Политика

Докинз, Хитченс, Харрис, Деннет - «четыре всадникама» нового атеизма

Новый атеизм - как очередной фундаментализм?

Докинз, Хитченс, Харрис, Деннет - «четыре всадникама» нового атеизма

Докинз, Хитченс, Харрис, Деннет — «четыре всадникама» нового атеизма

За последние 10-15 лет, с тех пор как сформировалось новое интеллектуальное движение «новый атеизм», оно завоевало немало поклонников среди образованной молодежи на западе. «Новые атеисты», в отличие от атеистов прошлых лет, рассматривают религию не просто как заблуждение, но как зло, с которым необходимо активно бороться. Как зло они рассматривают и толерантность к религии. Как же получилось что терпимость и плюрализм, отвоеванные с таким трудом за последние 200 лет секуляризма на западе, отвергаются самым влиятельным светским движением последних лет, и чем это чревато?

Начало нового атеизма было заложено в 2005 году, в котором публицист Сэм Харрис выпустил книгу «Конец веры», ставшую бестселлером. Её главным предметом было влияние ислама на теракты 11 сентября, однако Харрис видел корень бед не в исламе как таковом, а в природе религии. В 2006 году были изданы «Письмо к христианской нации» Харриса и «Бог как иллюзия» британского эволюционного биолога Ричарда Докинза, — книга, ставшая одним из главных бестселлеров года в США. В 2007 году вышла «Бог — не любовь: как религия все отравляет” американского публициста Кристофера Хитченса. Журналист Гэри Вулф объявил о наступлении «нового атеизма», а Докинза, Харриса Хитченса и философа Дэниела Деннета нарекли «четырьмя всадниками» атеизма; это прозвище, первоначально вброшенное противниками «новых атеистов», прижилось.

фото Г.Франковича

фото Г.Франковича

Объявлять борьбу с религий в начале 21 века может показаться странным занятием, учитывая, что религия перестала диктовать жизнь в развитых странах. Да, в отдельных очагах консерватизма, от Польши и Венгрии до Америки и Израиля, религия продолжает влиять на политику. Но в большинстве стран запада, религия прочно вышла из публичной жизни, став частным делом отдельного человека. Но не стоит забывать, что новый атеизм — это реакция. В первую очередь, на исламский религиозный фундаментализм, но также и на 8 лет правления Буша младшего, и на распространение религиозности в США, где влиятельные христианские общины выступают за преподавание в школах креационизма, запрет однополых браков и ограничение исследования стволовых клеток. И в этом качестве новые атеисты играют важную роль в популяризации атеизма и защите научного и рационального подхода в обществе.

Что особенно заметно отличает новых атеистов это пыл и страсть свойственные не только их печатным работам, но и их публичным выступлениям. “К чёртовой матери их, так называемую культуру”, говорит Докинз о Исламе. “Необходимо ли изучить лепреконологию, чтобы перестать верить в лепреконов?” отвечает Докинз на обвинения в свой адрес в теологической малограмотности.

В Израиле, где религия играет слишком большую роль в жизни общества, такой воинствующий подход к борьбе с религией многих привлекает. Ведь в отличие от Америки, где религия хоть и играет немаловажную роль в жизни людей, но она тем не менее отделена от государства, в Израиле религия укоренена в самом сердце общества и регулирует такие базовые государственные услуги как бракосочетание и похороны.

Но тут важно понимать, что новые атеисты не борются с религиозным засильем или вмешательством веры в политическую жизнь общества — они борются с религией как таковой. В своих работах они подчеркивают, что религия сама по себе, а не только её политические притязания, является источником зла. “Опасны не только наиболее агрессивные фундаменталистские формы религии, но и «умеренная» религиозность, являющаяся, по сути, первым шагом к тому же фундаментализму,”- пишет Сэм Харрис .

Мир меняется...

