Давид ЭйдельманWP_Post Object ( [ID] => 26618 [post_author] => 203 [post_date] => 2017-02-19 12:41:01 [post_date_gmt] => 2017-02-19 10:41:01 [post_content] => [caption id="attachment_26624" align="alignnone" width="452"]Основатели Google: Эрик Шмидт, Сергей Брин, Ларри Пейдж. Фото: википедия Основатели Google: Эрик Шмидт, Сергей Брин, Ларри Пейдж. Фото: википедия[/caption] Известный своей «правдивостью» и креативным воображением Исраэль Шамир опубликовал на страницах Russia Today, СМИ – известного особой «адекватностью» и «объективностью», статью о Трампе и иммиграционной проблеме. Большая часть статьи - обычная московская пропагандистская риторика. Вроде утверждения, что последователи Джорджа Сороса готовят Трампу «майдан» похлеще киевского... Но я обратил внимание на один тезис: «Если бы президент Трамп решил прекратить приём мигрантов из России, русские бы только порадовались. А ещё больше они бы обрадовались, если бы такое решение было принято американцами 20 лет назад. Тогда Google оставался бы чисто русской разработкой» - пишет Исраэль Шамир. Это достаточно часто повторяемый аргумент. Но... считаете ли вы, что если бы Америка не приняла бы семью Сергея Брина, то Google оставался бы чисто русской разработкой? Я думаю, что если бы Брину даже позволили бы создать что-то похожее на Google в России, то он бы точно не стал мировым феноменом, которым является сегодня главный поисковик планеты. Все мигранты (репатрианты, иммигранты, эмигранты, беженцы и т.д), покинувшие рухнувший СССР, могут быть условно разделены на три группы. Первая группа: пострадавшие в статусе. Об этом более всего любят говорить, заламывая руки. Это профессора, которые стали дворниками, инженеры, искусствоведы, работающие на расфасовке товаров в супере, литературные критики, которые работают ночными сторожами.  Что говорить, принимающие общества далеко не всегда могут оценить потенциал, который свалился им на голову. А специалист по исследованию Вечной мерзлоты далеко не всегда находил себе применение в Израиле. Вторая группа самая большая. Это люди, которые смогли трудоустроиться по специальности или переквалифицировались, но заняли в принимающем социуме место, приблизительно похожее на то, что они занимали в СССР. Есть и третья группа. Самая немногочисленная и самая неисследованная. Это люди, которые после отъезда из СССР достигли поразительных успехов. Правда, большая часть людей в этой группе относится ко второму или полуторному поколению. Им удалось реализовать амбиции родителей, которые говорили, что «едут ради детей». Тот же разработчик Google Сергей Брин — был вывезен родителями из Москвы в возрасте 5 лет [caption id="attachment_26626" align="alignnone" width="504"]"Незнайа на Луне". Рисунок: Генрих Вальк "Незнайка на Луне". Рисунок: Генрих Вальк[/caption] Хотя есть и успешные люди среди тех, что выехали взрослыми. Успех многих эмигрантов из бывшего СССР на Западе во многом был предсказан рассказом о Пончике в книжке «Незнайка на Луне». Это фактически вставная новелла — история, о Пончике, который прилетел с Незнайкой на Луну. Пончик поначалу остается в ракете, потом съедает весь запас пищи на двадцать человек на два месяца – такой маленький Гаргантюа. Этот лентяй и обжора попадает в капиталистическое окружение, и вдруг в нем просыпаются какие-то невероятные силы. Пончик на берегу моря находит соль и набирает ее в кармашек. Потом он, нищий как всякий мигрант из социалистического рая, не имея денег, подрабатывает колкой дров. Ему предлагают гречневую кашу в качестве платы. Каша оказывается несоленой. Он из кармана достает щепотку соли и присаливает кашу. Все заинтересовались. Оказывается, на Луне нет соли. Тогда Пончик с невероятной хваткой разворачивает бурную деятельность. Сначала он таскает эту соль мешками и ее продает. Потом открывает солеварню, потом еще одну, нанимает людей. То есть, это, на самом деле, история Рокфеллера. Он строит виллу, становится богат. Мощные корпорации его начинают выжимать с рынка, он разоряется. И, несмотря на то, что Пончик терпит поражение, мы видим удивительное пробуждение лентяя в среде, где он может себя проявить. И он проявляет те свои качества, которые в родном городе воспринимаются только как негативные и ни к чему хорошему привести не могут. У книг Носова был идеологический заказ, направленный против всего некоммунистического. И был реальный художественный результат — сатира против всего, что чересчур правильное. Так получилось просто потому, что Носов был хорошим писателем. Книгу Носова «Незнайка на Луне» можно рассматривать как типичный антиамериканский памфлет. Но вообще-то, это скорее неприятие правил и норм остального мира, который так далек от маленьких человечков... Будто находится на Луне. В других книгах трилогии на Незнайку именно потому часто сердятся за то, что он ведет себя «не по-нашему» - вводит чуждые нормы, подвержен «не нашим» веяниям. Незнайка — стиляга, симпатичный охламон, неформал и нонконформист, подверженный «чуждым влияниям». Когда Незнайка берется играть на трубе, у него выходит что-то вроде чуждого джаза, когда берется за кисть, к его картинам предъявляются претензии, очень похожие на те, которые предъявлял Никита Сергеевич Хрущев к изобразительному искусству ХХ века. Когда он начинает сочинять стихи, перед нами поэт-формалист, опять-таки нонконформистский и чуждый «нашей передовой» действительности. Он оригинален, поскольку нестандартен. Запад стал для многих мигрантов именно таким «неправильным» обществом, где могли быть востребованы их «неправильные» свойства, осуждаемые в обществе, где они выросли. Более того, в ситуации после распада СССР, даже на самом постсоветском пространстве, которое вдруг оказалось мигрантским, территорией людей, от которых «уехала страна», часто успех зависел именно от наличия «неправильных» черт, востребованных в нестандартной ситуации. Можно много говорить о криминальных путях, коими приобретались огромные состояния в «лихие 90-е», но, наверное, никто не будет спорить, что если бы СССР продолжил своё существование, Березовский так бы и остался завлабом, а Михаил Черный полулегальным цеховиком. Люди — далеко не всегда равны самим себе. У Голды Меир не замечали никакой особой харизмы, когда она работала учительницей начальных классов в Милуоки. Стив Джобс не стал бы основателем Apple, если бы отец решил вырастить его в Сирии. А занятие альтернативной историей — дело очень неблагодарное. *Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции [post_title] => А если бы Сергей Брин никуда не уехал? [post_excerpt] => Самая немногочисленная и самая неисследованная группа эмигрантов из СССР - это люди, которые после отъезда достигли поразительных успехов. Правда, большая часть людей в этой группе относится ко второму или полуторному поколению. Им удалось реализовать амбиции родителей, которые говорили, что «едут ради детей». Разработчик Google Сергей Брин — был вывезен родителями из Москвы в возрасте 5 лет [post_status] => publish [comment_status] => open [ping_status] => open [post_password] => [post_name] => brin-and-history [to_ping] => [pinged] => [post_modified] => 2017-02-19 12:44:55 [post_modified_gmt] => 2017-02-19 10:44:55 [post_content_filtered] => [post_parent] => 0 [guid] => http://relevantinfo.co.il/?p=26618 [menu_order] => 0 [post_type] => post [post_mime_type] => [comment_count] => 0 [filter] => raw )

