Дженифер ПоляковаWP_Post Object ( [ID] => 12895 [post_author] => 198 [post_date] => 2014-11-30 10:35:45 [post_date_gmt] => 2014-11-30 08:35:45 [post_content] =>   [caption id="attachment_12896" align="alignleft" width="511"]Кадр из документального фильма "История из жизни: о женщине и халате", режиссер Нурит Якобс-Инон Кадр из документального фильма "История из жизни: о женщине и халате", режиссер Нурит Якобс-Инон[/caption] Я стояла там, почти десять лет назад, в чем мать родила, в маленькой микве, и вода покрывала мое тело до плеч. После окунания я стала подниматься по ступенькам лестницы, ведущей из бассейна наверх, чтобы надеть рубашку, потому что знала: после того, как я погрузилась в воду на глазах распорядительницы, туда зайдут трое мужчин-судей («даяним»), призванных наблюдать за процедурой гиюра, и мне придется окунаться и перед ними, но уже в рубашке. Я не успела еще подняться и надеть халат, когда в маленькую комнатку неожиданно вошли, даже не постучавшись, трое мужчин в парадных костюмах – и я стояла перед ними, абсолютно голая и дрожащая, пытаясь прикрыться руками. Мне показалось, что прошла целая вечность между моментом, когда я начала кричать во все горло, и появлением испуганной распорядительницы, которая протянула мне халат. Уже не было времени надевать на меня рубашку, поэтому она закутала меня в мой домашний халат. Мы обе дрожали. Мне сказали прекратить кричать, но я не прекращала, пока мужчины не вышли из комнатки. После их ухода распорядительница сняла с меня халат, надела на меня рубашку и снова впустила тех мужчин. Процедура продолжалась. Я окуналась перед их глазами, а по моему лицу текли слезы обиды. Мне предложили выйти из бассейна, в рубашке, прилипшей к моему телу, стать перед ними и произнести молитву. Вот и все. Церемония завершилась. Я чувствовала себя униженной. Моя история – одна из многочисленных историй женщин, которые проходят процесс ортодоксального гиюра, и многие из них также подвергаются сексуальному унижению  еще до погружения в микву, когда в «предбаннике» толпятся мужчины-судьи и задают интимные вопросы женщинам, собирающимся пройти ритуальное омовение. Согласно свидетельствам, некоторых из них щипали за мягкие места, а с другими случались гораздо более серьезные инциденты, но они не осмеливались жаловаться, потому что понимали: от этих мужчин зависит, получат ли они вожделенную печать, свидетельствующую о «кошерности» их гиюра. В последнее время, в результате обнародования истории американского раввина, который фотографировал женщин, проходивших гиюр, в миквах, широкой общественности впервые открылся во всей своей унизительности этот процесс окунания в микву, который должны проходить женщины, совершающие гиюр, в том числе и в Израиле. Стало расти число свидетельств о сексуальных оскорблениях, которые испытали женщины при прохождении гиюра со стороны представителей раввината, в особенности во время погружения в микву. Это связано с тем, что женщины, проходящие гиюр, обязаны погружаться в микву в присутствии трех мужчин. Вот вкратце процедура омовения в присутствии трех мужчин. Сначала женщина должна принять душ, после этого она должна войти в микву и окунуться один раз на глазах у женщины-распорядительницы, которая находится здесь. Сразу после этого распорядительница должна подать женщине свободную рубашку или халат, после чего та снова входит в микву. В этот момент в помещение должны войти трое мужчин-судей, и женщина обязана снова окунуться, на сей раз в халате, в присутствии этих мужчин и распорядительницы. Ситуация, при которой женщина должна войти в воду миквы и окунуться в нее, когда над ней стоят трое мужчин и следят за тем, чтобы ее движения при окунании соответствовали установленным стандартам, - это ситуация явно нескромная как с точки зрения проходящей гиюр, так и с точки зрения мужчин-наблюдателей. Принцип скромности, как один из центральных принципов еврейской Галахи – не он один оказывается здесь под угрозой. Вдобавок к проблеме нескромности ситуации, здесь возникают отношения господства-подчинения, ибо женщина, вынужденная окунаться в микве на глазах у трех мужчин, от подписи которых зависит ее судьба, испытывает острое чувство унижения. Прибавим к проблеме нескромности и отношений господства-подчинения гендерный аспект – и что мы имеем в итоге? Страх перед сексуальной эксплуатацией (т.