Политика

Наши солдаты свою работу делают, наши политики - нет. Возникла парадоксальная и опасная ситуация, когда тысячи потенциальных партизан и террористов живут среди нас... Фото: Активстиллс, фотограф Anne Paq

Правый марш на костях

Наши солдаты свою работу делают, наши политики - нет. Возникла парадоксальная и опасная ситуация, когда тысячи потенциальных партизан и террористов живут среди нас... Фото: Активстиллс, фотограф Anne Paq

Наши солдаты свою работу делают, наши политики — нет. Возникла парадоксальная и опасная ситуация, когда тысячи потенциальных партизан и террористов живут среди нас… Фото: Активстиллс, фотограф Anne Paq

В первые дни после очередного теракта я стараюсь хранить молчание. Мне есть что сказать, но мы, левые, в этом смысле запуганы: ведь тут же набегут и скажут, что мы «танцуем на костях». К тому же, мне действительно несколько претит использование подобных событий в качестве повода высказаться.

При этом противоположная сторона не считает нужным соблюдать подобные условности. После терактов общественное пространство заполняется проклятиями в адрес левых, требованиями трансфера и так далее. Однако я все равно молчу.

Изменить этой давней привычке меня заставил беспрецедентный размах правой вакханалии, развернувшейся в сети в связи со вчерашним терактом. Множество людей, совершенно не стесняясь и столь же совершенно необоснованно бросились увязывать неправильную, на их взгляд, реакцию находившихся на месте теракта солдат с приговором Эльору Азарии. Все это выглядело настолько отвратительно, что я не мог не поставить перед ними зеркало, даже зная, что они не удосужатся в него заглянуть.

Не вы ли, господа,  сетовали на то, что Азарию, нашего «общего сына», обвинили до суда? Отчего же ваша родительская любовь не простирается на солдат, присутствовавших вчера на месте теракта? Отчего их вы поспешили обвинить в трусости? Причем с самого начала была озвучена, а вскоре и подтверждена предварительным расследованием версия о том, что один из командиров приказал солдатам, чья помощь не требовалась, укрыться за бетонным ограждением. Не хочется так думать, но неужели все дело в политической целесообразности? Когда вам выгодно одно, вы призываете не рубить сплеча, а когда другое – без тени сомнения рубите сами. Толпами записываетесь в экстрасенсы и читаете мысли совершенно незнакомых вам людей. Продвигаете свою повестку дня, невзирая на здравый смысл и банальные правила приличия.

Но раз уж вы после морального поражения в битве за Азарию отыгрались на солдатах, которые, как оказалось, вели себя вполне достойно, позвольте и мне вкратце сказать, что именно я вижу в этом теракте.

Во-первых, ничего нового. Так было, так есть и так будет, и вы, правые, ничего не можете с этим поделать. Все ваши прожекты вроде трансфера или смертной казни для террористов – чушь. Трансфер, конечно, невозможен, а смертная казнь для людей, идущих на смерть – это просто грустный анекдот. Хочу напомнить, что британцы практиковали смертную казнь для еврейских повстанцев в Палестине, но, несмотря на отсутствие у этих повстанцев такого культа самопожертвования, какой существует у нынешних палестинцев, эта мера не помогла. Народ, ведущий национально-освободительную борьбу, очень трудно запугать. Требуя смертной казни для террористов, вы удовлетворяете лишь собственную кровожадность. Это сублимация жажды мести и чувства беспомощности, охватывающих вас при каждом новом теракте.

Во-вторых, продолжающееся разрушение мифа о «едином Иерусалиме». Сложно сказать, почему арабы, ставшие гражданами Израиля в 1948 году, интегрировались в общество, а жители Восточного Иерусалима – нет, но это факт. Видимо, дело в возросшем за эти 19 лет национальном самосознании. Так или иначе, большинство из них не воспользовались шансом стать лояльными гражданами Израиля. В результате возникла парадоксальная и опасная ситуация, когда тысячи потенциальных партизан и террористов живут среди нас, ездят на машинах с израильскими номерными знаками (как и вчерашний водитель грузовика) и обладают свободой передвижения по всей стране. Чем это может грозить, мы с вами могли наблюдать не только вчера, но и во время последней «интифады ножей».

Специалисты считают, что вовлеченность жителей Восточного Иерусалима в инфраструктуру террора за последние годы только возросла. Мало кто это понимает, но сейчас у нас – тихий период, прежде всего потому, что палестинское руководство приняло осознанное решение перенести основную массу усилий на международную дипломатическую арену. Однако если эта тактика зайдет в тупик (например, из-за односторонней произраильской позиции новой американской администрации), возвращение к террору может быть мгновенным и масштабным. Третья интифада в условиях «единого» Иерусалима станет для нас кошмаром. Чтобы как-то бороться с этой угрозой, мы возвели посреди нашей «неделимой столицы» стену, отделяющую одни кварталы города от других. И, знаете, это зрелище, прежде всего, не угнетающее, не устрашающее, а жалкое.

А вот трусости солдат я во вчерашней трагедии не усмотрел. Только трусость правых политиков, прячущихся за спины этих солдат. Потому что пока солдаты воюют, политики должны говорить о мире. Говорить со всеми, кто готов говорить с нами. Говорить с врагами. Говорить с фанатиками. Говорить, рискуя карьерой. Говорить до посинения, до хрипоты. Это их работа. Наши солдаты свою работу делают. Наши политики – нет.

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x