Хаим Хар-Захав  WP_Post Object ( [ID] => 25049 [post_author] => 203 [post_date] => 2016-12-18 11:28:34 [post_date_gmt] => 2016-12-18 09:28:34 [post_content] => [caption id="attachment_3441" align="alignnone" width="482"]квартал бедноты в Израиле фото - википедия Квартал бедноты в Израиле.
Фото: википедия[/caption]  В детстве я не мог понять, почему полиции не удается найти воров, ограбивших квартиру  соседки, и почему полицейские заранее не обнаружили злоумышленников, предотвратив преступление. Ведь воры, как мне было доподлинно известно, носят полосатые робы черно-белого цвета, на лицах у них всегда черные маски, а в руках мешок. Я помню, как меня это злило: почему так сложно найти людей, носящих столь характерную одежду посреди Ришон-ле-Циона? Видимо, человек, проникший в квартиру соседки со второго этажа, подозревал я, не был одет в “воровскую” форму и совершил преступление в “гражданском”.  На прошлой неделе я оказался рядом с двумя людьми, которые услышали в утренних новостях по радио про отчет об уровне бедности в Израиле, подготовленный организацией “Латет”. И хотя научность методики, используемой этой организацией, нередко подвергается сомнению, ее отчет был обнародован параллельно с ежегодными исследованиями Центрального статистического бюро и Службы национального страхования. Один из находившихся рядом со мной людей сказал другому: “Где все эти бедняки? Я вижу в супермаркетах покупателей с тележками, набитыми до отказа продуктами. И хотя они делят покупку на девять выплат, где все же те самые бедняки?” Его собеседник отметил, что в международном аэропорту имени Бен-Гуриона негде яблоку упасть, а  соседнее кафе всегда переполнено.  “Как же в таком случае четверть населения государства живет в бедности? Где все эти люди?” - спросил он, и его вопрос повис в воздухе. Странно, подумал я, но, видимо, как и грабители из моего детства, предпочитающие ходить в “гражданском”, израильские бедняки не расписывают на девять платежей покупки в супермаркетах.  У них просто нет кредита (банк закрыл), нет наличных (давно кончились), и им нужно каким-то образом продержаться до конца месяца. Эти ваши соседи. Да, их дочь учится с вашей в одном классе. Они едут с вами утром на работу в автобусе и поезде. Да, они работают вместе с вами. Некоторые из них зарабатывают больше минимальной заработной платы, но меньше медианной. Они заботятся о своих семьях, они тяжело работают, чтобы обеспечить детей, они не лентяи, не бездельники, и внешне они выглядят вполне достойно, и от них не исходит дурной запах. Они здороваются с вами, когда вы встречаетесь. И вы говорите им: “Будьте здоровы”, когда они чихают.  Они все время рядом с вами. И они бедны.  Они недостаточно бедны, чтобы получать социальные пособия, да и гордость не позволит им идти и просить надбавку по прожиточному  минимуму (или они просто патриоты, которые не хотят брать лишнее у государства) – но они бедны.  Их расходы значительно превышают их доходы, потому что цены на жилье огромны, а семье необходимо где-то жить. Потому что продукты дорогие, а семье необходимо что-то есть. Потому что нужно платить различные выплаты в школе и за детский сад. А общественный транспорт работает отвратительно, и для того, чтобы успеть отвезти детей в сад, а потом добраться до места работы, кто-то из супругов должен иметь машину, а горючее стоит огромных денег. Они зарабатывают 6000 шекелей, может быть, 7000. Намного больше минимальной заработной платы. Намного меньше суммы, позволяющей выжить. Достаточно двух месяцев без зарплаты, и их ждет полный экономический крах. Они нередко отказываются от обеда. Когда врач прописывает две упаковки таблеток, они покупают одну (“ведь это быстро пройдет”). Они не пойдут к врачу-специалисту, когда у них болят спина или зубы (“Иди знай, во сколько это обойдется”). Ведь если речь не о болезни ребенка, то взрослый как-нибудь справится. Потому что они бедны.  Если вы согласно киваете и говорите себе: “Ну и что – у нас то же самое. Подумаешь. Разве я беден?” Ответ – да.  Если из-за нехватки денег вы отказываетесь от обеда, даже если вы голодны, от визита к врачу,  даже если вы больны – значит, вы бедны.  Ладно, скажут мне люди, не верящие в существование бедности, а также разного рода придворные журналисты, обслуживающие интересы власти, так где же они эти бедные? Почему они молчат? Почему они не показывают себя? Откуда ты о них знаешь? Отвечу им так. 20 лет назад ни одна женщина, пережившая сексуальное домогательство, не смела говорить об этом. Стигма, страх, что кто-то назовет ее “развратницей”, обвинения (“Если бы она одевалась поскромнее, этого не произошло бы”), сплетни (“Вот идет та, которую...”) - все это заставляло женщин молчать, скрывать произошедшее. А подонки, которые сделали с ней это, продолжали жить и подвергать насилию других женщин, нисколько не беспокоясь. Теперь представьте, что будет с теми, кто посмеет сказать: “У меня нет денег, несмотря на то, что я работаю и не транжирю заработанные средства”. Как быстро выяснят, где он живет, и почему он живет именно там? Или, например, совершенно безумный вопрос, заданный мне одним либертарианцем, когда на его утверждение, что все летают за границу, я ответил, что не летаю: “Зачем же ты решил стать журналистом, а не программистом?”. Представьте, что произошло бы с этими людьми. Да вы бы их разорвали в клочья. И они этого боятся. Никто не хочет признаваться в бедности в обществе, которое поклоняется деньгам.  Пять лет тому назад, одним прекрасным летом, сотни тысяч людей в Израиле решили больше не бояться и не стыдиться. Решили выйти на улицы и сказать: “Я тружусь, но у меня нет денег, и это не потому, что со мной что-то не в порядке. Не в порядке система, которая позволяет подобное”.  Впервые за долгие годы об этом можно было говорить открыто. Выплеснуть все, что накопилось, проявить солидарность с каждым, кто чувствовал то же самое. Протест закончился и был слит разными комиссиями, большая часть рекомендаций которых  давно покрылась пылью. Мы вновь стали стыдиться, вновь перестали говорить об этом вслух. Снова можно отрицать существование бедности.  Но бедных много в этой стране. И они рядом с вами. Они едут с вами в одних автобусах и поездах, их дети ходят с вашими в ту же школу, они здороваются с вами, встречая вас у дома, и вы говорите им “Будьте здоровы!”, когда они чихают. Это настоящие люди, а не “изобретение благотворительных организаций, выпращивающих деньги” и “сотрудников статистического бюро, которым надо оправдывать свою деятельность” . Однажды, когда стыдиться будет больше невмочь, правда всплывет на повехность. Этого больше всего боятся разные правительства – когда люди понимают, что проблема не в них, проблема в системе. Оригинал статьи на сайте "Ха Маком"

