Политика

Митинг на площади Рабина. Фото: Noam Revkin Fenton/Flash90

Поиск лидера

Ганц напоминал собравшимся о том, что и арабские граждане являются интегральной частью израильского общества. То, что в любой демократической стране считается чем-то стандартным, как наличие воды в кране, в Израиле всегда воспринималось и воспринимается, как нечто левацкое, радикальное, безумное. Нельзя не оценить смелость Ганца, осторожно примерившего на себя роль того, кто четверть века назад дорого заплатил за свою отвагу.

Председатель “Аводы” Амир Перец и лидер МЕРЕЦ Ницан Горовиц были крайне раздосадованы тем, что им не позволили выступить на манифестации, посвященной годовщине убийства Ицхака Рабина. Однако их досада напрасна. Целью субботней акции (осознанной или нет) было приведение политического статуса главы “Кахоль Лаван” Бени Ганца в соответствие с тем, каким обладал Рабин, а также стремление запечатлеть в коллективном сознании образ Ганца в качестве нового лидера политического лагеря, представляющего левую публику, собравшуюся на площади. Ту самую публику  — ашкеназскую, секулярную, тель-авивскую,  относяшуюся, в большинстве, к обеспеченным слоям населения. Публику, собирающуюся раз в году на площади в центре Тель-Авива, чтобы выразить гнев и оплакать утрату старого, доброго Израиля, который столь аутентично представлял убитый в 1995 году премьер.

Ганц с честью справился с возложенной на него миссией. Не только потому, что обладает идеальной для этой цели внешностью (высокий, красивый, голубоглазый). Человек, который со старта своей короткой, но чрезвычайно насыщенной, политической карьеры, делал все, чтобы не ассоциироваться с той или иной внятной государственно-политической повесткой, чтобы, не дай бог, не быть заподозренным в “левизне”, не переставая, говорил с трибуны – о мире,  напоминал собравшимся о том, что и арабские граждане являются интегральной частью израильского общества. То, что в любой демократической стране считается чем-то стандартным, как наличие воды в кране, в Израиле всегда воспринималось и воспринимается, как нечто левацкое, радикальное, безумное. По-видимому, Ганц, помня о знаменитой трансформации Рабина (от “ломайте им руки и ноги” — до “солдата армии мира”), предвидел подобное изменение дискурса, касающегося армии и безопасности. В конце концов он тоже был начальником генерального штаба.

В завершение акта желанного воссоединения Ганц повторил знаменитую, исполненную пафоса, фразу Рабина: “Я, посылавший войска в бой, а солдат на смерть, говорю сегодня: “Мы начинаем войну, в которой нет убитых и раненных, нет крови и страданий. Это единственная война, в которой приятно участвовать – война за мир” (чтобы не выглядеть таким уж “леваком”, Ганц добавил “в нашем доме” после слова “мир”).

Photo by Hadas Parush/Flash90

И если кто-то вдруг не уловил политический посыл Ганца,  он получил однозначное подтверждение из уст бывшего руководителя министерства главы правительства в период правления Рабина – Шимона Шевеса. Последний обратился к Ганцу и напрямую сравнил его с Рабиным. Шевес попросил участников манифестации зажечь (вместо свечей) сотовые телефоны. По словам Шевеса, после победы Ганца на выборах, он почувствовал, что ему “вернули страну, которую он потерял в ночь убийства Рабина”.

Ярон Зильберман, режиссер нового фильма об убийстве Ицхака Рабина — “Дни трепета”, фрагменты которого транслировали в ходе манифестации, во время своего выступления выразил протест против подстрекательства и насилия. Однако большая часть его речи была фактически направлена против Биньямина Нетаниягу – не называя конкретного имени, Зильберман не стеснялся в выражениях. Такая риторика пользуется большим спросом у публики.

Ненависть к Нетаниягу является наиболее эффективным средством мобилизации в пользу конкретного политического лагеря, несмотря на то, что все ораторы вновь и вновь призывали граждан к национальному примирению. Из хорошего: в этом году наконец удалось окончательно избавиться от попыток придать подобным манифестациям фальшивый облик “общенационального” мероприятия. Речь идет о политической манифестации поверженного идеологического лагеря, пребывающего в последнее время в несколько приподнятом настроении, поскольку теперь уже ясно всем, что дни главного демона сочтены.

В противовес всяческим победным реляциям и определенным надеждам последнего года – в реальности Ганц так и не стал главой правительства и, по-видимому, уже не станет. На нынешнем этапе пока что рано судить, действительно ли это высокий голубоглазый человек способен возглавить политический лагерь, испытывающий столь острую потребность в лидерстве. Однако нельзя не оценить смелость Ганца, осторожно примерившего на себя роль того, кто четверть века назад дорого заплатил за свою отвагу.

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции

Оригинал на сайте «Гаарец»

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x