Женская территория

Фото: Foundry Co

Насилие над женщиной: проблема без мифов

"Женщина часто зависит от мужчины эмоционально, испытывает любовь и привязанность, она прожила с этим человеком много лет. А когда происходит некий конфликт, что случается в любых отношениях,  мужчина может заставить женщину чувствовать вину. Что думает она: «Это же мой любимый человек, я стояла с ним рядом в белом платье, должна была о нем заботиться, и он должен был – обо мне. И он, в принципе хороший отец. И этот человек меня бьет. Ни за что. Потому что он может себе это позволить.» Это ужасное понимание. Очень трудно, мне кажется, честно признаться в том, что есть проблема и ее надо решать, ведь в таком случае она должна разрушить свою жизнь: расстаться с любимым человеком, лишить детей отца и так далее. Единственное, что я могу сказать точно, что если человек тебя бьет, оскорбляет и унижает – это «красная лампочка». И ты ни в чем не виновата. Нет ничего, что могло бы оправдать жестокость".

Молчание, которое окружало тему насилия над женщинами, было проблемой не только для потерпевших, но и для всего общества. Сегодня есть ощущение, что мы перестали закрывать глаза и делать вид, что проблемы не существует или что это нормально.

В начале декабря состоялось заседание комиссии Кнессета по алие и абсорбции, посвященное проблемам насилия по отношению к женщинам-репатрианткам из стран бывшего СНГ. Этот день завершился огромной демонстрацией на центральной площади Тель-Авива. Большинство на этой демонстрации составляли женщины, но и существенное число мужчин также участвовало в ней. Демонстранты выступали против насилия над женщинами — 25 женщин было убито только в 2018 году, как правило, близкими родственниками или партнерами.

По статистике всемирной организации здравоохранения, каждая третья женщина в мире на протяжении всей жизни подвергается физическому или сексуальному насилию со стороны своего партнёра. При этом до 38 % убийств женщин в мире совершается их интимными партнёрами.

Однако до сих пор существует множество ложных представлений о том, как надо вести себя в таких ситуациях, и о том, что к таким ситуациям приводит. Эти представления либо дискредитируют тех, кто стал жертвой насилия, либо вводят в заблуждение тех, кто руководствуется подобными взглядами, оценивая случившееся.

О ситуации в Израиле, связанной с проблемой физического и сексуального насилия по отношению к женщине, о некоторых психологических аспектах, о правде и мифах  мы поговорили с  Асей Истошиной, которая занимается исследованиями на тему безопасности и защищенности женщин в Израиле.

Ася Истошина – журналистка, телеведущая, активистка феминистского движения. Директор проекта «Индекс безопасности» в организации «Иша ле-Иша».

— Какого рода исследования вы проводите в рамках вашего проекта?

Если говорить о проекте, то дело обстояло так: собрались представители шести женских организаций разных профилей с целью понять, какой проект важен сейчас для самых разных женщин: евреек, арабок, русскоговорящих, инвалидов, женщин гетеросексуальных, лесбиянок, пожилых, молодых и т.д. Мы решили, что это должен быть какой-то индекс, некое исследование, которое говорило бы, что наша безопасность – это не только танки и самолеты. Инициатива эта нужна чтобы понять и поговорить о том, куда мы как государство направляем наши ресурсы. Если мы говорим, что главное – это война, тогда понятно, что мы должны урезать у больниц, школ и убежищ для женщин и купить подводные лодки – с чем мы не согласны. Наша задача узнать, что влияет на наше качество жизни, на наше ощущение безопасности. Мы хотим говорить о здоровье, об образовании, о том, что обеспечит нам защищенность в полном смысле этого слова. Так родился мой проект: «Индекс безопасности женщин», в рамках которого я провожу самые разные исследования, в том числе и на тему физического насилия.

— Исследование — это научный термин. Но наверняка в вашей работе есть и эмоциональные моменты…

Конечно. Кстати, прекрасный вопрос. Таких моментов была масса. Часть моей работы – это цифры, а часть – интервью. До отправления опросников, мы общаемся с женщинами один на один и делаем выводы, о том, что помогает, а что мешает женщинам чувствовать себя безопасно.