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции 

[post_title] => Никто не хочет признаваться в бедности [post_excerpt] => Они зарабатывают 6000 шекелей, может быть, 7000. Намного больше минимальной заработной платы. Намного меньше суммы, позволяющей выжить. Достаточно двух месяцев без зарплаты, и их ждет полный экономический крах. Они нередко отказываются от обеда. Когда врач прописывает две упаковки таблеток, они покупают одну. Потому что они бедны. [post_status] => publish [comment_status] => open [ping_status] => open [post_password] => [post_name] => i-am-not-poor [to_ping] => [pinged] => [post_modified] => 2016-12-18 11:28:34 [post_modified_gmt] => 2016-12-18 09:28:34 [post_content_filtered] => [post_parent] => 0 [guid] => http://relevantinfo.co.il/?p=25049 [menu_order] => 0 [post_type] => post [post_mime_type] => [comment_count] => 0 [filter] => raw )
Главная > ваши права, Мнения, Социальные вопросы, Топ-тексты, Экономика > Никто не хочет признаваться в бедности

Никто не хочет признаваться в бедности

Они зарабатывают 6000 шекелей, может быть, 7000. Намного больше минимальной заработной платы. Намного меньше суммы, позволяющей выжить. Достаточно двух месяцев без зарплаты, и их ждет полный экономический крах. Они нередко отказываются от обеда. Когда врач прописывает две упаковки таблеток, они покупают одну. Потому что они бедны.

Хаим Хар-Захав  // 18/12 // ваши права, Мнения, Социальные вопросы, Топ-тексты, Экономика
квартал бедноты в Израиле фото - википедия

Квартал бедноты в Израиле.
Фото: википедия

 В детстве я не мог понять, почему полиции не удается найти воров, ограбивших квартиру  соседки, и почему полицейские заранее не обнаружили злоумышленников, предотвратив преступление. Ведь воры, как мне было доподлинно известно, носят полосатые робы черно-белого цвета, на лицах у них всегда черные маски, а в руках мешок. Я помню, как меня это злило: почему так сложно найти людей, носящих столь характерную одежду посреди Ришон-ле-Циона? Видимо, человек, проникший в квартиру соседки со второго этажа, подозревал я, не был одет в “воровскую” форму и совершил преступление в “гражданском”.

 На прошлой неделе я оказался рядом с двумя людьми, которые услышали в утренних новостях по радио про отчет об уровне бедности в Израиле, подготовленный организацией “Латет”. И хотя научность методики, используемой этой организацией, нередко подвергается сомнению, ее отчет был обнародован параллельно с ежегодными исследованиями Центрального статистического бюро и Службы национального страхования. Один из находившихся рядом со мной людей сказал другому: “Где все эти бедняки? Я вижу в супермаркетах покупателей с тележками, набитыми до отказа продуктами. И хотя они делят покупку на девять выплат, где все же те самые бедняки?” Его собеседник отметил, что в международном аэропорту имени Бен-Гуриона негде яблоку упасть, а  соседнее кафе всегда переполнено.  “Как же в таком случае четверть населения государства живет в бедности? Где все эти люди?” — спросил он, и его вопрос повис в воздухе.

