Политика

Моше Кахлон, фото: Юрий Легков

Что движет министром финансов

Моше Кахлон, фото: Юрий Легков

Моше Кахлон, фото: Юрий Легков

На встречу с Моше Кахлоном, организованную для русскоязычных журналистов канцелярией министра финансов, я ехала с противоречивыми чувствами: с одной стороны, среди активистов социального жилья и других общественных организаций, Кахлон считается большим разочарованием, так как изначально в нем видели большую «восточную» социал-демократическую надежду. С другой стороны, из всех партий коалиции «Кулану» считается наиболее близкой — хотя бы с экономической точки зрения — лево-центристскому лагерю. Это партия-партнер, как минимум в вопросах социальной справедливости.

Прежде всего, необходимо отметить, что при личном общении 56-летний Моше Кахлон производит хорошее впечатление. Он приветливый, скромный, просто одет, просто говорит — что безусловно импонирует на фоне некоторых других министров и лидеров партий, с их заносчивостью, снобизмом и позой звезд экрана. Когда Кахлон говорит о проблемах слабых слоев населения, репатриантов, жителей периферии, создается ощущение, что он на самом деле знает, о чем речь, и ему на самом деле это важно. Ему не все равно, как чувствует себя ребенок, который выходит из дома и видит нищету и грязь в своем районе, и это ему важнее, чем оптимизация внешнеэкономических связей. Это, пожалуй, выделяет его среди министров финансов последних десятилетий, во всяком случае, ему удается создать такое ощущение у собеседника. В каком-то смысле его внутренний «камертон» настроен на социальные ориентиры.

Кроме того, Кахлон — политик типа «рабочий конь». Он пришел работать, и все, чего он хочет от своего поста, это возможности делать то, что он считает нужным. А еще он производит впечатление честного, некоррумпированного политика, что в наше время немаловажно.

Теперь начнутся «но». Список достижений Кулану, представленных журналистам на встрече, как бы тактично выразиться, местами лукавит. К примеру, в него как-то затесалось повышение минимальной заработной платы — хотя закон об этом, инициированный депутатом Довом Ханиным (ОАС), был проведен еще Кнессетом предыдущего, 19 созыва, в январе 2015 года. Также министр финансов упомянул в списке достижений совместный с Сохнутом проект строительства «микбацей диюр» для репатриантов-пенсионеров, о котором лично я слышу уже почти 4 года, и инициировали его вообще-то в министерстве абсорбции при Софе Ландвер. Туда же можно отнести снижение цен на общественный транспорт: мы не страдаем склерозом и помним, что об этом заявляли еще в предыдущем Кнессете, Исраэль Кац как министр транспорта и Яир Лапид, который тогда был министром финансов.

На встрече с русскоязычными журналистами. Фото: Юрий Легков

На встрече с русскоязычными журналистами. Фото: Юрий Легков

Но и без некоего, как бы нечаянного присвоения чужих заслуг, в смысле социальных благ для населения Кахлон сделал немало: он открыл для конкуренции рынок сыров, мяса и рыбы, провел несколько реформ, связанных с пенсией и с пособием по старости (к сожалению, никакого решения проблеме пенсий выходцев из бСССР все еще не видно, но об этом позже), вернул программу благоустройства районов бедноты на периферии, прибавил пособия выжившим в Холокосте и перевел несколько сотен работников «кабланов» на прямое трудоустройство (в этом году еще несколько тысяч также станут счастливыми работниками своих предприятий).

Самая «социальная» его реформа, пожалуй, это государственная программа сбережений для каждого ребенка, в результате которой дети, рожденные в 2017 году, получат к демобилизации, к 21 году, минимум 12600 шек. без родительского вклада и 25200 вместе с родительским —  плюс проценты. Это безусловно важная подмога для старта в жизни —  тем детям, кому родители не могут помочь снять квартиру и оплатить образование.

Что касается реформы «Цена для новосела»(«Мехир ле-миштакен»), связанной с покупкой первой квартиры для молодых семей по льготным ценам, за эти полгода были выявлены как ее несомненные плюсы, так и многочисленные минусы. Но огромное количество желающих, записавшихся на участие в лотереях программы, говорит само за себя: реформа двигается вперед, а не существует лишь на бумаге, что уже отрадно. Решит ли она проблему жилья? На данный момент она выглядит как «слишком мало и слишком поздно», но время покажет.

kahlon1

Основные две проблемы Кахлона, на мой взгляд, таковы: во-первых, он слишком много пообещал, на слишком многое замахнулся, и потому его вполне реальные достижения все равно выглядят более чем скромными. Более того, он изначально привязал всю легитимность своей партии к решению проблемы жилья. Это оказалось очень недальновидно и в конечном итоге привело к тому, что сегодня опросы пророчат «Кулану»всего 5 мандатов на следущих выборах.