е. перед возможностью, что кто-то из мужчин использует эту ситуацию не в самых скромных целях). Здесь попираются не только галахические правила скромности, но и все универсальные нормы скромности и морали, принятые в ХХI веке. Опасения, возникшие в «коридорах раввината» в связи с публикацией таких свидетельств, стимулировали дискуссию на тему о той власти, которая оказывается в руках раввинов, осуществляющих гиюр, по отношению к проходящим гиюр женщинам. В частности, речь шла о возможности получения наблюдателями со стороны раввината сексуальных и других услуг от женщин, нуждающихся в подписях указанных представителей раввината. Разве скромность женщин, которые хотят стать частью еврейского народа, не является ценностью? Ведь это очень интимный момент – когда женщина в одной рубашке окунается в тесном помещении миквы, а трое мужчин наблюдают сверху за каждым движением, которое она совершает над поверхностью воды и под водой. Неужели ситуацию, когда мужчины наблюдают за окунающейся женщиной, можно считать более скромной, чем ситуацию, когда мужчины слушают женское пение? Я уверена, что и значительная часть судей, участвующих в этой нескромной процедуре – жертвы такой системы. А что же распорядительница, «царица миквы»? Она, как правило, стоит в сторонке, тоже в смущении от создавшейся ситуации. С точки зрения раввината, она не полномочна засвидетельствовать, что омовение «кошерно» и отвечает галахическим критериям. А каково положение проходящей гиюр? Она фактически не способна выражать протест. С ее точки зрения погружение в микву – это «конец маршрута», она не может сказать «нет», когда единственное, что отделяет ее от превращения в подлинную еврейку, это интимное окунание на глазах у трех мужчин. Конкурсы, которые организует Министерство главы правительства для набора мужчин с целью наблюдения за ритуальным погружением в миквы, увековечивают эту двусмысленную ситуацию: интимного подглядывания за окунающейся женщиной. Эта должность, кстати, не требует никакой специфической квалификации. В раввинате утверждают, что судьи обычно располагаются далеко и почти ничего не могут рассмотреть. Но любая женщина, которая хоть раз была в бассейне-микве, знает, что это физически невозможно. Даже если часть мужчин действительно пытается стать подальше от воды, это не меняет факта: трое мужчин стоят вблизи женщины, находящейся в воде. Что при этом должна чувствовать женщина? А ведь мы еще не говорили проходящих гиюр замужних женщинах, соблюдающих заповеди и покрывающих волосы. Они вынуждены снимать головные уборы перед тремя посторонними мужчинами. В этих случаях ситуация становится особенно странной и противоречащей основным требованиям скромности согласно Галахе. Всем нам (особенно религиозным женщинам, часто купающимся в одежде в водоемах) ясно, что именно происходит с одеждой – рубашкой или халатом, – когда она намокает. Она вздувается, задирается, или прилипает, наглядно демонстрируя строение женского тела. В ходе галахического обсуждения этой темы раббанит Михаль Тикочински написала, что нужно найти галахические альтернативы этому положению. Одно из предложенных ею решений – назначение женщины на должность наблюдающей за погружением. Я призываю женщин Израиля, светских и религиозных, мужчин Израиля, светских и религиозных, обратиться в Главный раввинат Израиля и потребовать от него четкого галахического постановления: только женщины могут присутствовать при погружении женщин в микву. Это – главное. Перевод из ФБ-группы "Полуторное поколение" [post_title] => Сексуальное унижение по указанию государства [post_excerpt] => После окунания я стала подниматься по ступенькам лестницы, ведущей из бассейна наверх, чтобы надеть рубашку, потому что знала: после того, как я погрузилась в воду на глазах распорядительницы, туда зайдут трое мужчин-судей («даяним»), призванных наблюдать за процедурой гиюра, и мне придется окунаться и перед ними, но уже в рубашке. Я не успела еще подняться и надеть халат, когда в маленькую комнатку неожиданно вошли, даже не постучавшись, трое мужчин в парадных костюмах – и я стояла перед ними, абсолютно голая и дрожащая, пытаясь прикрыться руками. [post_status] => publish [comment_status] => open [ping_status] => open [post_password] => [post_name] => %d1%81%d0%b5%d0%ba%d1%81%d1%83%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d0%bd%d0%be%d0%b5-%d1%83%d0%bd%d0%b8%d0%b6%d0%b5%d0%bd%d0%b8%d0%b5-%d0%bf%d0%be-%d1%83%d0%ba%d0%b0%d0%b7%d0%b0%d0%bd%d0%b8%d1%8e-%d0%b3%d0%be%d1%81 [to_ping] => [pinged] => [post_modified] => 2016-08-09 09:10:58 [post_modified_gmt] => 2016-08-09 06:10:58 [post_content_filtered] => [post_parent] => 0 [guid] => http://relevantinfo.co.il/?p=12895 [menu_order] => 0 [post_type] => post [post_mime_type] => [comment_count] => 0 [filter] => raw )
Главная > Мнения, Новые публикации, Топ-тексты > Сексуальное унижение по указанию государства

