Марк АмусинWP_Post Object ( [ID] => 27750 [post_author] => 203 [post_date] => 2017-04-09 08:36:47 [post_date_gmt] => 2017-04-09 05:36:47 [post_content] => [caption id="attachment_27756" align="alignnone" width="495"]Митинг на площади Рабина. Фото: Алла Борисова Митинг на площади Рабина. Фото: Алла Борисова[/caption] А все-таки СМИ иногда действительно выполняют свое предназначение. За последние несколько дней отношение к забастовке и требованиям инвалидов изменилось – по крайней мере, в эшелонах власти. И заслуга здесь, в первую очередь, «Радио Решет Бет» и его ведущей Керен Нойбах в частности. Именно она изо дня в день говорила сама и давала говорить представителям бастующих о нестерпимом положении, в котором пребывают израильские инвалиды. И вот – политики, которые несколько месяцев назад голосовали против законопроекта Гилона о повышении пособий до размера минимальной зарплаты, выстраиваются в очередь к микрофонам и твердят о своей преданности делу инвалидов, о том, что вот-вот многолетняя несправедливость будет исправлена. Разумеется, сама забастовка и сопутствующие ей акции – демонстрации на площади Рабина в Тель-Авиве, перекрытие въезда в Иерусалим – тоже сыграли свою роль. Но, пожалуй, меньшую. При восприятии визуальной информации у многих срабатывают подсознательные барьеры и ограничители: не хотим видеть, ни на экране, ни в реальности, людей с костылями и на колясках, с покореженными фигурами и лицами, зачастую искаженными парезом или судорогами. Да, да, конечно, они тоже… Но лучше не надо. И все же говорить об этом, смотреть в лицо этой реальности необходимо. Потому что инвалиды борются не столько за свои экономические права, сколько за выживание, и уж точно, без малейшего преувеличения, за возможность жить достойно. Да, пресловутые 2342 шекеля в месяц для многих из них – не потолок. Некоторые, с особо тяжелой формой медицинской инвалидности, получают шекелей на 300 больше. К тому же кое-кто из них работает, хотя в этом случае включается крайне сложная система доплат/вычетов. Да и вообще работать инвалиду, в общем случае, очень непросто. Словом, увеличивать пособия конечно нужно. Вопрос – где взять деньги, которых у государства всегда не хватает. То есть вообще-то денег много – в частности, в результате дополнительных доходов от покупки израильской компании «Мобилай» американской корпорацией «Интел». Это, вместе с другими удачными транзакциями, привело к тому, что в верхах возник даже спор: как использовать образовавшиеся излишки. Нетаниягу с Кахлоном собираются понизить налоги. Другие, включая президента Банка Израиля Карнит Флюг, считают, что средства предпочтительно направить в социальную сферу, в том числе на улучшение условий жизни стариков и инвалидов. Это вопрос о приоритетах. Что важнее: сократить на пару сотен шекелей «бремя» высших и средних слоев населения – или заметно, на тысячу-две, повысить благосостояние самых слабых и нуждающихся. С электоральной точки зрения (а выборы у нас всегда за углом) правильнее первый вариант – он привлекателен для многих потенциальных избирателей. А с моральной? C гражданской? Мы, общество, не можем оставлять этот выбор на откуп политикам – мы должны влиять на него. Тут я позволю себе отступление в более отвлеченную область. Сегодня в цивилизованном мире и в Израиле в частности дискурс прав человека является господствующим. И это – при всех сопутствующих эксцессах и преувеличениях – хорошо. Но, на мой взгляд, недостаточно. Говорят, что концепция прав человека -  высшее достижение современной общественной и гуманитарной мысли. Но это не так. Концепция эта ясна, естественна, демократична – может быть, даже слишком. Ее очень легко вывести из того, что называют природой человека, она отвечает простейшим человеческим побуждениям. (Поэтому, кстати, ее очень просто распространить на всю живую природу – на зверей, птиц, рыб и даже на растения. А в такой экстраполяции для меня есть что-то неприятное). К тому же, если вдуматься, права человека в обыденном восприятии – это, прежде всего, мои права: я ведь человек. Отстаивая этот подход, мы, сознательно или бессознательно, подразумеваем себя любимого. Очень легко вообразить себя человеком вообще, с универсальными потребностями, нуждами и, стало быть, правами. Нет, распространить такой взгляд на все человечество с его бесчисленными расами, этносами, религиями и убеждениями, индивиду до сих пор непросто – но в рамках своей страны, своей социально-культурной среды он легко отождествит себя с себе подобными. И, признавая всеобщность принципа человеческих прав, будет видеть себя субъектом этих прав. [caption id="attachment_27758" align="alignnone" width="485"]Митинг на площади Рабина. Фото: Алла Борисова Митинг на площади Рабина. Фото: Алла Борисова[/caption] Все мы рождаемся, растем, учимся, выходим на рынок труда, старимся, чаще болеем… Поэтому нам, при всех политических разногласиях, внятны призывы к праву на образование, занятость с достойной оплатой, здравоохранение, социальное обеспечение. (Хотя и эти базовые принципы в последнее время, с атомизацией общества, подвергаются эрозии. Все чаще слышны разговоры о том, что индивид сам должен заботиться о всех сторонах своей жизни – от хороших ясель до комфортабельного дома престарелых. Успешный получит то, чего он заслуживает, – и пусть неудачник плачет). Быть инвалидом – участь, которую трудно на себя примерить. Это совсем не то, что старость или просто болезнь. И здесь должны включаться другие, более сложные механизмы «приятия». Для себя каждый это решает по-своему, но на общественном уровне нужно, по-моему, дополнить принцип прав человека концепцией солидарности и гражданской ответственности. Что это значит на практике?  Я мечтаю о таком состоянии, когда люди, в ситуации социального противоречия, будут способны подумать и о других группах населения, членами которых они не хотят себя видеть и в самом страшном сне. Подумать – и поступиться долей своих кровных интересов и прав ради блага этих самых «других». При этом я в последнюю очередь имею в виду благотворительность, хотя и ее нельзя сбрасывать со счетов.  Прежде всего, речь идет о приоритетах, которые ты выбираешь как гражданин, как член общества.  И тогда проблемы инвалидов и других крайне нуждающихся предстанут совсем в другом свете – в том числе для политиков и законодателей. Солидарность и гражданская ответственность – более сложная и более зрелая форма общественной включенности, чем простая приверженность правам человека. Это предполагает не только большую степень альтруизма, но и более развитое воображение, способность шире смотреть на проблемы своей страны, принимать в расчет не только сиюминутные последствия тех или иных решений. И тогда не придется одномоментно разбирать завалы, накопившиеся за десятилетия эгоизма и равнодушия. И такой подход вовсе не является чем-то новым. Когда-то, в рамках молодого сионизма и на ранних стадиях существования государства, он даже преобладал. Потом обстоятельства серьезно изменились – но, может быть, приходит время вернуться к хорошо забытому старому? [post_title] => О пособии по инвалидности - и о нас с вами [post_excerpt] => Инвалиды борются не столько за свои экономические права, сколько за выживание, и уж точно, без малейшего преувеличения, за возможность жить достойно. Да, пресловутые 2342 шекеля в месяц для многих из них – не потолок. Некоторые, с особо тяжелой формой медицинской инвалидности, получают шекелей на 300 больше... Ситуацию надо менять. Вопрос – где взять деньги. И тут все дело - в приоритетах. [post_status] => publish [comment_status] => open [ping_status] => open [post_password] => [post_name] => about-invalids [to_ping] => [pinged] => [post_modified] => 2017-04-09 08:36:47 [post_modified_gmt] => 2017-04-09 05:36:47 [post_content_filtered] => [post_parent] => 0 [guid] => http://relevantinfo.co.il/?p=27750 [menu_order] => 0 [post_type] => post [post_mime_type] => [comment_count] => 0 [filter] => raw )
Главная > ваши права > О пособии по инвалидности — и о нас с вами