Странно, подумал я, но, видимо, как и грабители из моего детства, предпочитающие ходить в “гражданском”, израильские бедняки не расписывают на девять платежей покупки в супермаркетах.  У них просто нет кредита (банк закрыл), нет наличных (давно кончились), и им нужно каким-то образом продержаться до конца месяца. Эти ваши соседи. Да, их дочь учится с вашей в одном классе. Они едут с вами утром на работу в автобусе и поезде. Да, они работают вместе с вами. Некоторые из них зарабатывают больше минимальной заработной платы, но меньше медианной. Они заботятся о своих семьях, они тяжело работают, чтобы обеспечить детей, они не лентяи, не бездельники, и внешне они выглядят вполне достойно, и от них не исходит дурной запах. Они здороваются с вами, когда вы встречаетесь. И вы говорите им: “Будьте здоровы”, когда они чихают.

 Они все время рядом с вами. И они бедны.  Они недостаточно бедны, чтобы получать социальные пособия, да и гордость не позволит им идти и просить надбавку по прожиточному  минимуму (или они просто патриоты, которые не хотят брать лишнее у государства) – но они бедны.

 Их расходы значительно превышают их доходы, потому что цены на жилье огромны, а семье необходимо где-то жить. Потому что продукты дорогие, а семье необходимо что-то есть. Потому что нужно платить различные выплаты в школе и за детский сад. А общественный транспорт работает отвратительно, и для того, чтобы успеть отвезти детей в сад, а потом добраться до места работы, кто-то из супругов должен иметь машину, а горючее стоит огромных денег.

Они зарабатывают 6000 шекелей, может быть, 7000. Намного больше минимальной заработной платы. Намного меньше суммы, позволяющей выжить. Достаточно двух месяцев без зарплаты, и их ждет полный экономический крах. Они нередко отказываются от обеда. Когда врач прописывает две упаковки таблеток, они покупают одну (“ведь это быстро пройдет”). Они не пойдут к врачу-специалисту, когда у них болят спина или зубы (“Иди знай, во сколько это обойдется”). Ведь если речь не о болезни ребенка, то взрослый как-нибудь справится. Потому что они бедны.

 Если вы согласно киваете и говорите себе: “Ну и что – у нас то же самое. Подумаешь. Разве я беден?” Ответ – да.  Если из-за нехватки денег вы отказываетесь от обеда, даже если вы голодны, от визита к врачу,  даже если вы больны – значит, вы бедны.

 Ладно, скажут мне люди, не верящие в существование бедности, а также разного рода придворные журналисты, обслуживающие интересы власти, так где же они эти бедные? Почему они молчат? Почему они не показывают себя? Откуда ты о них знаешь? Отвечу им так. 20 лет назад ни одна женщина, пережившая сексуальное домогательство, не смела говорить об этом. Стигма, страх, что кто-то назовет ее “развратницей”, обвинения (“Если бы она одевалась поскромнее, этого не произошло бы”), сплетни (“Вот идет та, которую…”) — все это заставляло женщин молчать, скрывать произошедшее. А подонки, которые сделали с ней это, продолжали жить и подвергать насилию других женщин, нисколько не беспокоясь.

Теперь представьте, что будет с теми, кто посмеет сказать: “У меня нет денег, несмотря на то, что я работаю и не транжирю заработанные средства”. Как быстро выяснят, где он живет, и почему он живет именно там? Или, например, совершенно безумный вопрос, заданный мне одним либертарианцем, когда на его утверждение, что все летают за границу, я ответил, что не летаю: “Зачем же ты решил стать журналистом, а не программистом?”. Представьте, что произошло бы с этими людьми. Да вы бы их разорвали в клочья. И они этого боятся. Никто не хочет признаваться в бедности в обществе, которое поклоняется деньгам.

 Пять лет тому назад, одним прекрасным летом, сотни тысяч людей в Израиле решили больше не бояться и не стыдиться. Решили выйти на улицы и сказать: “Я тружусь, но у меня нет денег, и это не потому, что со мной что-то не в порядке. Не в порядке система, которая позволяет подобное”.  Впервые за долгие годы об этом можно было говорить открыто. Выплеснуть все, что накопилось, проявить солидарность с каждым, кто чувствовал то же самое. Протест закончился и был слит разными комиссиями, большая часть рекомендаций которых  давно покрылась пылью. Мы вновь стали стыдиться, вновь перестали говорить об этом вслух. Снова можно отрицать существование бедности.

 Но бедных много в этой стране. И они рядом с вами. Они едут с вами в одних автобусах и поездах, их дети ходят с вашими в ту же школу, они здороваются с вами, встречая вас у дома, и вы говорите им “Будьте здоровы!”, когда они чихают. Это настоящие люди, а не “изобретение благотворительных организаций, выпращивающих деньги” и “сотрудников статистического бюро, которым надо оправдывать свою деятельность” . Однажды, когда стыдиться будет больше невмочь, правда всплывет на повехность. Этого больше всего боятся разные правительства – когда люди понимают, что проблема не в них, проблема в системе.

Оригинал статьи на сайте «Ха Маком»

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Теги: ,

МЕСТО ДЛЯ ВАШЕЙ РЕКЛАМЫ
  • Свежие записи

  • Архивы