Например, мы проводили исследование о чувстве безопасности, связанном с домом. Среди опрашиваемых была женщина, у которой нет своего дома и она настолько бедна, что скитается по домам. Есть некий мужчина, который готов ее принять. Но что значит «готов принять»? Он получит сексуальные услуги за то, что она будет жить в его доме. Конечно, происходит это от безвыходности. Объясняя ситуацию, она сказала: «Вы знаете, мне так хочется, чтобы у меня была пусть очень маленькая квартирка, но я хочу чувствовать, что это свое. Мне хочется быть в ней защищенной. Хочется купить цветы и поставить их на стол.»

Или история, связанная с незаконным строительством. Вы же знаете, что очень сложно получить разрешение на строительство жилья в арабских городах на территории Израиля? Так вот, семью с маленькими детьми, которая построила дом без разрешения, не смогли они его получить или что-то еще произошло, уведомляют о том, что их дом будет разрушен. Они не знали, когда это произойдет, когда приедут, когда попросят уйти. И каждый раз дома, когда дети слышали звук летящего самолета, они спрашивали: «Мама, а вот это летят, чтобы наш дом разрушить?» Такие ситуации цифрами не передать, это жизнь людей, это тот страх, который переживает или сама женщина, или ее семья. Истории могут быть неоднозначны, но в каждой истории есть боль и незащищенность.

Ася Истошина. Фото: Ирина Лутт

— Мне кажется, многие наши читатели не подозревают, насколько бывает проблемным общество, если в нем не существует границ и законов, защищающих девочек и женщин. Давайте поговорим о понятии «феминицид»?

Я боюсь ошибиться в цифрах, но давайте вспомним, например, Индию. В некоторых штатах этой страны, женщин убивают еще до рождения. Если семья узнает, что мать беременна девочкой, то семья предпочитает сделать аборт. Особенно это распространено на севере Индии. По цифрам: на 1000 рожденных мальчиков приходится 850 девочек. Получается, что из 1000 убивают 150 девочек еще до того, как они родились.

«Согласно переписи населения 2011 года, в Индии мужчин было на 37 миллионов больше чем  женщин. Отчасти такой дисбаланс объясняется тем, что женщины беременные девочками часто делают аборт. В Индии рождение девочки часто воспринимается как несчастье.  Несмотря на действующий с 1996 года запрет определять пол ребенка до его рождения, только за последние три десятилетия, по данным Центра изучения глобального здоровья в  Торонто, 12 миллионов женщин прибегли к прерыванию беременности, чтобы не рожать девочек.» [euronews]

«Феминицид или фемицид означает физическое, психологическое, институциональное насилие против женщин просто потому, что они женщины: речь идет о преступлении против человечности. Фемицид — это все виды дискриминации и насилия, имеющие своей целью унизить женщину. Как явление современной цивилизации официально зафиксирован 29 марта 2014 года в резолюции Парламентской Евро‑Латиноамериканской Ассамблеи (EuroLat) на заседании в Афинах — «О феминициде в Европейском сообществе и в Латинской Америке».»  [womenation]

В начале декабря мы встретились с вами в Кнессете на заседании, связанном с темой сексуальных домогательств и физического насилия, в частности по отношению к русскоязычным женщинам в Израиле. Как вы думаете, те структуры, которые были представлены, включая общественные организации, способны влиять на ситуацию?