О пособии по инвалидности — и о нас с вами

Инвалиды борются не столько за свои экономические права, сколько за выживание, и уж точно, без малейшего преувеличения, за возможность жить достойно. Да, пресловутые 2342 шекеля в месяц для многих из них – не потолок. Некоторые, с особо тяжелой формой медицинской инвалидности, получают шекелей на 300 больше... Ситуацию надо менять. Вопрос – где взять деньги. И тут все дело - в приоритетах.

Марк Амусин // 09/04 // ваши права
Митинг на площади Рабина. Фото: Алла Борисова

Митинг на площади Рабина. Фото: Алла Борисова

А все-таки СМИ иногда действительно выполняют свое предназначение. За последние несколько дней отношение к забастовке и требованиям инвалидов изменилось – по крайней мере, в эшелонах власти. И заслуга здесь, в первую очередь, «Радио Решет Бет» и его ведущей Керен Нойбах в частности. Именно она изо дня в день говорила сама и давала говорить представителям бастующих о нестерпимом положении, в котором пребывают израильские инвалиды. И вот – политики, которые несколько месяцев назад голосовали против законопроекта Гилона о повышении пособий до размера минимальной зарплаты, выстраиваются в очередь к микрофонам и твердят о своей преданности делу инвалидов, о том, что вот-вот многолетняя несправедливость будет исправлена.

Разумеется, сама забастовка и сопутствующие ей акции – демонстрации на площади Рабина в Тель-Авиве, перекрытие въезда в Иерусалим – тоже сыграли свою роль. Но, пожалуй, меньшую. При восприятии визуальной информации у многих срабатывают подсознательные барьеры и ограничители: не хотим видеть, ни на экране, ни в реальности, людей с костылями и на колясках, с покореженными фигурами и лицами, зачастую искаженными парезом или судорогами. Да, да, конечно, они тоже… Но лучше не надо.

И все же говорить об этом, смотреть в лицо этой реальности необходимо. Потому что инвалиды борются не столько за свои экономические права, сколько за выживание, и уж точно, без малейшего преувеличения, за возможность жить достойно. Да, пресловутые 2342 шекеля в месяц для многих из них – не потолок. Некоторые, с особо тяжелой формой медицинской инвалидности, получают шекелей на 300 больше. К тому же кое-кто из них работает, хотя в этом случае включается крайне сложная система доплат/вычетов. Да и вообще работать инвалиду, в общем случае, очень непросто. Словом, увеличивать пособия конечно нужно.

