Еврейский мир

Убить дракона

картина Франческо Хайеса, 1867 год

Девятого Ава (5 Августа 2014 по Григорианскому календарю) мы отмечаем постом и молитвой траурную годовщину падения Первого и Второго Храма. Вот как описывает события, предшествовавшие падению Второго храма Вавилонский Талмуд. «Вышел Рабби Йохана бен Закай посмотреть, что делается на рынке. Увидел он жителей Иерусалима, которые варят солому и пьют отвар. Сказал он: Могут ли люди, которые варят солому и пьют отвар, противостоять войску Веспасиана? Нет у меня иного выхода, как уйти из города.

Аба Сикра бен Батиях был вождём иерусалимских бунтарей. Он был сыном сестры Рабби Йоханана бен Закая. Послал к нему Рабби Йоханан и предложил тайную встречу. Сказал ему Рабби Йоханан: доколе вы будете так себя вести и морить народ голодом? Тот ответил: а что мне поделать? Если я им скажу хоть слово, они меня убьют. Сказал ему Рабби Йохана: покажи мне способ выбраться отсюда, возможно, я найду какое-то спасение. Сказал ему Аба Сикра: мы договорились между собой, что ни один человек не выйдет за стены города, пока он жив. Сказал ему Рабби Йоханан: вынесите меня под видом мёртвого. Сказал ему бен Батиях: притворись, что ты болен, люди придут тебя навестить, а ты положи рядом что-то, весьма воняющее, и все скажут: «умер Рабби Йоханан». И пусть несут твой гроб только твои ученики, а не посторонние люди, чтобы никто не почувствовал, как он лёгок, ведь живой человек легче мёртвого. /…/

И несли его, пока не пришли к Веспасиану. Открыли гроб, и предстал он [Рабби Йоханан] перед ним [перед Веспасианом]. Сказал ему: мир тебе, царь! Ответил ему Веспасиан: дважды ты заслужил смертную казнь.  Во-первых, величаешь меня царским титулом, а я не царь. Во-вторых, если я – царь, почему же ты до сих пор ко мне не являлся? Ответил ему Рабби Йоханан: в отношении того, что ты сказал, «не царь я»,так, на самом деле, ты – царь, ибо если бы ты не был царём, не сдался бы тебе Иерусалим, как сказано: «И Леван [кедр] падёт от сильного» (Йешаяху, 10:34). А нет сильного, кроме царя. В отношении того, что я не являлся к тебе, так бунтовщики, что среди нас, не позволяли мне. Сказал ему Веспасиан: представь сосуд с мёдом, и вокруг него обвился дракон. Неужели же не стоит разбить сосуд, чтобы убить дракона? Промолчал Рабби Йоханан./…/ (Гитин, 55-56).

Флавий Веспасиан, Капитолийский музей
фото Андрей Бадли

В этой аггаде мы слышим два диалога, не всегда достоверных исторически, но на редкость убедительных с точки зрения психологии, явных и скрытых мотивов поведения главных персонажей. Единственный названный по имени вождь бунтарей – несомненно, фигура собирательная. Едва ли реально существовал человек с таким именем Аба Сикра. Йосиф Флавий его не упоминает, да и само имя – явно значащее, притчевое: Аба — Отец (Патриарх) сикариев. Как известно, именно этим греческим словом называла себя самая крайняя фракция бунтарей. Его близкая семейная связь с Рабби Йохананом это намёк на то, что властная элита в ту пору была герметически замкнутой кастой, и надо было родиться в ней, чтобы достигнуть заметного положения. И сикарии, крайние непримиримые бунтовщики-патриоты, и «шаломахшавник» — Бен Закай, понимавший неизбежность падения Иерусалима и пытавшийся спасти, что можно, были связаны давними семейными узами, и продолжали тайно встречаться и трезво обсуждать положение даже среди кровавого разгула, царившего в Иерусалиме в последние дни осады. Смею полагать, что такие негласные контакты имеют место и сегодня между представителями противоположных политических лагерей. Оставшись один на один со своим главным оппонентом, Аба Сикра сразу забывает всю публичную демагогию и начинает рассуждать вполне реалистично. Похоже, вся трагическая нелепость ситуации ясна ему не хуже, чем собеседнику, но он уже «оседлал тигра», и в ту секунду, когда он с него слезет, тигр неизбежно его разорвёт. Самые низкие инстинкты толпы уже разбужены, и всякая попытка их обуздать только обратит гнев сикариев против их вчерашнего кумира. И эта ситуация нам, в сегодняшнем Израиле, хорошо знакома. Единственное, что в состоянии сделать Аба Сикра, это помочь тайному бегству своего идеологического противника, в надежде, что тот сможет как-то умилостивить всесильного римского Кесаря. Такое отношение вождя сикариев к тогдашнему «Шалом Ахшав» стоит, по-моему, внимательно обдумать и нынешнему правительству Израиля.

Ещё интереснее второй диалог — между бен Закаем и Веспасианом. Похоже, что и Веспасиан вовсе не «жаждет крови», но логика кровавого абсурда и в этом случае оказывается сильнее желания человека, даже облелённого царским саном. С самого начала он чувствует интерес и некоторую симпатию к этому странному старику, который, рискуя жизнью, выбрался из осаждённого города, чтобы предсказать полководцу царскую корону. Веспасиан говорит с досадой: если ты такой умный, если ты всё знаешь и предвидишь, то где ты был раньше?! Эти слова «где ты был раньше» относятся, разумеется, не только к судьбе самого Йоханана Бен Закая,но и к судьбе осаждённого города. Притча про сосуд с мёдом и дракона, обвившегося вокруг него, ясно показывает, что и для Веспасиана Иерусалим –это драгоценный сосуд, который, по-хорошему, надо было бы сохранить. И притча-то совсем детская, и ответ у Йоханана Бен Закая должен, вроде, сразу сорваться с уст: сними дракона, отдели его от сосуда, и делай с драконом, что хочешь, а сосуд не трогай. Но рабби Йоханан этих простых слов не произносит. Златоуст и мудрец, уверенно парировшаший до этого момента все аргументы своего всесильного собеседника, вдруг неожиданно замолкает…. Похоже, обоим было слишком ясно, что в реальной ситуации дракон намертво вцепился в свою добычу, и поразить его можно только разбив драгоценный сосуд. Кстати, дракон — это совсем не библейское и не талмудическое чудовище фигурирует во всём корпусе талмудической литературы считанное число раз, в том числе именно в этой агаде. Похоже, что не нашли наши мудрецы иного образа, чтобы выразить весь свой ужас перед теми силами, которые овладели Иерусалимом в последние дни перед его падением.

Как известно, Второй Храм был разрушен в наказание за беспричинную ненависть, а восстановлен Храм будет в награду за беспричинную любовь. Именно об этом и стоит нам всем вспомнить в траурный день 9 Ава. Будем надеяться, что в наши дни ситуация ещё не настолько безнадёжна, что дракон не настолько плотно обвился вокруг драгоценного сосуда, и что есть ещё у нас силы поразить его, не повредив сам сосуд…

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x