Женская территория

Кадр из сериала " Рассказ служанки"

Когда "Рассказ служанки" становится былью

Сейчас евангелисты составляют основную группу поддержки республиканской партии. Для многих евангилистов запрет на аборты является фундаментом их мировоззрения, и законы о запрете на аборты, принимаемые сейчас в том, или ином виде преимущественно южными штатами - прежде всего отражают стремление выслужиться перед своими избирателями.

Из самых глубин своего социалистического детства я ненавижу доброту и добродетель за чужой счёт. “ Если хочешь изменить этот мир к лучшему,  то делай, пожалуйста, это собственными силами, не вовлекая насильно в свои   благотворительные прОжекты других” — такая логика капиталистического свободного мира всегда казалась мне  само собой разумеющейся и естественной.

Заставляя женщину вынашивать и выращивать внепланового ребенка — например, плода, возникшего в ее теле в результате изнасилования или инцеста, республиканская партия нарушает провозглашаемые этой партией святыми понятия человеческой свободы выбора и базовые права независимого индивида в отношениях с обществом. Республиканская партия, или какая-то ее часть, значительная настолько, что ее влияние позволяет определять законодательства южных штатов,  стремится насильственным путями заставить женщину носить, рожать и выращивать  ребенка, зачатого в результате насильственных действий, во многом определяя тем самым за нее ее будущую жизнь. При этом отстаивающие подобную точку зрения республиканцы, ссылаются на религию, объявляя изнасилование частью Божественного плана (!), не объясняя никому, почему частью Божественного плана должно считаться именно изнасилование, а не аборт.

Я — не эксперт по вопросам религии и нравственности, однако я считаю своим святым человеческим правом поставить под сомнение духовность любого учителя или религиозного лидера, построенную на «доброте и благотворительности» за чужой счет. Я также не думаю, что подобная логика могла была быть изначально заложена в основу какой-либо из великих мировых духовных учений. Как человек, уважающий свою и чужую религиозные традиции и большую часть своей жизни достаточно регулярно посещавший синагогу, я прото не верю в то, что великий учитель Йешу из Назарета призывал людей отнять что-то от одних людей и отдать другим, а, тем более, определять на годы вперед судьбу невинного человека.

Независимо от того, как мы решаем вопрос “является ли эмбрион или плод человеком?” и на каком этапе его существование начинает представлять такую же абсолютную ценность, как и жизнь человека, проблема запрета любых абортов в том виде, в котором она воплощена в законе, недавно принятом штатом Алабама США, имеет множество социальных аспектов, и все они далеко не позитивны для общества, а уж что, но эту проблему в США изучали достаточно основательно.

Согласно исследованиям, запрет на аборты приводит к последующему росту  преступности, когда подрастает спасенное поколение нежеланных детей.  Американцы всегда очень беспокоились о генофонде нации, тестируя интеллектуальное развитие потенциальных иммигрантов и оправдывая подобной необходимостью расовую сегрегацию. Но главное — подобный подход травмирует женщину, заставляя ее заботиться о ребенке, которого ее никто не может заставить любить, принося при этом в общество боль и страдание. Наконец, мы ничего не можем сделать с тем фактом, что подобная мера всегда будет восприниматься, как вопиющая несправедливость, по крайней мере значительной частью общества, порождая тем самым недоверие к закону и общественному устройству в целом.

Почему, в конце концов, забота о существовании эмбриона должна быть приоритетна по отношению к здоровью женщины — его матери, ведь закон Алабамы не делает исключение даже на тот случай, если ее здоровью угрожает опасность?

Что же заставляет представителей республиканской партии идти в даном случае против фундаментальных исследований, логики и здравого смысла?  Ответ на это стоит искать в самих основах американской двухпартийной политической системы. Немногие иностранцы знают тот факт, что демократическая партия вообще-то образовывалась, как защитница интересов плантаторов Юга, а вот республиканцы под руководством Абрахама Линкольна возглавили борьбу за отмену рабства. Я не буду сейчас уделять внимание вопросу при каких обстоятельствах и каким образом партии совершили рокировку. Суть заключается в том, что для американской двухпартийной демократии идеология третьестепенна, а важна, прежде всего победа на выборах.  Происходит не борьба идеологий, а борьба за политически значимые группы населения, а уже идеология подгоняется под взгляды и интересы этих групп.

Идеологические коррективы производятся партиями регулярно. Например, демократами — раз в два года. Таким образом, если бы сейчас в США прилетели и получили гражданство сто миллионов инопланетян, то одна из партий взяла бы их под собственное крыло, скорректировав свою политическую платформу с учетом их интересов. Если одна из партий начинает критически терять влияние, и, образно говоря, ее акции дешевеют, то именно в нее начинают вкладывать деньги, готовя таким образом будущую балансировку ситуации.  Сам по себе такой принцип устройства политической машины не хорош и не плох — просто система так работает, в отличие от многих других демократий мира. (Ведь, например, популярные в свое время в разных странах коммунисты и анархисты не меняли идеологии только для того, чтобы оставаться на плаву, а просто уходили с политической сцены).

Когда, после победы на выборах 1932-го года демократа Франклина Делано Рузвельта, считающегося наряду с Вашингтоном и Линкольном величайшим политиком страны, республиканская партия в течении почти сорока лет не знала серьезных политических побед, руководство решило привлечь на свою сторону христиан-евангелистов, до этого не отдававших предпочтение ни одной из партий и не принимавших активного участия в политике. Ради политизации религии в 70-е годы было создано общественное движение Моральное Большинство (Moral Majority), ознаменовавшее свое существование многочисленными скандалами, но выполнившее свою задачу привлечения на сторону республиканцев христианских фундаменталистов. Сейчас евангелисты составляют основную группу поддержки республиканской партии, для многих из которых запрет на аборты является фундаментом их мировоззрения, и законы о запрете на аборты, принимаемые сейчас в том, или ином виде преимущественно южными штатами — прежде всего отражают стремление выслужиться перед своими избирателями.

Справедливости ради надо сказать, что подобные радикальные юридические решения правительств южных штатов одобряются далеко не всеми республиканцами. Некоторых партийных лидеров они откровенно пугают. Однако, с приходом к власти Дональда Трампа, партия сделало своим лицом радикальное движение АльтРайт.

Из США специально для РеЛевант

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x