Давайте посмотрим на положительные примеры. Еще несколько лет назад, если муж бил жену – во многих странах мира это не считалось проблемой, а оценивалось как внутрисемейное дело.Замечательные женщины, смелые и активные, и общественные организации, а за ними вслед и государство поменяли взгляд на эту ситуацию. Сейчас всем понятно, что если женщина переживает физическое насилие – это ненормально. Или, например, история с сексуальными домогательствами на работе. Может ли общество:женщины, мужчины, государство, повлиять на эту проблему? Помните историю, с которой началось использование понятие «сексуальные домогательства»? Это произошло несколько десятков лет назад в США. Некая женщина адвокат работала с известным судьей. Он вел себя сексуально неадекватно и заставил ее чувствовать себя некомфортно. На суде эта смелая женщина Анита Хилл огребла совершенно невероятное количество агрессии, один известный журналист, общественный деятель, назвал ее «блудливой сумасшедшей», ее жизнь была буквально разобрана на кусочки, но на этой волне многие женщины почувствовали, что она описывает истории, которые случались и с ними. Появился сам термин «сексуальное домогательство», и женщины стали об этом говорить, стали добиваться каких-то законов и победили. Сейчас во многих странах есть закон, а в организациях человек, который за это отвечает.  Есть протоколы, где написано – что в пределах, а что превышает норму. Это факт- добиться изменений можно.

— Наблюдая за динамикой ежегодного марша протеста против насилия над женщинами, который также проходил в начале декабря, мне кажется, что с каждым годом он становится обширнее и ощутимее. Так ли это на ваш взгляд?

Мне лично важно, что этот вопрос выносится на повестку дня. Марш может дать два эффекта. Первый: создаются ли какие-то специальные программы, убежища для пострадавших женщин, выделяются ли бюджеты для экономической помощи женщине, ушедшей от насилия мужа. Демонстрации в таком случае не всегда достаточно и надо думать о каких-то еще путях. Но второй эффект от демонстрации – это тот факт, что люди узнают об этой проблеме. Это уже не личная проблема какой-то женщины из соседней деревни, она формулируется как проблема всего общества. К примеру, есть некая женщина, у которой в семье что-то такое происходит, и которая при этом говорит себе: «Может быть, я сама что-то не так делаю, женскую мудрость не проявляю, и если я себя по-другому поведу, то все будет хорошо.» И тут она видит по телевизору похожие ситуации. Есть шанс, что она станет думать, может, дело не в ней, и ей стоит куда-то обратиться за советом. Я надеюсь, что помимо всего прочего марш имеет и такой эффект.

 По статистике в семьях русскоязычных израильтян физическое насилие наблюдается чаще, чем у коренных израильтян. Как вы думаете, может ли меняться ситуация только под влиянием закона или можно говорить об иных аспектах, которые стоит затронуть?

Да, по статистике, среди русскоязычных граждан физическое насилие в семье распространено больше. Вероятно, это влияние суммы факторов, которая включает в себя то, на чем мы выросли: «Бьет – значит, любит» и т.д. И второе: очень большой кризис, который возникает, когда люди эмигрируют. Мы знаем, и мои исследования свидетельствуют об этом: чем больше стресс, тем сложнее себя контролировать. Это не оправдание, а некое объяснение. И женщинам, которые оказались в очень уязвимой ситуации здесь, особенно тем, у которых нет гражданства, сопротивляться и уйти от насилия очень сложно. Конечно, не только закон, это действительно должно быть изменение нормы – чтобы люди не только боялись, а чтобы жили пониманием, что так делать нельзя. И я верю в то, что это возможно. Простите, я сейчас приведу немножко дурацкий пример. В свое время в Израиле люди очень любили рвать цветы. Был такой активист, он был представителем общества  защиты природы. Так вот он нес эту идею в массы и проводил широкую работу, ратуя за то, чтобы люди перестали рвать цветы. И ему удалось. Теперь израильтянин, даже если он приедет в другую страну, где цветов завались, он их рвать не будет, потому что это уже как бы въелось в сознание.

Поэтому я думаю многое можно изменить. Вы напишете статью на эту тему, а потом передача на телевидение выйдет, а потом мужчина, который считает неприемлемым агрессивное поведение другого, скажет ему об этом. И вот так, все вместе объединившись, мы можем добиться снижения уровня насилия.

— Существует мнение, что уровень интеллигентности и социальный статус имеют значение. По статистике, влияют ли эти показатели на случаи насилия в семье?

