Ася ЛевWP_Post Object ( [ID] => 24967 [post_author] => 198 [post_date] => 2016-12-19 08:27:16 [post_date_gmt] => 2016-12-19 06:27:16 [post_content] => [caption id="attachment_24968" align="aligncenter" width="469"]Фото: Susbany, сайт pixabay.com Фото: Susbany, сайт pixabay.com[/caption] ...И вот пробило нас на ностальгию. Сидим посреди кафетерия в тель авивском университете. Шум, жара, а мы тихонько: - А помнишь этот день? Тот самый день, когда с утра ждешь чуда? - Гуляешь, бывало, во дворе, и все на окна поглядываешь: когда же позовут домой. - А дома елка. - Елка! - Игрушки. - Сверкающие шары. - Снеговики. - И запах хвои и мандаринов. - И праздничный стол! - И все эти салаты. - И огромное блюдо фруктов на столе. - И фру...Стоп! Какие фрукты в декабре?! - Конечно, фрукты! Апельсины, бананы, яблоки. Самый сезон! Мы оторопело смотрим друг на друга, потом начинаем хохотать так, что на нас оборачиваются даже ко всему привычные студенты-гуманитарии. Общая картинка рушится на кусочки, как детский паззл. Я родом из Украины, он из Уругвая. Здрасте, фрукты: Новый год! И все же Новый год в апельсинах у меня был. Странный был год. 30 градусов жары в декабре, такого не припоминали даже израильские старожилы. За двадцать с гаком лет в стране, у меня не раз была возможность убедиться в их непонятной забывчивости. В первые же годы верила безоговорочно: все внове, значит и погода тоже. Новенькие из бывшего Союза страдали и недоумевали: Ася, это у них всегда так? Я солидно пожимала плечами. Нельзя было ронять авторитет: это моя вторая зима в Израиле, а их первая. Мой второй год в школе, а их первый. И как назло, в прошлом году зима была холодная и дождливая. Ну как тут выведешь закономерность? Достали: Ася, объясни то, Ася, объясни это. Когда, например, закончится забастовка учителей, длящаяся уже несколько месяцев. А кто ж его знает, когда она закончится, когда часть наших учителей принадлежат к иргун ха-морим, а другая к хистадрут ха-морим. Оба профсоюза устраивают поочередные забастовки, а ученики маются от безделья. А тут еще эта война. Таскаем за собой противогазы, как будто мало тяжеленных школьных сумок. Шарахаемся от любого похожего на сирену звука. Израильтяне-приколисты записывают настоящие сирены на магнитофон, а потом включают. "Ася, ну не придурки ли?" Приходится согласиться в виде исключения. Хотя в основном израильтяне меня радуют. Тут война, а они ржут: выпустили книжечку анекдотов на тему. Особенно мне нравится анекдот про малорослого главу правительства Ицхака Шамира: почему, дескать, он мало появляется в медии с начала войны? А ему трудно выбраться из детского "мамада".* Стебутся по телевидению над вколовшими себе от паники атропин. Пресс-атташе ЦАХАЛа Нахман Шай своим строгим, прекрасно поставленным голосом предлагает "всем сумасшедшим, забравшимся на крыши, чтобы посмотреть на скады, немедленно слезть. И заодно прекратить звонить на радио с рассказами о том, как это было." Вначале до хрипоты спорю с русскоязычными друзьями, отстаивая израильский юмор (ну смешно же!), израильскую литературу (то есть, как это нечего читать?) и израильскую непринужденность (а мне вот нравится попой прямо на асфальт. И вообще, всю жизнь мечтала ходить в школу в джинсах). Потом прекращаю. Устаю. Общаюсь отдельно с израильтянами (Нет, ты объясни, почему они... Мы хотим понять.), отдельно с русскими. От участия в еженедельных драках стенка на стенку освобождена, так как девочка. Да и вообще, некоторые вещи можно пока делать только с русскими. Встречать новый год, например. Вечером нагружаемся гитарами, свечами, сиплым магнитофоном на батарейках, и бутылкой почти алкогольной шипучки. Елки нет. Их пока не продают. Долго идем по темному пардесу пока не находим заброшенный полуразвалившийся дом. Устанавливаем на окнах свечи. Разливаем шипучку по пластиковым стаканам. Магнитофон тихо хрипит что-то родное.  В окна без стекол дует горячий ветер. Качаются в неровных огнях оранжевые фрукты. Через пару дней жара спадет, и измученные люди задышат свободнее; через пару месяцев кончится война, и поутихшие было внутренние конфликты вспыхнут с новой силой. А пока я раскачиваюсь в темноте в ритме музыки и апельсинов. Мой первый Новый год без семьи. Первая компания друзей. Первый год в последнем десятилетии века. С Новым годом, Израиль!  

