Конфликт

Разделительная стена. Фото: Sebi Berens, Flash-90

Израильтяне должны расстаться с мечтой?

«Большинство правых израильтян хотят остаться на Западном берегу в целях безопасности. Речь не о священной земле, а о небезопасном Ближнем Востоке. Большинство левых израильтян хотят прекратить оккупацию не из-за мира, который просто часть их идентичности, а из-за безопасности. Для обеспечения нашего большинства”.

Как ни странно, самая популярная книга сегодня в Израиле – не криминальный триллер и не любовный роман. Это книга на политическую тему, написанная  профессором, преподающим в университете  философию средневековья. И она разозлила очень многих.

Ее написал на иврите Миха Гудман, 42-летний профессор, замечательный ученый и лектор,известный среди студентов.

За последние несколько недель его книга «Catch-67» ( «Ловушка-67»)  разозлила очень многих и справа, и слева. 75-летний Эхуд Барак впервые написала книжную рецензию, заявив, что книга насыщена правой идеологией. В то же время автора обвиняют в том, что он разделяет мнение левых об оккупации. Книгу недавно заметили и в руках Биньямина Нетаниягу , ее читают и в кругах высших офицеров ЦАХАЛА. Она уверенно держится в списке бестселлеров.

Что нового может сказать философ об израильско-палестинском конфликте?

Книга » Ловушка-67″

Первая треть книги называется «Политическая идеология в кризисе», и в ней автор предлагает свой взгляд на идеи, которые сейчас составляют основу дискурса правых и левых. Вторая часть  «Политические аргументы в кризисе» исследуют политические нарративы, которые выросли из идеологий, и то, как они рушились под натиском реальности.

Он доказывает, что  правым идеологам поселенцев не удалось убедить большинство израильтян в том, что захват земель стоит риска стать этническим меньшинством в своей стране. Но они преуспели в том, что убедили в другом – вывод армии с Западного берега ( особенно после горького опыта в Газе и Ливане) поставит израильтян под угрозу.

Миротворческим силам слева, тем временем,  не удалось убедить большинство израильтян —особенно после горького опыта, такого как вторая интифада и выход из Газы —  что стремление к примирению было взаимно. Но они преуспели в другом важном аргументе — Израиль не может позволить себе поглотить миллионы палестинцев.

Каждая сторона проиграла бой, не убедив большинство, но подтвердила актуальность страхов.

Гудман всячески уклоняется от принятия левой или правой стороны – не только потому что он уважает оба нарратива и считает их анализ  крайне важным, но и потому, что он крайне устал от них. Как и многие израильтяне.

Коллапс идеалистичных моделей каждой из сторон привел к тому, что все зафиксировались на своих страхах и разрушили возможность вести серьезную дискуссию. Как объясняет Гудман в своей книге, «правые утверждают, что если будет реализована левая программа, государство погибнет. Левые утверждают, что если победит правый взгляд — государство погибнет. Как можно разговаривать с кем-то, чье виденье является для всех катастрофой?»

При невозможности услышать и реальной возможности того, что обе стороны правы —  израильский политический дискурс не может быть серьезным в решении проблемы, политический класс избегает серьезной дискуссии в пользу политики идентичности, считает автор.

Пятьдесят лет спустя после Шестидневной войны израильтяне оказались пойманы двумя изнурительными страхами – страх уйти и страх остаться. Плюс к этому — невозможностью израильских политиков вести серьезные дискуссии. Их заменила политика идентичности.

В этом, по сути,  и есть «ловушка-67».

На месте теракта в Тель-Авиве. Фото: Гай Франкович

В третьей части книги « Государство и мечты» Гудман пытается нащупать путь, по которому можно идти. Но для этого, считает он, надо отказаться от мечтаний, и это крайне болезненно. Но это было всегда – с того момента, когда возникла необходимость делить землю с арабами.  Многие сионисты были несогласны с этим еще в 30-х годах.