Я  не могу сказать с уверенностью, есть ли прямая связь,  но мировые исследования говорят о том, что среди всех групп населения существуют случаи насилия. Я лично знаю такие примеры. Мои подруги, успешные и профессиональные женщины были в отношениях, где подвергались физическому насилию. Конечно, есть факты, которые в большей степени могут увеличить риск насилия. Первое – это если женщина зависима в отношениях материально или эмоционально. Например, она понимает, что одна с детьми не выживет экономически и выбирает оставаться с человеком, даже если он ее бьет. Это ни в коем случае не оправдывает жестокости партнера, который пользуется ее уязвимым положением. Второе – это тот факт, что уровень насилия в семье может расти, если женщина более успешна, образована и больше зарабатывает. Самолюбие партнера может быть задето. Как бы то ни было, модель, когда мужчина в паре считает, что он сильнее, выше и т.д. – существует. И это же не то чтобы трудный случай, вполне себе успешная семья, с успешной женщиной.

— Мне кажется, многие женщины не понимают, где начинается проблема, и часто закрывают глаза на какие-то вещи, которые являются «первыми звоночками». Это, конечно, больше психологический вопрос…

Этот вопрос очень тонкий. С одной стороны, хорошо бы обращать внимание. С другой стороны, вопрос: «На ком лежит ответственность?» Если мы говорим, что она должна обращать внимание, получается, что не обратила – так что уж теперь. Сама виновата, что не ушла вовремя, не сказала «нет». С этим я абсолютно не согласна. Потому что если мы фокусируем внимание на пострадавшей, а не на агрессоре, получается он – стихия, он – мужской характер, ударил. А, мол, если бы она  с ним поговорила вовремя, то тогда он бы иначе себя повел, а ушла бы, то ничего бы и не произошло. Так вот: виноват агрессор.

Женщина часто зависит от мужчины эмоционально, испытывает любовь и привязанность, она прожила с этим человеком много лет. А когда происходит некий конфликт, что случается в любых отношениях,  мужчина может заставить женщину чувствовать вину. Что думает она: «Это же мой любимый человек, я стояла с ним рядом в белом платье, должна была о нем заботиться, и он должен был – обо мне. И он, в принципе хороший отец. И этот человек меня бьет. Ни за что. Потому что он может себе это позволить.» Это ужасное понимание. Очень трудно, мне кажется, честно признаться в том, что есть проблема и ее надо решать, ведь в таком случае она должна разрушить свою жизнь: расстаться с любимым человеком, лишить детей отца и так далее.

Единственное, что я могу сказать точно, что если человек тебя бьет, оскорбляет и унижает – это «красная лампочка». И ты ни в чем не виновата. Нет ничего, что могло бы оправдать жестокость.

Что можно делать дальше? Надо обдумать, обсудить с теми, кто может дать совет. Есть разные ситуации: если есть опасность для жизни и здоровья, конечно, надо бежать без оглядки. Иногда, наоборот, не стоит делать резких шагов, надо понять, как можно будет справиться финансово и куда идти. И только потом принимать какие-то решения.

— Мы же говорим не только о физическом насилии. Бывает ведь моральное давление до невозможности сильное. Иногда таким образом доводят до самоубийства.

Да. И тут тоже такой тонкий момент. Здесь не может быть каких-то простых ответов, потому что грань очень и очень тонкая. Действительно, бывает моральное насилие и часто это разрушительно и плохо. Но можно услышать и такое: «Вы знаете, моя жена такой моральный террор мне устроила, что у меня не было выхода, кроме как дать ей пощечину». Многие из нас сталкивались с моральным насилием. Бывают различные его интерпретации. Например, человек всячески контролирует, поджидает где-то, не доверяет и устраивает слежки – все это отравляет жизнь, безусловно. Но сегодня мне важно сказать о том, что если человек тебя ударил, то это неприемлемо, тут проходит граница. И здесь никаких интерпретаций нет.

— Есть еще такой часто обсуждаемый в прессе момент, когда говорят о засилии ложных жалоб в полицию. Насколько эта ситуация правдива, может быть, вам известно?

В этой ситуации есть аспект психологический и есть просто факты. Давайте начнем с  психологического. Мне кажется, что многие мужчины чувствуют, некоторую личную угрозу. Например, они боятся, что им скажут: «А вот двадцать лет назад ты принудил меня к сексу или поднял на меня руку.» Кто-то оправдано боится, а кто-то, действительно, переживает, что его в этом обвинят. Такие случаи есть, но их очень мало.