*Мамад (ивр.) - сокращение от мерхав муган дирати - защищенная зона квартиры. В применении к младенцам - герметично закрытая детская люлька, используемая вместо противогаза, которую выдавали семьям с младенцами во время войны в Персидском заливе.

[post_title] => Новый год в апельсинах [post_excerpt] => "А тут еще эта война. Таскаем за собой противогазы, как будто мало тяжеленных школьных сумок. Шарахаемся от любого похожего на сирену звука. Израильтяне-приколисты записывают настоящие сирены на магнитофон, а потом включают. "Ася, ну не придурки ли?" Приходится согласиться в виде исключения. Хотя в основном израильтяне меня радуют. Тут война, а они ржут: выпустили книжечку анекдотов на тему..." Первый материал в проекте НОВЫЙ ГОД-2017 - о том, совсем новом, памятном 1991-м. [post_status] => publish [comment_status] => open [ping_status] => open [post_password] => [post_name] => %d0%bd%d0%be%d0%b2%d1%8b%d0%b9-%d0%b3%d0%be%d0%b4-%d0%b2-%d0%b0%d0%bf%d0%b5%d0%bb%d1%8c%d1%81%d0%b8%d0%bd%d0%b0%d1%85 [to_ping] => [pinged] => [post_modified] => 2016-12-19 08:27:16 [post_modified_gmt] => 2016-12-19 06:27:16 [post_content_filtered] => [post_parent] => 0 [guid] => http://relevantinfo.co.il/?p=24967 [menu_order] => 0 [post_type] => post [post_mime_type] => [comment_count] => 0 [filter] => raw )
Главная > Мнения, Новые публикации, Топ-тексты > Новый год в апельсинах

Новый год в апельсинах

"А тут еще эта война. Таскаем за собой противогазы, как будто мало тяжеленных школьных сумок. Шарахаемся от любого похожего на сирену звука. Израильтяне-приколисты записывают настоящие сирены на магнитофон, а потом включают. "Ася, ну не придурки ли?" Приходится согласиться в виде исключения. Хотя в основном израильтяне меня радуют. Тут война, а они ржут: выпустили книжечку анекдотов на тему..." Первый материал в проекте НОВЫЙ ГОД-2017 - о том, совсем новом, памятном 1991-м.

Ася Лев // 19/12 // Мнения, Новые публикации, Топ-тексты
Фото: Susbany, сайт pixabay.com

Фото: Susbany, сайт pixabay.com

…И вот пробило нас на ностальгию. Сидим посреди кафетерия в тель авивском университете. Шум, жара, а мы тихонько:

— А помнишь этот день? Тот самый день, когда с утра ждешь чуда?

— Гуляешь, бывало, во дворе, и все на окна поглядываешь: когда же позовут домой.

— А дома елка.

— Елка!

— Игрушки.

— Сверкающие шары.

— Снеговики.

— И запах хвои и мандаринов.

— И праздничный стол!

— И все эти салаты.

— И огромное блюдо фруктов на столе.

— И фру…Стоп! Какие фрукты в декабре?!

— Конечно, фрукты! Апельсины, бананы, яблоки. Самый сезон!