А во-вторых, он не принимает на себя ответственность за общую картину: растущую бедность, углубляющийся кризис жилья, огромные финансовые трудности среднего класса. Даже если эти проблемы слишком серьезные, чтобы министр финансов решил их за неполных два года в должности, все равно избиратель ждет от него правды, а не убеждений в том, что «жить стало лучше, жить стало веселей» потому что, ура, мы открыли рынок для экспорта мяса, ура, мы объединили медицинское страхование в один полис. Кстати, этот шаг породил немало других проблем, и уж точно не решил глобальную проблему страхования населения Израиля на случай потери трудоспособности в старости — то, что называется «сиуди» — и грозит стать поистине национальной катастрофой в связи с увеличивающейся продолжительностью жизни. А, к примеру, частные предприниматели, которые теперь, в связи с новым законом Кахлона, обязаны откладывать на пенсию, пока что в основном жалуются на дискриминацию: ведь наемным работникам работодатель откладывает на пенсию гораздо больше, чем гос-во частникам…

Третья проблема Кахлона — наметившиеся с уходом Ави Габаи из партии «Кулану» «разбод и шатание» — заслуживает отдельной статьи.

Но, возможно, главное, что стоит уяснить Моше Кахлону, это что министр финансов — не министр соцобеспечения, сельского хозяйства, связи или транспорта. От него ждут намного более глобальных решений насущных экономических проблем. А их пока что за министром Кахлоном замечено не было. К примеру, обещание решить проблему очередников социального жилья осталось пока что на бумаге, что породило сильное разочарование. «Политиком малых дел» можно прекрасно быть почти на любом другом посту, ведь избиратели действительно хотят от власть имущих именно малых дел: чтобы транспорт стоил дешевле, пенсия была побольше и помидоры не стоили 17 шекелей. Только вот для поста министра финансов всего этого слишком мало.

Особо хочется отметить роль Кахлона в решении, или, точнее, в нерешении проблемы пенсий для репатриантов, которые не успели заработать себе пенсию в Израиле. Когда НДИ вошли в коалицию и поставили условием свой закон о засчитывании стажа Институтом национального страхования (отмечу что это закон, который в конечном итоге не привел к решению проблемы), были приостановлены все предыдущие рекомендации, программы и законопроекты, в том числе предложение Тали Плосковой. Об этом мы подробно писали в прошлом. Но я все не могла уяснить себе, почему нельзя доработать этот же закон так, чтобы он реально помог именно репатриантам. И только вчера, взглянув Моше Кахлону в глаза, я окончательно уяснила себе, что у него есть свои причины не проводить никаких особых пенсионных критериев и льгот для пожилых репатриантов: ему на самом деле глубоко и искренне важно то, что происходит, условно говоря, с его семьей. То есть с восточными евреями, часто многодетными, зачастую неимущими, часто живущими на периферии — и также не заработавшими себе на нормальную пенсию. Смею утверждать, что Кахлон скорее уйдет в отставку, чем примет поправку о «позитивной дискриминации» репатриантов по отношению к неимущим старожилам. И это все, что вам нужно знать о разнице между политиком, который смотрит на вещи глобально и видит кризис десятков, если не сотен, тысяч семей, доход которых упадет в 2- 3 раза после выхода на пенсию, и влияние этого кризиса на экономику страны — и политиком, который искренне хранит верность. Нет, Кахлон не против «русских» и тем более не против экономики страны. Он просто за своих.

И еще один немаловажный момент, не связанный с социально-экономическими проблемами. Когда создавалось последнее правительство, многие левые видели в Кахлоне и партии Кулану (которая изначально была заявлена как центристская) некую опору в смысле сохранение демократических ценностей в условиях, можно сказать, ультра-правого правительства. Так вот, они ошибались. Кахлон считает нынешнее правительство практически монолитным с идеологической точки зрения (по его словам, коалиция устойчива и правительство продержится до 2019 года потому, что «никто из нас не хочет разделить Иерусалим»), его абсолютно все устраивает, и вообще для него главное — чтобы ему давали работать. А всякие там ваши либерально-демократические проблемы с свободой журналистики, искусства, свободой протеста, конфликты с Верховным судом и прочее — это не к нему.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x