А если бы Сергей Брин никуда не уехал?

Самая немногочисленная и самая неисследованная группа эмигрантов из СССР - это люди, которые после отъезда достигли поразительных успехов. Правда, большая часть людей в этой группе относится ко второму или полуторному поколению. Им удалось реализовать амбиции родителей, которые говорили, что «едут ради детей». Разработчик Google Сергей Брин — был вывезен родителями из Москвы в возрасте 5 лет

Давид Эйдельман // 19/02 // История вопроса, литература, Мнения, Новые публикации, Топ-тексты
Основатели Google: Эрик Шмидт, Сергей Брин, Ларри Пейдж. Фото: википедия

Основатели Google: Эрик Шмидт, Сергей Брин, Ларри Пейдж. Фото: википедия

Известный своей «правдивостью» и креативным воображением Исраэль Шамир опубликовал на страницах Russia Today, СМИ – известного особой «адекватностью» и «объективностью», статью о Трампе и иммиграционной проблеме. Большая часть статьи — обычная московская пропагандистская риторика. Вроде утверждения, что последователи Джорджа Сороса готовят Трампу «майдан» похлеще киевского…

Но я обратил внимание на один тезис: «Если бы президент Трамп решил прекратить приём мигрантов из России, русские бы только порадовались. А ещё больше они бы обрадовались, если бы такое решение было принято американцами 20 лет назад. Тогда Google оставался бы чисто русской разработкой» — пишет Исраэль Шамир.

Это достаточно часто повторяемый аргумент. Но… считаете ли вы, что если бы Америка не приняла бы семью Сергея Брина, то Google оставался бы чисто русской разработкой? Я думаю, что если бы Брину даже позволили бы создать что-то похожее на Google в России, то он бы точно не стал мировым феноменом, которым является сегодня главный поисковик планеты.