Сексуальное унижение по указанию государства

После окунания я стала подниматься по ступенькам лестницы, ведущей из бассейна наверх, чтобы надеть рубашку, потому что знала: после того, как я погрузилась в воду на глазах распорядительницы, туда зайдут трое мужчин-судей («даяним»), призванных наблюдать за процедурой гиюра, и мне придется окунаться и перед ними, но уже в рубашке. Я не успела еще подняться и надеть халат, когда в маленькую комнатку неожиданно вошли, даже не постучавшись, трое мужчин в парадных костюмах – и я стояла перед ними, абсолютно голая и дрожащая, пытаясь прикрыться руками.

Дженифер Полякова // 30/11 // Мнения, Новые публикации, Топ-тексты

 

Кадр из документального фильма "История из жизни: о женщине и халате", режиссер Нурит Якобс-Инон

Кадр из документального фильма «История из жизни: о женщине и халате», режиссер Нурит Якобс-Инон

Я стояла там, почти десять лет назад, в чем мать родила, в маленькой микве, и вода покрывала мое тело до плеч.

После окунания я стала подниматься по ступенькам лестницы, ведущей из бассейна наверх, чтобы надеть рубашку, потому что знала: после того, как я погрузилась в воду на глазах распорядительницы, туда зайдут трое мужчин-судей («даяним»), призванных наблюдать за процедурой гиюра, и мне придется окунаться и перед ними, но уже в рубашке. Я не успела еще подняться и надеть халат, когда в маленькую комнатку неожиданно вошли, даже не постучавшись, трое мужчин в парадных костюмах – и я стояла перед ними, абсолютно голая и дрожащая, пытаясь прикрыться руками.

Мне показалось, что прошла целая вечность между моментом, когда я начала кричать во все горло, и появлением испуганной распорядительницы, которая протянула мне халат. Уже не было времени надевать на меня рубашку, поэтому она закутала меня в мой домашний халат. Мы обе дрожали.

Мне сказали прекратить кричать, но я не прекращала, пока мужчины не вышли из комнатки. После их ухода распорядительница сняла с меня халат, надела на меня рубашку и снова впустила тех мужчин. Процедура продолжалась. Я окуналась перед их глазами, а по моему лицу текли слезы обиды. Мне предложили выйти из бассейна, в рубашке, прилипшей к моему телу, стать перед ними и произнести молитву. Вот и все. Церемония завершилась. Я чувствовала себя униженной.

Моя история – одна из многочисленных историй женщин, которые проходят процесс ортодоксального гиюра, и многие из них также подвергаются сексуальному унижению  еще до погружения в микву, когда в «предбаннике» толпятся мужчины-судьи и задают интимные вопросы женщинам, собирающимся пройти ритуальное омовение. Согласно свидетельствам, некоторых из них щипали за мягкие места, а с другими случались гораздо более серьезные инциденты, но они не осмеливались жаловаться, потому что понимали: от этих мужчин зависит, получат ли они вожделенную печать, свидетельствующую о «кошерности» их гиюра.

В последнее время, в результате обнародования истории американского раввина, который фотографировал женщин, проходивших гиюр, в миквах, широкой общественности впервые открылся во всей своей унизительности этот процесс окунания в микву, который должны проходить женщины, совершающие гиюр, в том числе и в Израиле.

Стало расти число свидетельств о сексуальных оскорблениях, которые испытали женщины при прохождении гиюра со стороны представителей раввината, в особенности во время погружения в микву. Это связано с тем, что женщины, проходящие гиюр, обязаны погружаться в микву в присутствии трех мужчин.

Вот вкратце процедура омовения в присутствии трех мужчин. Сначала женщина должна принять душ, после этого она должна войти в микву и окунуться один раз на глазах у женщины-распорядительницы, которая находится здесь. Сразу после этого распорядительница должна подать женщине свободную рубашку или халат, после чего та снова входит в микву. В этот момент в помещение должны войти трое мужчин-судей, и женщина обязана снова окунуться, на сей раз в халате, в присутствии этих мужчин и распорядительницы.

