Ася ИстошинаWP_Post Object ( [ID] => 23340 [post_author] => 198 [post_date] => 2016-10-19 11:16:18 [post_date_gmt] => 2016-10-19 09:16:18 [post_content] => [caption id="attachment_23360" align="alignnone" width="461"]Худа Худа Абу-Аркуб[/caption] “Когда началась первая интифада, я была еще совсем юной девочкой-подростком. Было очень легко потерять человеческий облик из-за всех тех ужасов, которые происходили вокруг", -  говорит Худа Абу-Аркуб. Вот уже несколько лет, как она руководит  организацией “Объединение за мир на Ближнем Востоке”, в которую входят 96 израильских и палестинских организаций. "Мы знали, что мы можем умереть в любую минуту, что нас могут разбудить посреди ночи и - далее неизвестность. Это жизнь в постоянном страхе. Но мои братья, сестры, многие из моих друзей и я решили, что мы не хотим бросать камни.  Школы были закрыты, учеба прекратилась. И тогда я со своими друзьями начала ходить по домам  по ночам и читать при свечах с детьми помладше, чтобы они не запускали учебу." Мы с Худой беседуем в связи с мероприятием, организованным израильскими и палестинскими женщинами, под названием "Марш Надежды". Худа - одна из участниц и активисток этой акции, которая проходила в последние две недели по всей стране. Сегодня в Иерусалиме состоится заключительный митинг, и Худа была очень занята, но тем не менее мне удалось задать ей несколько вопросов.  - Вы упомянули своих братьев и сестер. Расскажите еще немного о семье. - До 1948 года моя семья жила в Ашкелоне (тогда - Аскалан). Мой дедушка не хотел становиться беженцем, и поскольку у него был надел земли в Хевроне, моя семья переехала туда. У нас всегда подчеркивали важность образования - я старшая из 12 детей, и мы все профессионалы -  врачи, инженеры, учителя.  Мои родители работали преподавателями,  отец был учителем арабской литературы и поэтом и всегда верил в мир и свободу. Даже если ты в тюрьме , говорил он, ты не должен быть рабом, у тебя остается твоя внутренняя свобода.  - Многие израильтяне и палестинцы разочаровались в возможности диалога, а что вы об этом думаете? - Одна из наших проблем - это то, что мы все замыкаемся в своем узком кругу и не желаем говорить с теми, кто с нами не согласен. Мы все больше общаемся только с теми, кто разделяет наши взгляды.  Я считаю, что говорить надо со всеми. И в Палестине, и в Израиле. Я считаю, что надо говорить и с националистами, и с правыми экстремистами. У них тоже есть страхи и потребности. Каждый голос, каждый человек на счету. Если мы хотим перемен, то нельзя никого исключать. Я верю, что мы должны пробовать достучаться до тех, кто не верит в возможность решения конфликта. Иначе действительно можно впасть в отчаяние. Если человек осознал для себя важность диалога и мирного урегулирования - важно донести это и до других людей. - Многие чувствуют, что такие разговоры ни к чему не приводят, каждый остается при своем. А вы ? - Я приведу пример. Я помню, как  была в Америке и выступала в синагоге. Я говорила о том, как важно, чтобы израильтяне и палестинцы вступали в диалог между собой. И там был человек, еврей,  ему было уже под девяносто. Я только и успела сказать, что я палестинка, и он мне крикнул - уезжай в Мекку, у вас есть столько стран, а у нас только Израиль (он, кстати, сам живет в Америке). И я тогда спустилась со сцены, подошла к нему, посмотрела прямо в глаза и сказала - “Я этого могла бы ожидать от кого угодно, но не от человека, который пережил Катастрофу. Именно от вас я ожидала бы, что вы будете на нашей стороне, на стороне израильтян и палестинцев, которые стремятся к миру, а не  на стороне тех, кто манипулирует нашими страхами”. Я вернулась на сцену и продолжила говорить. Когда лекция закончилась, он подошел и  взял меня за плечи. Он ничего не говорил,  стоял и плакал. И я просто обняла его в ответ… - Что должно измениться, чтобы мы смогли прийти к доверию и сотрудничеству? - Многие израильтяне и палестинцы просто уже не верят в возможность мира. Большинство говорит о конфликте в терминах силы, военной силы. И люди перестали верить, что они могут как-то повлиять на ситуацию. Я очень много работаю с женщинами, и они спрашивают меня - “Вот после наших встреч и обсуждений, как мы можем продолжить, как можем повлиять на людей вокруг?” У людей должна быть надежда,  они должны чувствовать, что могут повлиять на ход событий. Мы не должны воспринимать себя в качестве жертв, а встать на позицию человека, который  пережил страдания, но остается свободным, человека, у которого есть сила и возможность влиять на происходящее. И очень важно не оставаться в своем узком кругу единомышленников , а говорить с теми, кто придерживается других позиций. [caption id="attachment_23362" align="alignnone" width="492"]акция "Посмотри в глаза" в Акко Акция "Посмотри в глаза" в Акко[/caption] - Вы упомянули, что много работаете с женщинами. Как вы относитесь к израильскому движению “Женщины за мир”? Многие критикуют его за то, что они аполитичны, например, избегают употреблять слово оккупация и готовы разговаривать с правыми и с поселенцами... - Мне как раз импонирует то,  что в движении “Женщины за мир” - самые разные женщины, включая и правых. Я несколько раз была на их встречах. Вы знаете, я не настаиваю на термине "оккупация", я понимаю, что женщины чувствуют страх за своих детей, я понимаю, что у многих дети служат в армии. Но когда я начинаю говорить на языке потребностей, о том как важна им их безопасность, гораздо проще объяснить, что и палестинским женщинам тоже нужна безопасность, и что чувство защищенности должно быть у обеих сторон. И так моим собеседницам гораздо проще меня понять. Я верю, что мы должны перестать обвинять, стыдить и заставлять. Мы должны начать говорить на языке сотрудничества, надежды и доверия.   [post_title] => Худа Абу-Аркуб: "Если мы хотим перемен..." [post_excerpt] => "Я считаю, что говорить надо со всеми. И в Палестине, и в Израиле. Я считаю, что надо говорить и с националистами, и с правыми экстремистами. У них тоже есть страхи и потребности. Я не настаиваю на термине "оккупация", я понимаю, что женщины чувствуют страх за своих детей, я понимаю, что у многих дети служат в армии. Но когда я начинаю говорить на языке потребностей, о том как важна им их безопасность, гораздо проще объяснить, что и палестинским женщинам тоже нужна безопасность, и что чувство защищенности должно быть у обеих сторон." Ася Истошина беседует с представительницей палестинских женщин-миротворцев, Худой Абу-Аркуб. Есть ли у миротворческого движения в Израиле партнер в Палестине? [post_status] => publish [comment_status] => open [ping_status] => open [post_password] => [post_name] => hope-and-changes [to_ping] => [pinged] => [post_modified] => 2016-10-19 11:16:18 [post_modified_gmt] => 2016-10-19 09:16:18 [post_content_filtered] => [post_parent] => 0 [guid] => http://relevantinfo.co.il/?p=23340 [menu_order] => 0 [post_type] => post [post_mime_type] => [comment_count] => 0 [filter] => raw )

