Общество

"У меня нет другой страны". Гей-парад в Иерусалиме. Photo By Yonatan Sindel/Flash90

Где-то там шумит парад

Какое право я имею осуждать или отрицать "эпатаж" парадов, не прочувствовав на себе каково это, быть представителем ЛГБТ? Не гламурным, из телевизора, а настоящим, обычным человеком, у которого болит.

Тема ЛГБТ – тема благодарная и плодородная. С какой стороны ни подойди, как ни напиши – свою порцию хайпа огребешь, от тех или от этих.  Естественно, что многие публичные люди, желающие привлечь к себе побольше  внимания используют эту тему.  Знают – реакция случится.

Наткнулась в сети на интервью одной из наших «has been politicswomen», в котором она рассказывает о своем отношении к гей-парадам.  О, думаю, никак вернуться в политику хочет или собирается баллотироваться на муниципальных выборах. Конечно, я не ошиблась…

В прошлом, лет шесть назад политиквумен уже отличалась подобными заявлениями. Мол, геи это не со зла, просто  они все несчастные, травмированные и кончают с собой в возрасте сорока лет. В ответ огребла полное лукошко всего хорошего, а также общественного внимания. Видимо, сейчас решила опять разыграть те же карты.  Не надо задавать мне вопросы о геях, отвечает она на вопрос — как она поступит, окажись один из ее восьми детей геем. Я не хочу этого у себя в доме. Вон где-то там идут парады гордости. Наши дети не должны на них смотреть.  Давайте сохраним семейную ячейку.

Я уверена, она  точно  знает, в кого стрельнут ее высказывания, кто с ней горячо согласится. Возможно, даже поддержит в нужный момент.  Я тоже знаю, кто.

Всего несколько лет назад я сама радостно воскликнула бы: да, все верно! Я была уверена, что парады гордости – это такое издевательство над «нормальным»  населением, что-то вроде  забастовки ультраортодоксов » пацифистов», перекрывших пол страны, пополам со стрип-шоу.

И сыну моему нечего  на это смотреть.  Я не хотела, чтоб он наблюдал голые, танцующие попы напоказ.  Я вообще не люблю эпатаж, в любом его проявлении. При этом  я считала себя ужасно либеральной, вот работаю вместе с представителями ЛГБТ, принимаю их  как нормальных – молодец я.  Ни на одном параде не была, не собиралась даже.

И только потом, выхлебав в жизни свой ушат помоев, повзрослев и поумнев  – я начала переосмысливать некоторые вещи. И свое отношение к ЛГБТ общине в том числе.

Помню,  меня попросили написать о параде гордости. Поскольку я пишу только о том, что знаю точно или о своем личном опыте  – это принципиально – я должна была пойти. И пошла. В первый и последний раз.  Знаете почему в последний?

Потому  что застрелите меня, я больше не пройду такое количество километров пешком, под палящим солнцем.  И никакого экшена, никаких коитусов посреди мостовой. Обычный карнавал, прям обидно. Практически зря приехала.

Помню, впереди меня шла женщина на костылях, с одной ногой. Мы прошли одинаковый отрезок пути. Я, молодая и здоровая, шла и плакала, обливаясь потом и ненавидя все и всех. А она, уже в возрасте, на одной ноге и костылях, бодро и резво шагала впереди меня и смеялась.  Я тогда еще подумала, наверное, ее действительно ведет вперед какая — то очень значимая цель, раз она готова терпеть эту давку и жару. НО женщина не выглядела потерпевшей, она выглядела… Радостной.

А потом та, что была моим гидом на параде, рассказала историю о своем сыне. Он, 16–летний, перед тем  как рассказать маме, что он гей – собрал свои вещи и договорился с друзьями о ночевке. Неизвестно, как мама воспримет, вдруг выгонит, надо же где то спать…

Я вернулась с того парада и долго думала…

Я ушла от мужа, имея  четырехмесячного  ребенка.  Ушла в никуда. Мама все поняла, не осуждала.  Обогрела, откормила. Помогала с ребенком. Совсем близкие друзья поддержали. Были такие, что смеялись, крутили пальцами у виска. Чокнулась, не иначе. Ни одного из наших общих друзей я не видела до сих пор, а прошло почти шесть лет. Зато меня принимает государство, я имею официальный статус, а на мнение бывших друзей мне наплевать.

А теперь представьте на секунду, все то же самое, только я ушла к женщине. И вот вам вполне реальный вариант развития событий: друзей не осталось никаких, государство на меня плюет и говорит, иди, лечись, а родители моментально выставляют извращенку за порог. Только без ребенка, ребенка мне никто не даст – нечего развращать.

За эти годы я  обросла друзьями из ЛГБТ общины. Знаете, обычные люди, все те же проблемы, чем заплатить за электричество летом, как жрать на ночь и не толстеть.

Какое право я имею осуждать или отрицать «эпатаж» парадов, не прочувствовав на себе каково это, быть представителем ЛГБТ? Не гламурным, из телевизора, а настоящим, обычным человеком, которому болит.

Мне повезло, я не знаю, что я должна была бы сделать, чтоб мои родители  выгнали меня на улицу. Убить человека, не иначе. А скольким повезло меньше?

Да, сегодня — это вам не сто лет назад, и здесь вам не тут. В Израиле уже не убивают за нестандартную ориентацию.  Потихоньку привыкают к однополым семьям.  Правда, процесс этот невозможно медленный.

Семейные ячейки это прекрасно и правильно, но сегодня семьи случаются разные. Можно закрыть свой дом от всего этого, игнорировать изменения – никто ни от чего не застрахован. Единственное, к чему это может привести – если действительно, вдруг,  один из детей той самой  политик-леди окажется не таким, как ей бы хотелось, для нее это будет большим шоком.  И большим несчастьем для того ребенка.

Что есть зло? Я тоже мама, тоже хочу уберечь сына от всяких бяк. Но, видимо, мы с  политиклейди  ищем бяку  в разных местах.

Новости в телевизоре,  вот где ужас-то.

На мой взгляд, обсуждение представителей ЛГБТ в матерных выражениях (довелось услышать в парке) и призывы жечь их всех напалмом наносят нежной психике моего сына гораздо больший вред, чем общение с моими друзьями, гей–парой, которых он, кстати, обожает.

Я, естественно, не боюсь, что, общаясь с ними, сын «станет таким же». Гомосексуальность не передается виральным путем, это не вирус. А вот ксенофобия, неприятие другого просто потому, что он не такой, как тебе хочется – это другое дело. Это как раз вирус. Совсем как из сказки про Алису Селезневу – Лиловый шар. Концентрированная бяка.

Парад не бяка. Бяка – ситуация, в которой моя подруга из ЛГБТ-общины вынуждена доказывать в суде свое право быть матерью своему сыну просто потому, что его родила супруга, а они в однополом браке. Бяка, это когда  мои друзья вынуждены говорить всем, что они двоюродные братья, а не пара, иначе им не сдадут квартиру. И пока мы эту бяку не исправим – парадам надо быть. Даже если мне они не нравятся.

Еще я думаю, что, несмотря на всю свободу слова, людям публичным или желающим стать такими лучше все-таки воздержаться от некоторых высказываний. Это Нора может позволить себе выражансы на своей кухне, она частное лицо и никого, в общем-то, не интересует. А человеку, метящему в народные избранцы и выступающему на большую публику, стоит подумать заранее:  что, кому и когда говорить, а что не стоит. Чревато.

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x