трудными: без водопровода, без электричества и канализации. За водой приходилось далеко идти. Столкновения с армией и расширяющимися еврейскими поселениями. Но, в качестве кормилиц своих семей, женщины пользовались свободой передвижения. Они чувствовали свою важность и нужность семье и общине.

Фото: Yaniv Nadav, Flash-90

В наполовину городском квартале Джахалина нет места для коз и овец. Во всяком случае, не в количествах, нужных для прокорма семей. «Мы покупаем молоко в магазине, — говорит Хинд Абу Ралия. – Можете себе представить: бедуины покупают молоко!» Она, правда, прожила в этом квартале большую часть жизни, но чувствует абсурд ситуации. «Сейчас у женщин есть много свободного времени, — говорит Салайла. – Раньше им приходилось работать. Без жены мужчина не мог полностью обеспечить свою семью. Теперь же женщина большую часть времени проводит дома и заняться ей нечем. Мужья уезжают работать в еврейских поселениях и велят жёнам не выходить. Если женщина нигде не училась, она чувствует себя ещё более запертой и загнанной в собственном доме. Раньше, когда жили в шатрах, женщины выходили и общались между собой. Эта традиция навсегда ушла в прошлое.

Для удобства женщин в домах есть электричество и водопроводная вода. Семьи защищены от стихийных бедствий. Но освобождение от необходимости зарабатывать лишило женщин возможности развиваться и интегрироваться в обществе. «Мы в домах, как в тюрьме!» – сказали бедуинские женщины сотрудникам исследовательского отдела организации «Бимком», которые в прошлом году опубликовали отчёт об отрицательных последствиях для женщин принудительно переселения в Аль Джабель и Арав Аль-Рашейда (расположенный к юго-востоку от Бейт-Лехема). Когда нет иного выхода и приходится выйти на улицу, они надевают никаб – платок, закрывающий большую часть лица. Раньше, когда они жили на просторах, такого обычая не было. Женщины не должны проходить с непокрытыми лицами рядом с домами, где живут люди из других семей. Поэтому, они ходят не напротив окон, а между домами. Через 20 лет после принудительно переселения видно, что социальное положение бедуинских женщин заметно ухудшилось.

В отсутствии работы и острой необходимости, женщины из бедуинского квартала почти не встречаются между собой. Им кажется, что они живут не в общине, а каждая в своём отдельном доме. Запрет на выход из дома отменяется на один день в неделе, когда работает поликлиника организации UNRWA. Поход к врачу или медсестре считается «острой необходимостью». И женщины пользуются свободой передвижения и выходят из домов, даже, если они ничем не больны. В поликлинике они встречаются и болтают о своей жизни. Салайла и её подруги пытаются превратить контейнер в защищённое пространство, где им будет позволено свободно поговорить о жизни в новых, меняющихся условиях.

Оригинал статьи на сайте «Гаарец»

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x