Ситуация, при которой женщина должна войти в воду миквы и окунуться в нее, когда над ней стоят трое мужчин и следят за тем, чтобы ее движения при окунании соответствовали установленным стандартам, — это ситуация явно нескромная как с точки зрения проходящей гиюр, так и с точки зрения мужчин-наблюдателей.

Принцип скромности, как один из центральных принципов еврейской Галахи – не он один оказывается здесь под угрозой. Вдобавок к проблеме нескромности ситуации, здесь возникают отношения господства-подчинения, ибо женщина, вынужденная окунаться в микве на глазах у трех мужчин, от подписи которых зависит ее судьба, испытывает острое чувство унижения.

Прибавим к проблеме нескромности и отношений господства-подчинения гендерный аспект – и что мы имеем в итоге? Страх перед сексуальной эксплуатацией (т.е. перед возможностью, что кто-то из мужчин использует эту ситуацию не в самых скромных целях). Здесь попираются не только галахические правила скромности, но и все универсальные нормы скромности и морали, принятые в ХХI веке.

Опасения, возникшие в «коридорах раввината» в связи с публикацией таких свидетельств, стимулировали дискуссию на тему о той власти, которая оказывается в руках раввинов, осуществляющих гиюр, по отношению к проходящим гиюр женщинам. В частности, речь шла о возможности получения наблюдателями со стороны раввината сексуальных и других услуг от женщин, нуждающихся в подписях указанных представителей раввината.

Разве скромность женщин, которые хотят стать частью еврейского народа, не является ценностью? Ведь это очень интимный момент – когда женщина в одной рубашке окунается в тесном помещении миквы, а трое мужчин наблюдают сверху за каждым движением, которое она совершает над поверхностью воды и под водой.

Неужели ситуацию, когда мужчины наблюдают за окунающейся женщиной, можно считать более скромной, чем ситуацию, когда мужчины слушают женское пение? Я уверена, что и значительная часть судей, участвующих в этой нескромной процедуре – жертвы такой системы.

А что же распорядительница, «царица миквы»? Она, как правило, стоит в сторонке, тоже в смущении от создавшейся ситуации. С точки зрения раввината, она не полномочна засвидетельствовать, что омовение «кошерно» и отвечает галахическим критериям. А каково положение проходящей гиюр? Она фактически не способна выражать протест. С ее точки зрения погружение в микву – это «конец маршрута», она не может сказать «нет», когда единственное, что отделяет ее от превращения в подлинную еврейку, это интимное окунание на глазах у трех мужчин.

Конкурсы, которые организует Министерство главы правительства для набора мужчин с целью наблюдения за ритуальным погружением в миквы, увековечивают эту двусмысленную ситуацию: интимного подглядывания за окунающейся женщиной. Эта должность, кстати, не требует никакой специфической квалификации.

В раввинате утверждают, что судьи обычно располагаются далеко и почти ничего не могут рассмотреть. Но любая женщина, которая хоть раз была в бассейне-микве, знает, что это физически невозможно. Даже если часть мужчин действительно пытается стать подальше от воды, это не меняет факта: трое мужчин стоят вблизи женщины, находящейся в воде. Что при этом должна чувствовать женщина? А ведь мы еще не говорили проходящих гиюр замужних женщинах, соблюдающих заповеди и покрывающих волосы. Они вынуждены снимать головные уборы перед тремя посторонними мужчинами. В этих случаях ситуация становится особенно странной и противоречащей основным требованиям скромности согласно Галахе.

Всем нам (особенно религиозным женщинам, часто купающимся в одежде в водоемах) ясно, что именно происходит с одеждой – рубашкой или халатом, – когда она намокает. Она вздувается, задирается, или прилипает, наглядно демонстрируя строение женского тела.

В ходе галахического обсуждения этой темы раббанит Михаль Тикочински написала, что нужно найти галахические альтернативы этому положению. Одно из предложенных ею решений – назначение женщины на должность наблюдающей за погружением. Я призываю женщин Израиля, светских и религиозных, мужчин Израиля, светских и религиозных, обратиться в Главный раввинат Израиля и потребовать от него четкого галахического постановления: только женщины могут присутствовать при погружении женщин в микву. Это – главное.

Перевод из ФБ-группы «Полуторное поколение»

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Теги: , , ,

МЕСТО ДЛЯ ВАШЕЙ РЕКЛАМЫ
  • Свежие записи

  • Архивы