Компромиссы разрушали мечту. «Но первый премьер-министр Бен-Гурион, соглашаясь с этим, сказал «Да, но мы сделаем это».

В последней части книги автор приходит к выводу.

“Решения нет, — говорит Гудман. — Если вы готовы принять тот факт, что нет решения, тогда вы можете начать иметь дело с проблемой.”

В своей книге и в своих интервью он не стесняется в выражениях, говоря о своем разочаровании и в правых, и в левых на данный момент. “В Израиле это обычно выглядит так: левые говорят, что есть решение, и это мирная инициатива, которая решит все наши проблемы. Правые говорят, что нет решения, так что мы ничего не должны делать, кроме как держаться за статус-кво».

“Я думаю, что это ложная дихотомия. Я думаю, что решения не существует, но это не значит, что мы ничего не должны делать – именно потому, что решения не существует.”

Он полагает, что когда старые парадигмы и мечты рухнут, появится что-то новое.

“Эта книга в основном про израильтян, а израильтяне уже сделали это. Они уже отказались от давней мечты».

Около 70 процентов израильтян — на стороне прагматизма. «Большинство израильтян справа хотят остаться на Западном берегу в целях безопасности. Речь не о священной земле, а о небезопасном Ближнем Востоке. Большинство израильтян слева хотят прекратить оккупацию не из-за мира, который просто часть их идентичности, а из-за безопасности. Для обеспечения нашего большинства”.

И он предлагает в книге и своих интервью оставить свои мечты и изменить отношение к конфликту:

«Нельзя думать об этом как о религии. Это не «все-или-ничего». Мы должны думать количественно. Вместо того, чтобы положить конец конфликту, мы ведь можем уменьшить размер конфликта? Вместо того, чтобы положить конец оккупации, мы ведь можем значительно уменьшить площадь занятой земли? Вместо того, чтобы принести мир, мы можем принести больше мира? Давайте думать об этом в таких категориях.” И приводит массу примеров того, что можно сделать.

Он говорит, например, что Израиль может “расширить”  ПА, и это позволит им экономически выиграть. Говорит, что  в Иерусалиме есть много районов , которые ни один еврей никогда не считал Иерусалимом. Нет никакой стратегической необходимости сохранять их.

Именно в этом месте правые приходят в ярость и  называют Гудмана леваком. Он не только говорит о компромиссе — он не требует взаимности для таких широких жестов.

И считает, что в этом весь смысл.

Палестинский марафон. Фото: Wisam Hashlamoun, Flash-90

“Это нужно не для мира, но это нечто новое. Хотелось бы, чтобы этот конфликт был между двумя политическими субъектами, а не между политическим субъектом, который контролирует людей”.

Он предлагает договориться с Иорданией, чтобы сделать проще пересечение границы и создать палестинский терминал в аэропорту Амман. Это покажет, что  Израиль  заинтересован в положительной динамике. «Можно резко уменьшить оккупацию без риска для израильтян. Так почему бы нам не сделать это завтра утром?”

Он знает, как его читатели реагируют на его предложения.

“Люди «слева» скажут: «У вас еще есть там армия, вы все еще занимаете эту землю”.

Его ответ однозначен: “Я бы заморозил все строительство на территориях за пределами поселений. Это важно. Израильтяне и палестинцы стали жертвами Осло. Израильтяне травмированы, они увидели, что Осло привело не к миру, а ко Второй Интифаде. Палестинцы травмированы, увидев, что число поселений резко выросло после Осло. Мы все чувствуем, что обманули друг друга».

«Я не выступаю за прекращение конфликта. Это не представляется возможным. Я хочу реорганизовать конфликт. Я не хочу их контролировать, и я не хочу, чтобы они мне угрожали. Я могу достичь этих целей путем снижения оккупации на 80-90% , но не теряя контроля с безопасностью на местах. Это самое главное… Если бы я мог, я бы положил конец оккупации. Но  я не могу это сделать без риска для израильтян, и мне остается минимизировать оккупацию, не рискуя израильтянами, и это начало примирения”.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x