Мы оторопело смотрим друг на друга, потом начинаем хохотать так, что на нас оборачиваются даже ко всему привычные студенты-гуманитарии. Общая картинка рушится на кусочки, как детский паззл. Я родом из Украины, он из Уругвая. Здрасте, фрукты: Новый год!

И все же Новый год в апельсинах у меня был.

Странный был год. 30 градусов жары в декабре, такого не припоминали даже израильские старожилы. За двадцать с гаком лет в стране, у меня не раз была возможность убедиться в их непонятной забывчивости. В первые же годы верила безоговорочно: все внове, значит и погода тоже. Новенькие из бывшего Союза страдали и недоумевали: Ася, это у них всегда так? Я солидно пожимала плечами. Нельзя было ронять авторитет: это моя вторая зима в Израиле, а их первая. Мой второй год в школе, а их первый. И как назло, в прошлом году зима была холодная и дождливая. Ну как тут выведешь закономерность? Достали: Ася, объясни то, Ася, объясни это. Когда, например, закончится забастовка учителей, длящаяся уже несколько месяцев. А кто ж его знает, когда она закончится, когда часть наших учителей принадлежат к иргун ха-морим, а другая к хистадрут ха-морим. Оба профсоюза устраивают поочередные забастовки, а ученики маются от безделья.

А тут еще эта война. Таскаем за собой противогазы, как будто мало тяжеленных школьных сумок. Шарахаемся от любого похожего на сирену звука. Израильтяне-приколисты записывают настоящие сирены на магнитофон, а потом включают. «Ася, ну не придурки ли?» Приходится согласиться в виде исключения. Хотя в основном израильтяне меня радуют. Тут война, а они ржут: выпустили книжечку анекдотов на тему. Особенно мне нравится анекдот про малорослого главу правительства Ицхака Шамира: почему, дескать, он мало появляется в медии с начала войны? А ему трудно выбраться из детского «мамада».*

Стебутся по телевидению над вколовшими себе от паники атропин. Пресс-атташе ЦАХАЛа Нахман Шай своим строгим, прекрасно поставленным голосом предлагает «всем сумасшедшим, забравшимся на крыши, чтобы посмотреть на скады, немедленно слезть. И заодно прекратить звонить на радио с рассказами о том, как это было.» Вначале до хрипоты спорю с русскоязычными друзьями, отстаивая израильский юмор (ну смешно же!), израильскую литературу (то есть, как это нечего читать?) и израильскую непринужденность (а мне вот нравится попой прямо на асфальт. И вообще, всю жизнь мечтала ходить в школу в джинсах). Потом прекращаю. Устаю. Общаюсь отдельно с израильтянами (Нет, ты объясни, почему они… Мы хотим понять.), отдельно с русскими. От участия в еженедельных драках стенка на стенку освобождена, так как девочка.

Да и вообще, некоторые вещи можно пока делать только с русскими. Встречать новый год, например. Вечером нагружаемся гитарами, свечами, сиплым магнитофоном на батарейках, и бутылкой почти алкогольной шипучки. Елки нет. Их пока не продают. Долго идем по темному пардесу пока не находим заброшенный полуразвалившийся дом. Устанавливаем на окнах свечи. Разливаем шипучку по пластиковым стаканам. Магнитофон тихо хрипит что-то родное.  В окна без стекол дует горячий ветер. Качаются в неровных огнях оранжевые фрукты. Через пару дней жара спадет, и измученные люди задышат свободнее; через пару месяцев кончится война, и поутихшие было внутренние конфликты вспыхнут с новой силой. А пока я раскачиваюсь в темноте в ритме музыки и апельсинов. Мой первый Новый год без семьи. Первая компания друзей. Первый год в последнем десятилетии века. С Новым годом, Израиль!

 

*Мамад (ивр.) — сокращение от мерхав муган дирати — защищенная зона квартиры. В применении к младенцам — герметично закрытая детская люлька, используемая вместо противогаза, которую выдавали семьям с младенцами во время войны в Персидском заливе.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Теги: , , , ,

МЕСТО ДЛЯ ВАШЕЙ РЕКЛАМЫ
  • Свежие записи

  • Архивы