Арт-политика

Кадр из фильма " Ни здесь, ни там"

Три палестинские девушки в сердце Тель-Авива

Хотя эти свободные палестинские девушки живут в самом сердце Тель-Авива, их жизнь “застряла между двумя полюсами – они ни здесь, ни там. Но они, как и сам фильм, мчатся вперед практически без оглядки”, - поясняет режиссер картины, уже вызвавшей много споров в Израиле. Бешеный ритм фильма отражает черты характера персонажей, и то, как их свободной и беспокойной жизни постоянно угрожает традиционное давление со стороны семьи и окружения.

Мне удалось посмотреть  «Ни здесь, ни там» дважды. Оба раза моя реакция на дебютный  фильм Мэйсалаун Хамуд заставила  меня схватиться  за сигарету – сначала, чтобы успокоить нервы, потом – чтобы справиться с глубокой грустью.

 Фильм показывает очень мрачную и, к сожалению, очень реальную картину жизни палестинских женщин в Израиле. И хотя это не отражает полностью мою жизнь, фильм давит на очень чувствительные точки – показывая, что со мной произошло и что может произойти потенциально, а я стараюь этого не замечать.

Персонажи, диалоги и события взяты из собственного опыта Хамуд и ее необычной жизни, жизни палестинки из галилейского города Дейр-Ханна, которая переехала в Яффо. В фильме повествуется о трех молодых палестинских женщин – Лейле, Сальме и Нур – которые живут вместе в съемной квартире в центре Тель-Авива. Каждая находится в своих отношениях  с консервативным прошлым и свободным настоящим.

Сейчас не так сложно  увидеть арабские фильмы о женщинах, которые курят, пьют и принимают нароктики и втянуты в сексуальные и романтические отношения… Но Хамуд показывает их  очень позитивно, без осуждения, и это отражает ее взгляд на мир. 

 Хамуд говорит, что она хотела “сделать фильм не только для всех, но и для тех, кто хочет бросить вызов системе. Я почувствовала что пришло время поднять голос и обрушить существующий порядок”. Это также включает желание освободиться от уз шовинизма в обществе  и мужского давления, от давящих традиций и социальных кодов.

 Хотя эти свободные палестинские женщины живут в самом сердце Тель-Авива, их жизнь “застряла между двумя полюсами – они ни здесь, ни там. Но они, как и сам фильм, мчатся вперед практически без оглядки”, — поясняет Хамуд. Бешеный ритм фильма отражает черты характера персонажей, и то, как их свободной и беспокойной жизни постоянно угрожает традиционное давление со стороны семьи и окружения.                                                                          

Типичные проблемы, с которыми сталкиваются многие молодые люди сегодня, не решаются главными героями фильма, но заводят в тупик: палестинские женщины, которые хотят вести свободную жизнь в Израиле, всегда будут аутсайдерами — и дома, откуда они прибыли, и в Тель-Авиве. В этом смысле, женщины в фильме на самом деле не ищут себя. Они уже нашли свою идентичность, однако есть мир, который не заинтересован в принятии их такими, как они есть.

Но это не просто фильм, который вписывается в клише – палестинцы в поисках себя. Он про новое поколение сильных женщин, которые готовы бороться за свой образ жизни.

Хотя фильм – это не моя история – в отличие от главных героев, я не живу в «палестинском пузыре» в Тель-Авиве, редко встречаюсь с другими арабами, и вообще стараюсь избегать прнадлежности к определенной общности или народу – фильм напомнил мне, что даже в моей западной жизни три часа дороги отделяют меня от места моего рождения, и я — часть этой войны на выживание.

Хотя я уже пересекла мост, люди все равно будут поднимать бровь на тот факт, что я не замужем, арабские мужчины будут смотреть на меня косо, и я никогда не буду в состоянии поделиться личными подробности о своей жизни с моими родителями, потому что эти признания  они не примут.

За все смелые решения, которые принимают  Лейла, Сальма и Нур – а также я и многие другие – мы платим высокую цену: понятие Родина становится расплывчатым. Понятия нашей принадлежности,  идентичности – разрушаются. И каждый день мы вынуждены выбирать: продолжать борьбу или нет.

Также важно понимать значение того факта, что фильм сконцентрирован на женщинах. Ведь мы вдвойне угнетенные: мы и палестинцы, а значит подвержены дискриминации; и мы- женщины, живущие в патриархальном обществе, где мужчины, страдающие о израильской гегемонии, должны  доминировать для того, чтобы восстановить свою мужественность.

“Ни здесь, ни там” уникален, утверждая  то, во что я всегда верила: палестинские женщины будут на один шаг впереди мужчин на пути к освобождению, потому что вдвойне угнетенная женщина будет делать все возможное для того, чтобы достичь своей свободы.

Как говорит Хамуд, жизнь состоит из оттенков, она не черно-белая.  И кризис – это начало чего-то, а не только препятствие на пути.

Она говорит о том, что ее герои стоят на разных перекрестках, но это не мешает им идти вепред.“Я живу в обществе, которое существует в глубоком кризисе. Мое кино- метафора жизни, где для этих женщин нет места. Таких героинь не существует в израильском к инематографе»,- добавляет она.

 Несмотря на неоднозначность финала, я смогла сделать достаточно оптимистичный вывод. Хотя положение женщин в обществе – не просто, а их путь долог и извилист, единственный путь сохранить независимоть – поддержка сестер. Женская солидарность и поддержка – рецепт подлинного освобождения. А без этого мы пропадем.

 Оригинал статьи на сайте «Гаарец»

 *Мнение авторов могут не совпадать с мнением редакции

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x