Все мигранты (репатрианты, иммигранты, эмигранты, беженцы и т.д), покинувшие рухнувший СССР, могут быть условно разделены на три группы. Первая группа: пострадавшие в статусе. Об этом более всего любят говорить, заламывая руки. Это профессора, которые стали дворниками, инженеры, искусствоведы, работающие на расфасовке товаров в супере, литературные критики, которые работают ночными сторожами.  Что говорить, принимающие общества далеко не всегда могут оценить потенциал, который свалился им на голову. А специалист по исследованию Вечной мерзлоты далеко не всегда находил себе применение в Израиле.
Вторая группа самая большая. Это люди, которые смогли трудоустроиться по специальности или переквалифицировались, но заняли в принимающем социуме место, приблизительно похожее на то, что они занимали в СССР.

Есть и третья группа. Самая немногочисленная и самая неисследованная. Это люди, которые после отъезда из СССР достигли поразительных успехов. Правда, большая часть людей в этой группе относится ко второму или полуторному поколению. Им удалось реализовать амбиции родителей, которые говорили, что «едут ради детей». Тот же разработчик Google Сергей Брин — был вывезен родителями из Москвы в возрасте 5 лет

"Незнайа на Луне". Рисунок: Генрих Вальк

«Незнайка на Луне». Рисунок: Генрих Вальк

Хотя есть и успешные люди среди тех, что выехали взрослыми. Успех многих эмигрантов из бывшего СССР на Западе во многом был предсказан рассказом о Пончике в книжке «Незнайка на Луне». Это фактически вставная новелла — история, о Пончике, который прилетел с Незнайкой на Луну. Пончик поначалу остается в ракете, потом съедает весь запас пищи на двадцать человек на два месяца – такой маленький Гаргантюа. Этот лентяй и обжора попадает в капиталистическое окружение, и вдруг в нем просыпаются какие-то невероятные силы. Пончик на берегу моря находит соль и набирает ее в кармашек. Потом он, нищий как всякий мигрант из социалистического рая, не имея денег, подрабатывает колкой дров. Ему предлагают гречневую кашу в качестве платы. Каша оказывается несоленой. Он из кармана достает щепотку соли и присаливает кашу. Все заинтересовались. Оказывается, на Луне нет соли. Тогда Пончик с невероятной хваткой разворачивает бурную деятельность. Сначала он таскает эту соль мешками и ее продает. Потом открывает солеварню, потом еще одну, нанимает людей. То есть, это, на самом деле, история Рокфеллера. Он строит виллу, становится богат. Мощные корпорации его начинают выжимать с рынка, он разоряется. И, несмотря на то, что Пончик терпит поражение, мы видим удивительное пробуждение лентяя в среде, где он может себя проявить. И он проявляет те свои качества, которые в родном городе воспринимаются только как негативные и ни к чему хорошему привести не могут.

У книг Носова был идеологический заказ, направленный против всего некоммунистического. И был реальный художественный результат — сатира против всего, что чересчур правильное. Так получилось просто потому, что Носов был хорошим писателем. Книгу Носова «Незнайка на Луне» можно рассматривать как типичный антиамериканский памфлет. Но вообще-то, это скорее неприятие правил и норм остального мира, который так далек от маленьких человечков… Будто находится на Луне.

В других книгах трилогии на Незнайку именно потому часто сердятся за то, что он ведет себя «не по-нашему» — вводит чуждые нормы, подвержен «не нашим» веяниям. Незнайка — стиляга, симпатичный охламон, неформал и нонконформист, подверженный «чуждым влияниям». Когда Незнайка берется играть на трубе, у него выходит что-то вроде чуждого джаза, когда берется за кисть, к его картинам предъявляются претензии, очень похожие на те, которые предъявлял Никита Сергеевич Хрущев к изобразительному искусству ХХ века. Когда он начинает сочинять стихи, перед нами поэт-формалист, опять-таки нонконформистский и чуждый «нашей передовой» действительности. Он оригинален, поскольку нестандартен.

Запад стал для многих мигрантов именно таким «неправильным» обществом, где могли быть востребованы их «неправильные» свойства, осуждаемые в обществе, где они выросли.

Более того, в ситуации после распада СССР, даже на самом постсоветском пространстве, которое вдруг оказалось мигрантским, территорией людей, от которых «уехала страна», часто успех зависел именно от наличия «неправильных» черт, востребованных в нестандартной ситуации. Можно много говорить о криминальных путях, коими приобретались огромные состояния в «лихие 90-е», но, наверное, никто не будет спорить, что если бы СССР продолжил своё существование, Березовский так бы и остался завлабом, а Михаил Черный полулегальным цеховиком.

Люди — далеко не всегда равны самим себе. У Голды Меир не замечали никакой особой харизмы, когда она работала учительницей начальных классов в Милуоки. Стив Джобс не стал бы основателем Apple, если бы отец решил вырастить его в Сирии. А занятие альтернативной историей — дело очень неблагодарное.

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Теги: , ,

МЕСТО ДЛЯ ВАШЕЙ РЕКЛАМЫ
  • Свежие записи

  • Архивы