Вопрос – где взять деньги, которых у государства всегда не хватает. То есть вообще-то денег много – в частности, в результате дополнительных доходов от покупки израильской компании «Мобилай» американской корпорацией «Интел». Это, вместе с другими удачными транзакциями, привело к тому, что в верхах возник даже спор: как использовать образовавшиеся излишки. Нетаниягу с Кахлоном собираются понизить налоги. Другие, включая президента Банка Израиля Карнит Флюг, считают, что средства предпочтительно направить в социальную сферу, в том числе на улучшение условий жизни стариков и инвалидов.

Это вопрос о приоритетах. Что важнее: сократить на пару сотен шекелей «бремя» высших и средних слоев населения – или заметно, на тысячу-две, повысить благосостояние самых слабых и нуждающихся. С электоральной точки зрения (а выборы у нас всегда за углом) правильнее первый вариант – он привлекателен для многих потенциальных избирателей. А с моральной? C гражданской? Мы, общество, не можем оставлять этот выбор на откуп политикам – мы должны влиять на него.

Тут я позволю себе отступление в более отвлеченную область. Сегодня в цивилизованном мире и в Израиле в частности дискурс прав человека является господствующим. И это – при всех сопутствующих эксцессах и преувеличениях – хорошо. Но, на мой взгляд, недостаточно.

Говорят, что концепция прав человека —  высшее достижение современной общественной и гуманитарной мысли. Но это не так. Концепция эта ясна, естественна, демократична – может быть, даже слишком. Ее очень легко вывести из того, что называют природой человека, она отвечает простейшим человеческим побуждениям. (Поэтому, кстати, ее очень просто распространить на всю живую природу – на зверей, птиц, рыб и даже на растения. А в такой экстраполяции для меня есть что-то неприятное).

К тому же, если вдуматься, права человека в обыденном восприятии – это, прежде всего, мои права: я ведь человек. Отстаивая этот подход, мы, сознательно или бессознательно, подразумеваем себя любимого. Очень легко вообразить себя человеком вообще, с универсальными потребностями, нуждами и, стало быть, правами. Нет, распространить такой взгляд на все человечество с его бесчисленными расами, этносами, религиями и убеждениями, индивиду до сих пор непросто – но в рамках своей страны, своей социально-культурной среды он легко отождествит себя с себе подобными. И, признавая всеобщность принципа человеческих прав, будет видеть себя субъектом этих прав.

Митинг на площади Рабина. Фото: Алла Борисова

Митинг на площади Рабина. Фото: Алла Борисова

Все мы рождаемся, растем, учимся, выходим на рынок труда, старимся, чаще болеем… Поэтому нам, при всех политических разногласиях, внятны призывы к праву на образование, занятость с достойной оплатой, здравоохранение, социальное обеспечение. (Хотя и эти базовые принципы в последнее время, с атомизацией общества, подвергаются эрозии. Все чаще слышны разговоры о том, что индивид сам должен заботиться о всех сторонах своей жизни – от хороших ясель до комфортабельного дома престарелых. Успешный получит то, чего он заслуживает, – и пусть неудачник плачет).

Быть инвалидом – участь, которую трудно на себя примерить. Это совсем не то, что старость или просто болезнь. И здесь должны включаться другие, более сложные механизмы «приятия». Для себя каждый это решает по-своему, но на общественном уровне нужно, по-моему, дополнить принцип прав человека концепцией солидарности и гражданской ответственности.

Что это значит на практике?  Я мечтаю о таком состоянии, когда люди, в ситуации социального противоречия, будут способны подумать и о других группах населения, членами которых они не хотят себя видеть и в самом страшном сне. Подумать – и поступиться долей своих кровных интересов и прав ради блага этих самых «других». При этом я в последнюю очередь имею в виду благотворительность, хотя и ее нельзя сбрасывать со счетов.  Прежде всего, речь идет о приоритетах, которые ты выбираешь как гражданин, как член общества.  И тогда проблемы инвалидов и других крайне нуждающихся предстанут совсем в другом свете – в том числе для политиков и законодателей.

Солидарность и гражданская ответственность – более сложная и более зрелая форма общественной включенности, чем простая приверженность правам человека. Это предполагает не только большую степень альтруизма, но и более развитое воображение, способность шире смотреть на проблемы своей страны, принимать в расчет не только сиюминутные последствия тех или иных решений. И тогда не придется одномоментно разбирать завалы, накопившиеся за десятилетия эгоизма и равнодушия.

И такой подход вовсе не является чем-то новым. Когда-то, в рамках молодого сионизма и на ранних стадиях существования государства, он даже преобладал. Потом обстоятельства серьезно изменились – но, может быть, приходит время вернуться к хорошо забытому старому?

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Теги:

МЕСТО ДЛЯ ВАШЕЙ РЕКЛАМЫ
  • Свежие записи

  • Архивы