Общество

Когда Тень наступает, проливается кровь

Дмитрий Циликин. Фото из личного архива

Дмитрий Циликин. Фото из личного архива

Два дня назад похоронили моего друга и коллегу – талантливейшего петербургского журналиста, с которым мы много разговаривали, смеялись, работали… В своей квартире был жестоко убит ножом Дмитрий Циликин.  Он умер от потери крови. И хотя суд впереди, убийцу нашли быстро: им оказался право-радикально настроенный парень, 21-летний студент Сергей Косырев. Подозреваемый не скрывал мотив убийства Он назвал себя «Чистильщиком» определенной социальной группы . О том, что это за группа, всем уже хорошо известно – парень боролся с людьми нетрадиционной ориентации и «преуспел», убив одного из самых известных и талантливых людей города.

В некрологах о деталях долго молчали. Говорили о Диме, о том, каким он был человеком, как замечательно писал о театре и вообще на любые темы, связанные с культурой – знания у него были просто энциклопедические. Он был интеллектуалом, эстетом, ироничным собеседником, лектором, рецензентом, редактором… Подозревали, что убийство могло стать следствием ссоры, но то, что убит он был идейным гомофобом – до этого наша фантазия не доходила. А многие просто боялись ранить чувства родных Димы и опасались грязи, которую будут выливать на него после признания его гомосексуальности. Об этом  громком убийстве написала в своей статье The New York Times «Искусство чтения русских некрологов» журналистка Маша Гессен .

Она упомянула около десятка подобных убийств.

«Когда на прошлой неделе был убит петербургский журналист, его друзья писали вещи вроде «Есть не так много версий произошедшего, однако я не буду говорить о них», или «Есть подробности, но я не собираюсь о них распространяться», – пишет автор. – «Некоторые некрологи похожи друг на друга, в них сообщается, что убитый был найден в собственной квартире, которую, судя по всему, не взламывали.  Такую формулировку авторы используют, чтобы дать понять: убитый был гомосексуалом, и своего убийцу он, вероятно, сам привёл домой».

Маша Гессен перечисляет несколько убийств, произошедших при сходных обстоятельствах, среди убитых она упоминает тележурналиста Илью Зимина, актеров Вячеслава Титова и Алексея Девотченко. Необходимость скрывать свою жизнь приводит к опасным знакомствам через интернет – а то, что «каминг-ауты» становились в России все более опасным делом, сомневаться не приходится.

Россию в целом, и Петербург в частности давно, медленно и верно охватывала гомофобная истерия. Конечно, началось это не сегодня, а расцвело в 2012 году, когда был принят знаменитый закон «о запрете пропаганды гомосексуализма» – сначала усилиями одиозного «гееборца» депутата  Законодательного собрания Петербурга Виталия Милонова в Петербурге, а потом и в Госдуме. И совсем недавно , по рассказам депутата и известного общественного деятеля Бориса Вишневского, «мой коллега «удовлетворенно сообщил» о том, что уровень нетерпимости к «извращенцам» в Петербурге вырос на 10 процентов».

Фото: Дмитрий Грозный, Facebook

Фото: Дмитрий Грозный, Facebook

Кто виноват больше: открыто, с трибуны витийствующий гомофоб, или парень с портретом Гитлера на своей странице в социальной сети – большой вопрос. Студент задумал свое страшное убийство, потому что сформировался в обществе, где от слова «толерантность» начали шарахаться, где украинцев называли «украми», а таджиков «чурками», где с экрана телевизора один из известнейших телеведущих России предложил «сжигать сердца геев».

Кто-то смеялся и называл все происходящее «сюром» и постмодернизмом. Кто-то паковал чемоданы. Дима не мог отделить себя от Петербурга, от русской культуры, русского театра, которому он верно служил и который знал, как никто. А может быть, просто не успел.

Самое страшное, что может произойти в обществе – это замена нормального языка на язык вражды и ненависти, что становится сознательной дегуманизацией той или  иной группы. Легко выстрелить в  «укра» или « арабца», легко  убить «жида» или «гея». Не человека. И конечно, судить нужно не только студента, который нанес 10 ножевых ран, забрал у раненого телефон и запер дверь, чтобы жертва не могла позвать на помощь. Судить надо тех, кто создает язык вражды, подпитывает эту свойственную, к сожалению, человеку нетерпимость к другим, кто продуцирует ненависть.

…Кажется, мы с Димой так и остались «на вы».  В Петербурге не так легко сказать друг другу «ты». Однажды в переписке я жаловалась Диме на то, что дела не очень хороши, и он, как всегда, написал мне замечательный ответ, цитируя слова Тени из пьесы Евгения Шварца: «За долгие годы моей службы я открыл один не особенно приятный закон. Как раз тогда, когда мы полностью побеждаем, жизнь вдруг поднимает голову». Дима, я так на это надеюсь. Прощайте, Дима…

 

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x