Худа Абу-Аркуб: «Если мы хотим перемен…»

"Я считаю, что говорить надо со всеми. И в Палестине, и в Израиле. Я считаю, что надо говорить и с националистами, и с правыми экстремистами. У них тоже есть страхи и потребности. Я не настаиваю на термине "оккупация", я понимаю, что женщины чувствуют страх за своих детей, я понимаю, что у многих дети служат в армии. Но когда я начинаю говорить на языке потребностей, о том как важна им их безопасность, гораздо проще объяснить, что и палестинским женщинам тоже нужна безопасность, и что чувство защищенности должно быть у обеих сторон." Ася Истошина беседует с представительницей палестинских женщин-миротворцев, Худой Абу-Аркуб. Есть ли у миротворческого движения в Израиле партнер в Палестине?

Ася Истошина // 19/10 // Арабский мир, ваши права, Динамика событий, Мир в доме, Новые публикации
Худа

Худа Абу-Аркуб

“Когда началась первая интифада, я была еще совсем юной девочкой-подростком. Было очень легко потерять человеческий облик из-за всех тех ужасов, которые происходили вокруг», —  говорит Худа Абу-Аркуб. Вот уже несколько лет, как она руководит  организацией “Объединение за мир на Ближнем Востоке”, в которую входят 96 израильских и палестинских организаций. «Мы знали, что мы можем умереть в любую минуту, что нас могут разбудить посреди ночи и — далее неизвестность. Это жизнь в постоянном страхе. Но мои братья, сестры, многие из моих друзей и я решили, что мы не хотим бросать камни.  Школы были закрыты, учеба прекратилась. И тогда я со своими друзьями начала ходить по домам  по ночам и читать при свечах с детьми помладше, чтобы они не запускали учебу.»

Мы с Худой беседуем в связи с мероприятием, организованным израильскими и палестинскими женщинами, под названием «Марш Надежды». Худа — одна из участниц и активисток этой акции, которая проходила в последние две недели по всей стране. Сегодня в Иерусалиме состоится заключительный митинг, и Худа была очень занята, но тем не менее мне удалось задать ей несколько вопросов.

