Политика

Другие — это Мы

Конфликт. Ксенофобия.Ад - это другие

Давид Эйдельман

«Гарсэн. Так вот он какой, ад! Никогда бы не подумал… Помните: сера, решетки, жаровня… Чепуха все это. На кой черт жаровня: ад — это Другие».

Жан-Поль Сартр «За закрытыми дверями»

На прошлой неделе в Кнессете состоялась конференция лобби против расовой дискриминации и ксенофобии. Эту парламентскую структуру создали в прошлом Кнессете депутаты Афу Агбария и Шломо Мула, для борьбы со всеми межобщинными проявлениями нетерпимости в нашей стране.

Конференция получилась интересной. Были представлены доклады, касающиеся ксенофобии в отношении разных общин. Депутат Шимон Соломон, заменивший Шломо Мулу на посту председателя лобби заявил, что ксенофобия в нынешнем Израиле выглядит прежде всего историческим беспамятством. «Задумайтесь о том, как евреи тысячелетиями страдали от проявления юдофобии. Вспоминая об этом, мы можем спросить себя: как же случилось, что именно сегодня в Государстве Израиль существует ксенофобия? Как же произошло, что в победившем еврейском государстве царят предубеждения?».

 Устроители мероприятия обратили внимание собравшихся на то, что сегодня наблюдается подъем агрессивного национализма во всем мире. Разве можно было себе представить, что националистические всплески, которые происходят сегодня в Восточной Европе будут твориться в ХХI столетии?!

Шимон Соломон говорил о том, что ксенофобия — это заразная болезнь, которая легко передается. Вспомните, что агрессивный антисемитизм вначале проявил себя не в Германии, а во Франции. Во времена Дела Дрейфуса. И тогдашний всплеск ксенофобии был не только антиеврейским, но и антинемецким. Евреев обвиняли в пособничестве немцам. Французские националисты были уверенны, что евреи и немцы всегда за одно.

По словам Шимона Соломона, именно исходя из нашего трагического опыта, мы не можем равнодушно смотреть на растущие проявления расизма, национализма, ксенофобии — ни в других странах, ни по отношению ни к одной из общин Израиля.

Ксенофобия на сегодняшний день может проявляться в адрес самых разных групп населения. И рецептом в борьбе с этой заразной болезнью может быть только нулевая терпимость к проявлениям ксенофобии, искоренение языка ненависти.

В 30-х года прошлого века негритянский писатель Ричард Райт сказал: «В Соединенных Штатах нет проблемы негров, там есть только проблема белых». Ксенофобия это не проблема меньшинств. Это проблема всего общества.

«Я говорю о том, что борьба с проявлениями ксенофобии — это не только дело пострадавших от нее. Это дело всего общество. Все общество любой страны мира должно, занимаясь борьбой с этой болезнью, заниматься самоисправлением, исправлением мира» — сказал Шимон Соломон.

Ксенофобия в Израиле

Арабский правозащитник Нидаль Отман говорил о том, что в обществе, где всегда царит социальная солидарность, потому что все участвуют в общем деле, для ксенофобии не нашлось бы места. Он представил данные опроса, согласно которому 95% израильтян считают, что ксенофобия в стране есть, и от неё страдает, как минимум, одна группа населения.
Хотя репатрианты из Эфиопии составляют в Израиле относительно небольшое меньшинство, 79% респондентов считают жертвами израильского расизма именно их. 68% полагают, что от ксенофобии в Израиле страдают арабы, 41.8% отмечают дискриминацию «харедим». 34,1% опрошенных ощущают ксенофобию, направленный против «восточных» евреев. 34,8% — против репатриантов из бывшего СССР.

Всего 4,4% опрошенных заявили, что с их точки зрения такое явление, как расовая дискриминация, в Израиле отсутствует полностью. На вопрос, какой метод борьбы с ксенофобии был бы наиболее эффективным, 50% опрошенных заявили, что наилучший способ борьбы – это разъяснительная работа. 58,4% считают, что Министерство просвещения должно играть в этом вопросе наиболее значительную роль, 21,5% — что это обязанность канцелярии премьер-министра, 8,5% выбрали ответ — Министерство социального обеспечения, 6,4% возложили эту обязанность на Министерство внутренней безопасности.

Только 20% полагают, что главным орудием этой борьбы должно быть законодательство — такое, как корректирующая дискриминация или ужесточение санкций за расистское подстрекательство.


Лишь 10,3% опрошенных считают, что правительство делает достаточно для того, чтобы сократить различия между разными слоями общества. 70,2% полагают, что правительство делает недостаточно, а 19,5% думают, что правительство, наоборот, поддерживает расовую дискриминацию. Такого же мнения придерживались многие собравшиеся на эту конференцию. Многие выступавшие говорили, что ксенофобия — это предохранительный клапан для власть имущих. Поощряя ксенофобию, власти подменяют опасную для неё социальную энергию на безопасную ненависть к отдельным группам людей.

Другой — это Я

Центральный доклад на конференции делал профессор Габи Соломон. Он говорил, что внутренние раздоры в израильском обществе — угрожают нашей стране больше, чем любая внешняя опасность.

«Когда несколько лет назад, я вместе с профессором Мухамедом Исауи, представил доклад нашей комиссии о проблемах межобщинной розни, то во время обсуждения с руководством Минпроса, я сказал, что ксенофобия угрожает всему израильскому обществу. Один из руководителей Министерства образования посмотрел на меня и сказал: «Это не угрожает всему обществу. Это угрожает только меньшинствам. Только другим. О чем Вы говорите?! И я вдруг понял, что с точки зрения руководителей Минпроса «другие» — не являются частью израильского общества».