Мир меняется…

Аргументы новых атеистов против религии часто напоминают советскую антиклерикальную риторику, с ее насмешками над библией в её буквальным прочтении. Такую слабую критику можно оправдать, если учесть что они борются с религией простого человека, который принимает библейские истории буквально, а не с религией теолога, который способен увязать современную науку и святые писания.

Менее простительно то, что убедительно доказывая насколько маловероятно существование бога, с логической и статистической точки зрения, они видят в религиозности исключительно когнитивную проблему мышления, забывая рассмотреть экономические и социальные причины, влияющие на уровень религиозности в обществе. Религия важнее в Нигерии, чем  в Норвегии из-за лучшей способности норвежцев логически рассуждать, или все же из-за их значительно более развитых политических и социальных институтов? Да, это проблема яйца и курицы. Но новые атеисты не исследуют сложное взаимодействие политики, экономики и религии, предпочитая рассматривать религиозный феномен вне контекста.

Как точно замечает Дэвид Холшер, автор новой статьи «New Atheism, Worse Than You Think», настаивать, как это делают новые атеисты, на том,что религия должна быть брошена на свалку истории, и в то же самое время, по большому счету, избегать проблемы бедности и неравенства, это высота иррациональности. С точки зрения чистой логики, это на самом деле не сильно отличается от веры в существование ангелов.

Еще проблематичнее в дискурсе нового атеизма непримиримость и нетерпимость к религиозности. Нетерпимость, которая больше смахивает на религиозное рвение, чем на интеллектуальную критику.

Возможно, главное политическое достижение либерализма, плодом которого во многом является современный западный мир — это свобода мирного сосуществования абсолютно разных течений, философских взглядов, идеологий: каббала, веганство, буддизм, антропософия, неолиберализм. И это все может без особого труда умещаться в одном человеке. Со стороны может казаться — как же так, они же все друг другу противоречат!? Но в том-то и дело, что в свободном обществе человек может сам составлять свое идеологическое меню, выбирая отдельные блюда из той или иной кухни. При том, что правила ресторана четко определяют границы свободы: ты можешь выбирать что-то для себя, в какой-то мере для своих детей, и все. Ты не имеешь права навязывать другим свои диетические предпочтения, ты не имеешь права выгонять людей из ресторана, так как тебе не нравится запах их блюд.

Чем вреден ислам в мусульманских стран или иудаизм в Израиле? Тем, что они лишают тебя этой свободы — ты обязан есть их суп и нахваливать. Ну и конечно тем, что в их ресторане люди второго и третьего сорта питаются объедками.

Но если ресторан (государство) организован хорошо, то качественные, хорошо приготовленные блюда (идеологии) безусловно привлекут внимание завсегдатаев (граждан). Ты хочешь повлиять? Приглашай людей на дегустации, покажи им, что можно постепенно переходить на более здоровое питание, при это не называя их примитивными и отсталыми едоками.

фото - Г.Франкович

фото — Г.Франкович

Часто можно услышать: проблема плюрализма и терпимости в том, что фундаментальная религия их никогда не примет, ибо этим подпишет себе смертный приговор. Но тем не менее, ортодоксальные мусульмане и иудеи прекрасно принимают идеи толерантности и плюрализма в Канаде и Америке. Почему? Потому что религия — это не то, что написано в священной книге, а то чем она является в обществе, в котором мы живем. Государство может и должно навязывать свои правила, по которым всем, в том числе и религиозным людям, приходится жить. Человек может быть верующим мусульманином, и при этом прекрасно уживаться с «неверными», и участвовать в демократической политической жизни общества. Мы почему-то сильно переоцениваем необходимость и стремление людей к последовательности.

Безусловно легитимно бороться за умы людей, и видит бог, религия и в наше время стоит за многими отвратными практиками по всему миру — от порабощения женщин до преследования гомосексуалов. Но начиная крестовый поход против религии, не становимся ли мы поборниками очередного фундаментализма, который так ненавидим в исламе, христианстве и иудаизме?

Блог автора

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x