 — Вы упомянули своих братьев и сестер. Расскажите еще немного о семье.

— До 1948 года моя семья жила в Ашкелоне (тогда — Аскалан). Мой дедушка не хотел становиться беженцем, и поскольку у него был надел земли в Хевроне, моя семья переехала туда. У нас всегда подчеркивали важность образования — я старшая из 12 детей, и мы все профессионалы —  врачи, инженеры, учителя.  Мои родители работали преподавателями,  отец был учителем арабской литературы и поэтом и всегда верил в мир и свободу. Даже если ты в тюрьме , говорил он, ты не должен быть рабом, у тебя остается твоя внутренняя свобода.

 — Многие израильтяне и палестинцы разочаровались в возможности диалога, а что вы об этом думаете?

— Одна из наших проблем — это то, что мы все замыкаемся в своем узком кругу и не желаем говорить с теми, кто с нами не согласен. Мы все больше общаемся только с теми, кто разделяет наши взгляды.  Я считаю, что говорить надо со всеми. И в Палестине, и в Израиле. Я считаю, что надо говорить и с националистами, и с правыми экстремистами. У них тоже есть страхи и потребности. Каждый голос, каждый человек на счету. Если мы хотим перемен, то нельзя никого исключать. Я верю, что мы должны пробовать достучаться до тех, кто не верит в возможность решения конфликта. Иначе действительно можно впасть в отчаяние. Если человек осознал для себя важность диалога и мирного урегулирования — важно донести это и до других людей.

— Многие чувствуют, что такие разговоры ни к чему не приводят, каждый остается при своем. А вы ?

— Я приведу пример. Я помню, как  была в Америке и выступала в синагоге. Я говорила о том, как важно, чтобы израильтяне и палестинцы вступали в диалог между собой. И там был человек, еврей,  ему было уже под девяносто. Я только и успела сказать, что я палестинка, и он мне крикнул — уезжай в Мекку, у вас есть столько стран, а у нас только Израиль (он, кстати, сам живет в Америке). И я тогда спустилась со сцены, подошла к нему, посмотрела прямо в глаза и сказала — “Я этого могла бы ожидать от кого угодно, но не от человека, который пережил Катастрофу. Именно от вас я ожидала бы, что вы будете на нашей стороне, на стороне израильтян и палестинцев, которые стремятся к миру, а не  на стороне тех, кто манипулирует нашими страхами”. Я вернулась на сцену и продолжила говорить. Когда лекция закончилась, он подошел и  взял меня за плечи. Он ничего не говорил,  стоял и плакал. И я просто обняла его в ответ…

— Что должно измениться, чтобы мы смогли прийти к доверию и сотрудничеству?

— Многие израильтяне и палестинцы просто уже не верят в возможность мира. Большинство говорит о конфликте в терминах силы, военной силы. И люди перестали верить, что они могут как-то повлиять на ситуацию. Я очень много работаю с женщинами, и они спрашивают меня — “Вот после наших встреч и обсуждений, как мы можем продолжить, как можем повлиять на людей вокруг?” У людей должна быть надежда,  они должны чувствовать, что могут повлиять на ход событий. Мы не должны воспринимать себя в качестве жертв, а встать на позицию человека, который  пережил страдания, но остается свободным, человека, у которого есть сила и возможность влиять на происходящее. И очень важно не оставаться в своем узком кругу единомышленников , а говорить с теми, кто придерживается других позиций.

акция "Посмотри в глаза" в Акко

Акция «Посмотри в глаза» в Акко

— Вы упомянули, что много работаете с женщинами. Как вы относитесь к израильскому движению “Женщины за мир”? Многие критикуют его за то, что они аполитичны, например, избегают употреблять слово оккупация и готовы разговаривать с правыми и с поселенцами…

— Мне как раз импонирует то,  что в движении “Женщины за мир” — самые разные женщины, включая и правых. Я несколько раз была на их встречах. Вы знаете, я не настаиваю на термине «оккупация», я понимаю, что женщины чувствуют страх за своих детей, я понимаю, что у многих дети служат в армии. Но когда я начинаю говорить на языке потребностей, о том как важна им их безопасность, гораздо проще объяснить, что и палестинским женщинам тоже нужна безопасность, и что чувство защищенности должно быть у обеих сторон. И так моим собеседницам гораздо проще меня понять. Я верю, что мы должны перестать обвинять, стыдить и заставлять. Мы должны начать говорить на языке сотрудничества, надежды и доверия.

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Теги: ,

МЕСТО ДЛЯ ВАШЕЙ РЕКЛАМЫ
  • Свежие записи

  • Архивы