Профессор Габи Соломон уверен, что израильское общество не может позволить себе такой наивности. В обществе, где царит ксенофобия, все рискуют стать её жертвами. Надо быть уж совсем слепыми, чтобы не видеть: израильское общество состоит из Других. По мнению Габи Соломона можно выделить три основных источника ксенофобии:

1) НЕНАВИСТЬ. Ненависть — которая сама ищет причину, но может быть и беспричинной. Чаще всего, устойчивая ненависть к определенной группе людей, это вообще не рациональная позиция, а страсть. Лишь пристрастность сильного чувства способна мгновенно дать нерациональную категоричную уверенность, оправдывающую ненависть. Лишь страсть способна сковать рассудок и оградить от восприятия, которое базируется на фактах и логике. Ненависть существует. И не надо думать, что она существует только против кого-то, только против каких-либо негров или арабов. Она может быть и ненавистью к ашкеназским евреям, со стороны неашкеназов…

2) СТРАХ. Страх перед тем, кто не похож на тебя. Страх перед инаковостью. Страх перед другим цветом кожи. Страх перед другой религией. Ксенофобия — это свободный и тотальный выбор самого себя, диктуемый страхом перед другими. Это боязливая предвзятость, диктующая мировоззрение. Это тотальный подход, который диктуется страхом. Не только к ненавидимым, но и вообще — к людям, к истории и к обществу. Страх часто предшествует поводам, которые могли бы его вызвать. Это первородный страх — укрывающий личность в толпе, а собственное сознание в коллективных стереотипах.

3) АГРЕССИЯ. Агрессия, которая накапливается в людях. Она есть в любом из нас. И каждый из нас выплескивает её по-своему. На репатриантку сидящую за кассой в супермаркете, на араба таксиста, на «эфиопку», которая моет полы в учреждении… Ксенофобия — дает повод для выброса накопившейся агрессии. По мнению Габи Соломона, которое разделяли многие другие участники конференции, самое страшное — это то, что ксенофобия стала легитимной в израильском обществе. На ней пытаются делать политику, имидж, идеологию, электоральный капитал.

Глядя на опыт стран, которым удалось успешно бороться с расизмом (например, США) можно сказать: чтобы победить ксенофобию нужны целенаправленные усилия всего общества. Прежде всего, правительственных ведомств.

Одним из членов комиссии Габи Соломона был раввин Шай Перон, который ныне возглавляет образовательное ведомство. И одним из первых проектов, которые внедрил новый министр — программа «Другой — это Я».

«Я отказываюсь считать это мнением…»

Вернувшись домой я взялся перечитать автора, сказавшего «Ад — это Другие», которого часто цитировали на этой конференции, не всегда осознавая, что пользуются понятийным аппаратом из его работ.

У французского философа Жана-Поля Сартра есть интересные «Размышления о еврейском вопросе». Их стоит прочесть и для понимания природы антисемитизма и любой другой ксенофобии. Заметки эти написаны Сартром в 1944 году. Один из вопросов, поднимаемых в этой работе Сартром — вопрос о свободе мнений. Допустим, если человек придерживается того мнения, что несчастья страны и его собственные несчастья полностью или частично объясняются присутствием в обществе какого-либо меньшинства, если он предлагает исправить такое положение, и для этого лишить это меньшинство тех или иных гражданских прав, или отстранить его от выполнения определенных экономических и социальных функций, или выслать его представителей с той или иной территории, или уничтожить их всех…Если он придерживается такого мнения?! Но ведь это всего- лишь мнение.

«Мнение» — это слово заставляет задуматься… Именно его употребляет хозяйка дома, прекращая спор, который грозит обостриться. Это слово предполагает, что все точки зрения равноправны, оно успокаивает и придает мыслям безобидный вид, уподобляя их вкусам. Любые вкусы возможны и естественны, любые мнения допустимы: о вкусах, цветах и мнениях не спорят. И вот, во имя демократических принципов и свободы мнений, ксенофоб требует признать его право говорить на языке ненависти, провозглашать крестовый поход, оскорблять, заниматься подстрекательством, провоцировать.

Кроме того, человек, высказывающий подобное мнение, может ведь казаться в остальном не плохим человеком. Может быть хорошим мужем и отцом, ревностным гражданином, высокоэрудированным, не чуждым филантропии, может любить рыбалку и охоту… И в то же время — ненавидеть определенную группу населения. Ну, если он их не любит, говорят нам, значит, он на своем опыте убедился, что они плохие, значит, статистика убедила его, что они опасны, значит, определенные исторические факты повлияли на его умонастроения. Ксенофобия представляется одновременно и субъективным вкусом, который входит в соединение с другими вкусами, формируя личность субъекта, и неким надличностным социальным феноменом, который можно выразить в цифрах и представить статистически, с учетом изменений экономических, исторических и политических констант.

Но такое отношение к мнению ксенофоба — опасно. «Я отказываюсь назвать мнением доктрину, которая явно направлена против определенных людей и призвана обосновать ликвидацию их прав или их уничтожение» — пишет Сартр. Ксенофобия — не относится к разряду идей, подпадающих под защиту права на свободу мнений.

Сартр пишет: «Я десятки раз спрашивал людей, каковы причины их антисемитизма. Большинство ограничилось перечислением пороков, традиционно приписываемых евреям. «Я их ненавижу, потому что они корыстолюбцы, интриганы, зануды, прилипчивые, бестактные и т. д.» — «Но вы, по крайней мере, знакомы с некоторыми из них?» — «Что вы, упаси бог!»»…

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x