Что до статистики, если я не ошибаюсь, то порядка 2000 человек сидят по обвинению в насилии. Если мы читаем, что примерно 10% женщин подвергались насилию, то это почти миллион женщин. О чем говорят эти цифры? Те, кто испытывают насилие, как правило, не жалуются или потом отзывают свои жалобы. Часто дело закрывается, не дойдя до суда. Если доходит до суда, обвиняемого не осуждают. Если осуждают, то он не сидит, а отправляется на общественные работы. Важно здесь понять, что домашнее насилие, как правило, происходит один на один, никто этого не видит. Это темная сторона и для мужчин, которые боятся, что их могут оклеветать, и для женщин, потому что очень трудно что-то доказать. И если в случае физического насилия жертва может показать свои синяки, то в случае сексуального – всегда можно сказать, что это было по взаимному согласию.

Вероятно, в таких ситуациях необходимы какие-то другие специальные суды или другие более функциональные механизмы.

«По данным Центра исследований и информации Кнессета за 2017 год, только 14 процентов поданных заявлений получили дальнейший ход в следственных органах. Половина из убитых мужьями женщин обращались в полицию, но это не смогло предотвратить их гибель.» [israelinfo]

Что делать женщине, которая не в силах больше терпеть?

Одна из задач группы «Лига русскоязычных феминисток», которую мы создали – заниматься распространением информации о правах и возможностях для русскоязычных женщин. Это касается всего: беременность, пенсия, развод, сексуальное насилие, свадьба вне раввината и многое другое. Если речь идет о несовершеннолетних, лучше всего обратиться к школьному психологу или советнику (йоэцет). Если мы говорим о взрослых людях, то есть фейсбук-группы, где можно задать вопрос и получить немедленный ответ. Или попросить подругу, чтобы за тебя спросила. Есть специальные центры помощи пострадавшим от насилия. Например, на юге страны есть центр «Маслан», который возглавляет наша соратница Лиза Николайчук. Она давно и много работает именно с русскоязычными женщинами: переводит материалы, выступает в СМИ, создает группы помощи и т.д. Можно к ним позвонить и просто попросить совета, что делать в конкретной ситуации. Опытные достойные женщины вам готовы помочь, что важно – на русском языке. Такие центры существуют по всей стране.

— Что бы вы хотели посоветовать нашим женщинам? Как быть более уверенной в себе, как не оглядываться и идти своей дорогой и как обезопасить этот свой путь?

Вы знаете, я не думаю, что имею право давать советы, как минимум, в силу того, что я себя чувствую в безопасности, и мне не приходится сталкиваться с физическим насилием. Люди оказываются в очень сложных ситуациях, и мы часто не понимаем и не видим этих ситуаций со стороны. Я могу сказать лишь одно: мы не виноваты, мы делаем то, что мы можем в жизни и в отношениях, где мы справляемся самым лучшим образом, которым мы можем. Я просто надеюсь, что каждая из нас сможет найти в себе силы, и найти людей, которые ее поддержат в трудной ситуации. Я очень верю в поддержку между женщинами, да и мужчины часто поддерживают женщин в таких ситуациях. Конечно, я надеюсь, что пройдет время, изменятся нормы общества, и мы все сможем жить и чувствовать себя в безопасности.

 

Адреса, по которым женщины могут обратиться за помощью:
Телефон доверия —  1202 
Телефон экстренной службы ВИЦО — 1-800-393-904
Телефон общественной организации No2Violence — 1-800-353-300
https://no2violence.co.il/
Центр «Маслан» — 086421313
http://www.maslan.org.il/
Центры предотвращения семейного насилия в министерстве социального обеспечения:
http://www.molsa.gov.il/Populations/Distress/FamilyViolence/Pages/TM_02_02_A01.aspx
Телефоны экстренной помощи для избиваемых женщин:
http://www.macom.org.il/topic/violence/
Сообщество  «Женский дух»
http://www.ruach-nashit.org.il/contact-us
Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x